Kras мутация при раке толстой кишки лечение


Биологические функции генов семейства RAS

Одно из ключевых свойств любой опухоли — это нарушение баланса между клеточным делением, т.е. размножением клеток, и клеточной гибелью. Для того, чтобы процесс деления осуществлялся в норме, необходимо поступление верного сигнала в клеточное ядро. Подобным сигналом являются специальные белки – факторы роста. Они прикрепляются к определённым рецепторам на поверхности клеточной оболочки и запускают внутри клетки ряд последовательных биохимических реакций. Результатом становится производство и накопление внутри клетки белков, которые необходимы для дальнейшего деления.

Необходимо отметить, что активирующие мутации не только в этих генах, но и в других звеньях сигнальной цепочки могут приводить к постоянной стимуляции клеточного деления. К таким событиям относятся, например, мутации в генах EGFR, BRAF и др. Упомянутые генетические повреждения в разной степени свойственны опухолям различных органов. Например, мутации в генах семейства RAS (KRAS, NRAS, HRAS) встречаются при раке поджелудочной железы, толстой кишки, лёгкого, кожи и т.д. Мутации EGFR характерны для немелкоклеточного рака легкого, а повреждения BRAF с наибольшей частотой обнаруживаются при меланоме.

В каких случаях нужно сделать тест на мутацию в генах KRAS и NRAS?

Тестирование опухоли на наличие мутаций в генах KRAS и NRAS выполняется пациентам с опухолями толстой кишки. Тест позволяет лечащему онкологу решить вопрос о возможности использования в терапии антител к определенному фактору роста и деления клеток ‒ EGFR. Данные препараты – панитумумуаб или цетуксимаб ‒ блокируют расположенные на мембране клеток рецепторы эпидермального фактора роста (EGFR) и препятствуют росту опухоли.

Более того, существуют сведения о том, что ошибочное назначение анти-EGFR терапии пациентам, у которых мутация в перечисленных генах не выявлена, может ускорять рост опухоли. Частота мутаций в гене KRAS при опухолях толстой кишки достигает 50%. Ещё около 10-20% приходится на мутации в генах NRAS и BRAF. Таким образом, при правильном обследовании лечение антителами к EGFR должно назначаться не более 30-40% пациентов с раком толстой кишки, в остальных случаях используются другие схемы терапии.


Что делать, если в опухоли толстой кишки обнаружена мутация в гене KRAS или NRAS?

Обнаружение мутации в гене KRAS или NRAS является абсолютным противопоказанием к использованию цетуксимаба или панитумумаба, т.к. присутствие этих мутаций полностью препятствует противоопухолевому действию данных препаратов. Как упоминалось выше, при ошибочном назначении антител к EGFR пациентам с мутациями в генах RAS может наблюдаться ускорение роста опухоли – именно поэтому полноценное исследование данных генов является обязательным условием для подбора правильной терапии. В случае наличия мутаций в генах KRAS и NRAS в клетках опухоли успешно используются другие разновидности лечения.

Как сдать анализ на мутации в гене KRAS, NRAS, EGFR, BRAF?

Чтобы провести молекулярно-генетическое тестирование, специалистам необходимы опухолевые клетки. Они могут быть получены либо при биопсии, либо в ходе хирургической операции по удалению новообразования. При этом, материал для исследования должен быть подготовлен определенным образом. В противном случае тестирование будет невозможно.

В ходе первичного обследования онкологическому пациенту практически всегда выполняют биопсию, на основании которой происходит патоморфологическое подтверждение диагноза. Для этого полученные клетки пациента проходят многоэтапную химическую обработку. В результате из них создаётся специальный парафиновый блок. С одной стороны, он необходим для получения качественного тонкого среза (толщиной 5 мкм) с целью патоморфологической диагностики. С другой стороны, в правильно подготовленном парафиновом блоке молекулы ДНК надёжно сохраняются на протяжении десятилетий.

Аналогичные манипуляции патологи проводят в отношении опухолевых тканей, удалённых во время операции. Правильное выполнение процедуры фиксации тканей позволяет использовать образцы опухолей для молекулярно-генетического исследования ДНК спустя месяцы и годы после заливки образца в парафин.

Идеальным набором для молекулярно-генетического исследования является следующий комплект: парафиновый блок c тканью опухоли и одно стекло, окрашенное специальными красителями (гематоксилином и эозином). Всё перечисленное хранится в патологоанатомических архивах медицинских учреждений, а окраска гематоксилином и эозином – основная окраска, используемая в современной патоморфологической диагностике. Если медицинское учреждение по какой-либо причине не может предоставить блоки, то для молекулярно-генетического тестирования достаточно 5-10 неокрашенных срезов ткани опухоли на непокрытых стёклах толщиной 3-5 мкм и одно стекло, окрашенное гематоксилином и эозином.

Требования к упаковке материала перед транспортировкой

  1. Закрывающийся пластиковый пакет или контейнер, либо картонная коробка
  2. Полное соответствие номеров отправляемых блоков и стёкол в направлении на тест и копии патоморфологического заключения.
  3. Лабораторные стекла должны быть обёрнуты плотной бумагой для избежания повреждений.
  4. Хранение производится при комнатной температуре, не допустим нагрев блоков и стёкол выше +50 о С.

В настоящее время многие молекулярно-диагностические исследования выполняются за счет средств территориальных фондов ОМС регионов России (как Санкт-Петербурга, так и остальных субъектов РФ).



Определение мутаций гена KRAS – онкогена, мутации которого обладают потенциалом для перерождения нормальных клеток в злокачественные. Анализ отражает генетические изменения - мутации гена, - свойственные колоректальному раку.

Одной из важнейших соматических мутаций, которые обнаруживают в опухолях толстой кишки, является мутация в гене KRAS (обнаруживается с частотой от 30 до 50 %). Больные с КРР нуждаются в определении статуса мутаций гена KRAS, играющего важную роль в плане дальнейшей стратегии таргетного лечения.

Генетические мутации при раке, онкогенный потенциал, прогностический маркер рака толстой и прямой кишки, гистология при раке.

Genetic mutations in cancer, Histology of cancer, prognostic marker of colon and rectal cancer, the oncogenic potential.

Секвенирование по Сэнгеру.

Какой биоматериал можно использовать для исследования?

Образец ткани (в парафиновом блоке).

Как правильно подготовиться к исследованию?

Подготовки не требуется.

Общая информация об исследовании

Все формы рака, ассоциируемые с геном Ras, отличаются своей агрессивностью, быстрым разрастанием и с трудом поддаются лечению. Мутации этого гена сопровождают 20-25% случаев различных видов онкологических заболеваний.

Возможность использования соматических мутаций в К-ras онкогене в диагностических целях обусловлена их высокой частотой в опухолях разных локализаций, небольшими размерами гена, при которых, как правило, мутация локализована в специфическом кодоне. При этом K-ras мутации регистрируются при раке поджелудочной железы, толстой кишки, в полипах, мелких аденомах толстой кишки, что позволяет рассматривать их в качестве перспективных маркеров для ранней диагностики этих неоплазий.

Мутации KRAS выявляют в 35-45% случаев колоректального рака (КРР). К настоящему времени описано свыше 3000 точечных мутаций гена в клетках опухолей. Приблизительно 82 и 17 % всех описанных мутаций KRAS обнаруживают в кодонах 12 и 13 соответственно. Проведенный анализ клинических данных свидетельствует, что только 3% больных КРР с наличием мутации KRAS в опухолевых клетках отвечают на лечение анти-EGFR МКАТ, в то время как у пациентов, опухоли которых экспрессируют нормальный (дикий) тип гена, этот показатель достигает 33%. По этой причине определение мутационного статуса гена KRAS у больных КРР является ключевым моментом в планировании и прогнозировании ответа на таргетную терапию панитумумабом и цетуксимабом.

Эффективность лечения рака толстой кишки современными препаратами зависит от наличия мутаций в онкогене KRAS и некоторых других факторов. При отсутствии мутаций в гене KRAS эффективность лечения метастатического рака толстой и прямой кишки очень высока – увеличивается средняя продолжительность жизни больного на 1-2 года, уменьшается количество рецидивов.

В то же время в случае наличия активирующих мутаций в гене KRAS в клетках опухоли больного использование Эрбитукса или Вектибикса не приводит к позитивным результатам при РТПК.

В связи с этим Американское общество клинических онкологов и европейское медицинское агентство рекомендует применение препаратов только для лечения опухолей, содержащих ген KRAS дикого типа (т.е. без мутаций).

Наличие в опухолях активирующих мутаций KRAS является противопоказанием к применению препаратов – ингибиторов EGFR.

Для чего используется исследование?

  • Для выявления генетических факторов, влияющих на течение и прогноз ракового заболевания.

Что означают результаты?

Интерпретация результатов исследования должна проводиться врачом в комплексе с другими генетическими, анамнестическими, клиническими и лабораторными данными.

  • Мутация в гене KRAS является неблагоприятным признаком в отношении прогноза и течения КРР.
  • Требуется персонифицированный подход к лечению больных КРР с наличием мутации в гене KRAS.
  • Генетические исследования можно включить в стандарт обследования больных колоректальным раком в качестве предиктивных маркеров для оценки течения и прогнозирования отдаленных результатов лечения.
  • Опухоли, имеющие мутации в гене KRAS, чаще метастазируют в регионарные лимфатические узлы и дают отдаленные метастазы.


Высокие уровни витамина С уничтожают некоторые виды колоректального рака при испытаниях в пробирке и на мышах, отмечается в новом исследовании Научной лаборатории Вайля Корнелла. Полученные результаты показывают, что вполне возможно через некоторое время терапия витамином С станет одним из методов лечения онкологических заболеваний. Около половины случаев заболевания колоректальным раком содержит мутации в генах KRAS и BRAF, и эти формы заболевания являются более агрессивными и не реагируют на современные методы химиотерапии.

В научной работе, опубликованной 5.11.2015, команда исследователей из лаборатории Вайля Корнелла, лаборатории Спринг Харбор Тафтского медицинского центра, Гарвардской медицинской школы и Университета Джона Хопкинса обнаружили, что высокие дозы витамина С (примерно соответствует уровням из 300 апельсинов или около 20 – 22 грамм) нарушают рост опухолей колоректального рака, содержащего мутации в генах KRAS и BRAF в культуре клеток и на мышах.

Часто считается, что витамин С улучшает здоровье отчасти потому, что он может действовать как антиоксидант, предотвращая или задерживая некоторые виды клеточных повреждений. Однако доктор Cantley и его коллеги обнаружили, что в случае мутаций при колоректальном раке, высокие дозы витамина С приводят к обратному эффекту – происходит окисление в раковых клетках и их гибель.

В богатой кислородом среде, например в человеческих артериях, фракция витамина С, называемая также аскорбиновой кислотой, окисляется и превращается в новое соединение, называемое дегидроаскорбиновой кислотой . В своем исследовании ученые показали, что докозагексаеновая кислота действует как троянский конь. При поступлении этой кислоты внутрь раковых клеток, натуральные антиоксиданты, находящиеся внутри этих клеток, пытаются преобразовать докозагексаеновую кислоту обратно в аскорбиновую кислоту, но в процессе своей работы эти антиоксиданты истощаются и клетка погибает от окислительного стресса.

Ученые предлагают, что лечение высокими дозами витамина С может стать новым перспективной комбинированной терапией при мутациях KRAS и BRAF. Эти знания могут также иметь последствия для лечения и других трудно поддающихся типов рака таких, как почечно-клеточный рак, рак мочевого пузыря и рак поджелудочной железы.

Терапевтический эффект, вероятно, требует внутривенных инъекций, так как в качестве таблеток или растворах витамин С не всегда полностью всасывается в кишечнике. Поэтому, для достижения высокой сывороточной концентрации витамина С, необходимо довести уровень содержания этого витамина к величине, способной привести к токсичности для раковых клеток. Последняя фаза клинических испытаний на токсичность, проведенная на людях, показала, что внутривенные вливания витамина С в высоких дозах совершенно спокойно переносились пациентами.


Колоректальный рак является широко распространенной в мире патологией, ежегодная заболеваемость достигает 1 миллиона случаев, а ежегодная смертность превышает 500 000. Колоректальный рак занимает второе место по смертности от злокачественных новообразований среди мужчин и женщин. Причем большое количество случаев заболевания относится к метастазной форме рака (mCRC). В настоящее время в Израиле терапия пациентов с колоректальным раком основывается на использовании таргетных моноклональных антител, которые блокируют рецептор эпидермального фактора роста (EGFR), в сочетании с традиционными хемотерапевтическими агентами. EGFR представляет собой трансмембранный рецептор тирозин-зависимой киназы, контролирующий запуск каскада фосфорилирований, передающих сигнал от клеточной мембраны к ядру клетки, что играет ключевую роль в клеточном росте, распространении и активности опухоли. Нарушение этого сигнального пути приводит к отмиранию опухоли.

Таким образом, EGFR является объектом направленной антиопухолевой терапии препаратами нового поколения на основе моноклональных антител. К таким препаратам относятся

  • Bevacizumab (Avastin®),
  • Cetuximab (Erbitux®),
  • Panitumumab (Vectibix™).

BRAF представляет собой RAS-регулируемую серин/треонин киназу, которая наряду с KRAS является еще одним участником сигнального пути Ras-Raf-MAPK, контролирующего клеточную пролиферацию, дифференцировку и апоптоз. Как KRAS-, так и BRAF-гены, склонны к мутациям. Мутации в гене BRAF часто обнаруживаются в злокачественных опухолях человека, таких как:

  • метастатический колоректальный рак,
  • немелкоклеточный рак легких,
  • меланомы и
  • папиллярный рак щитовидной железы.
Мутации в гене KRAS играют ведущую роль в активации сигнального пути, который приводит к прогрессии опухоли и обнаруживается у 30–40% пациентов с неэффективным ответом на терапию препаратами Erbitux (Cetuximab) и Vectibix (Panitumumab). Однако мутации в гене BRAF ответственны за дополнительные 12– 15% пациентов, которые не отвечает на анти-EGFR терапию.

Таким образом, тестирование гена BRAF дополняет анализ на KRAS мутации, и имеет ключевое значение для принятия решения о типе противоопухолевой терапии.

Мутации BRAF как биологический маркер предоперационной диагностики рака щитовидной железы

Пальпаторно определяемые тиреоидные узлы встречаются у 5–7% взрослого населения. При этом представляется важным исключить случаи малигнизации увеличенных тиреоидных узлов, что составляет 5–15% всех увеличенных узлов. Тонкоигольная аспирация в настоящий момент является стандартной диагностической процедурой, позволяющей патологам гистологически охарактеризовать тиреоидные узлы, для определения является ли узел доброкачественным или злокачественным. Однако в 10–40% случаев гистологическая диагностика не дает однозначного ответа по причине перекрывающихся цитологических характеристик доброкачественных и злокачественных тиреоидных узлов. Наличие мутации в гене BRAF (в кодоне 600) в клетках аспирата щитовидной железы свидетельствует об агрессивном характере опухоли, что определяет дальнейшую тактику оперативного вмешательства.


Ген KRAS отвечает за синтез внутриклеточного белкового фермента, играющего важную роль в процессах деления и отмирания клеток. Соответственно, нарушение этих процессов приводит к их неконтролируемому злокачественному росту и образованию раковых опухолей.

Важную роль в этих процессах играет работа т.н. эпителиального фактора роста (EGFR). Речь идет о рецепторе, чувствительном к появлению белка KRAS.
В случае, когда имеет место раковая опухоль, даже если речь идет о начальных стадиях злокачественного перерождения, чувствительность рецепторов EGFR значительно возрастает. Влияние на эти рецепторы возможно только в том случае, если белки KRAS находятся в своей нормально форме, не претерпев генетических мутаций.

Современная генетическая диагностика позволила установить, что нормальный, генетически неизмененный белок KRAS присутствует у 60% больных раком толстого кишечника, и это явление можно обнаружить на самых ранних этапах развития болезни. Своевременно начатое биологическое лечение, направленое на подавление чувствительности рецепторов EGFR к ферментам KRAS, позволяет остановить критические процессы, приводящие к неуправляемому росту клеток раковой опухоли в кишечнике.

Таким образом, обнаружение нормального белка KRAS в клетках опухоли у больных раком толстого кишечника служит показанием к назначению биологического лечения.

Анализ белка KRAS показывает, является ли этот белок нормальным, или в его структуре имеют место генетические отклонения. Выполняется анализ в генетической лаборатории. Для его проведения необходим образец ткани, получаемый с помощью биопсии.

  • Нормальный генетический профиль белка KRAS является показанием для проведения биологического лечения, подавляющего гиперактивность рецепторов эпительального фактора роста EGFR.
  • Изменения (мутации) белка KRAS свидетельствуют о невозможности такого лечения.

Биологическое лечение является высокоэффективным методом, способным на ранних этапах развития опухоли привести к быстрому и полному выздоровлению больного. Однако применение этого метода, как уже было сказано, обусловлено рядом генетических факторов. Проверка на KRAS дает возможность быстро и точно выбрать оптимальный метод лечения.

С одной стороны, она позволяет не тратить драгоценное для онкологического больного время на попытки неадекватного лечения. С другой стороны, будучи применено правильно, биологическое лечение дает возможность избежать таких травматичных для организма методов лечения, как хирургия и химиотерапия с ее тяжелыми побочными явлениями.

Генетический анализ является одним из наиболее передовых, современных методов диагностики рака толстого кишечника. В Израиле он успешно применяется, поскольку высокая профессиональная подготовка медицинских кадров и технологическое обеспечение лабораторий дают возможность выполнять самые тонкие и точные генетические проверки.

  • Химиотерапия при раке желудка
  • Химиотерапия при раке толстой кишки
  • Химиотерапия при раке легких
  • Химиотерапия при раке молочной железы
  • Химиотерапия без выпадения волос
  • Гормональная терапия при раке молочной железы
  • Гормональная терапия при раке щитовидной железы
  • Описание
  • Цены
  • Врачи

Таргетные препараты, применяемые при раке толстой кишки, различаются между собой по механизму действия.

При таргетной терапии повреждение нормальных клеток менее вероятно, чем при химиотерапии.

Однако имеются и другие побочные эффекты, о которых вам подробно расскажет врач-онколог.

В настоящее время используются следующие таргетные препараты:

  • Бевацизумаб. Связывается с белком, фактором роста эндотелия сосудов (VEGF). VEGF стимулирует рост новых кровеносных сосудов и в повышенном количестве вырабатывается раковыми клетками. Бевацизумаб блокирует образование новых кровеносных сосудов в опухоли и замедляет рост и метастазирование рака.
    Бевацизумаб не эффективен сам по себе, но усиливает противоопухолевое действие других химиотерапевтических препаратов.
  • Рамуцирумаб. Белок, который связывается с рецептором VEGF (VEGFR2), направляя сигнал по тому же пути, что и бевацизумаб. Подобно бевацизумабу, рамуцирумаб усиливает противоопухолевое действие других химиотерапевтических препаратов. Препарат одобрен для применения в режимах химиотерапии на основе иринотекана у пациентов, которые ранее проходили лечение бевацизумабом с оксалиплатином.
  • Афлиберцепт. Синтетический белок, который представляет собой другой способ вмешательства в кровоснабжение опухоли — работает как ловушка для VEGF. Афлиберцепт блокирует активацию рецепторов VEGF, тем самым подавляя образование новых сосудов, снабжающих опухоль кислородом и питательными веществами. Афлиберцепт одобрен для применения в режимах химиотерапии с иринотеканом у пациентов с прогрессированием после химиотерапии, содержащей оксалиплатин, с бевацизумабом или без него.
  • Регорафениб. Препарат в таблетках для приема внутрь. Блокирует несколько рецепторов VEGF, а также другие белки, называемые киназами. Регорафениб одобрен для лечения пациентов, которые ранее проходили режимы химиотерапии с фторопиримидином, оксалиплатином, иринотеканом, а также другими таргетными препаратами.
  • Цетуксимаб. Нацелен на другой белок — рецептор эпидермального фактора роста (EGFR), его гиперэкспрессия отмечается примерно в 80% случаев рака толстой кишки. В отличие от бевацизумаба, цетуксимаб действует самостоятельно или в сочетании с другими препаратами, такими как иринотекан. Цетуксимаб подходит не для всех пациентов. Это зависит от того, есть ли у опухоли специфические генетические отклонения (мутация в наборе генов RAS или в отдельном гене BRAF V600E).
    Если опухоль имеет мутацию гена RAS или BRAF V600E, цетуксимаб не работает.
    Если в опухоли нет мутации гена RAS или BRAF V600E, цетуксимаб может быть эффективным.
    Если опухоль имеет мутацию BRAF, но не имеет мутацию RAS, цетуксимаб может работать в сочетании с другими препаратами, направленными на мутацию BRAF и родственные молекулы. Препарат, который применяется при мутации BRAF V600E, называется вемурофениб.
  • Панитумумаб. Как и цетуксимаб, панитумумаб тоже нацелен на EGFR. И так же, как и цетуксимаб, он эффективен только при лечении опухолей, не имеющих специфических мутаций в генах RAS и BRAF V600E.

Мутации KRAS и BRAF как биологические маркеры чувствительности к анти-EGFR терапии пациентов с онкологическими заболеваниями

В настоящее время терапия пациентов с колоректальным раком основывается на использовании таргетных моноклональных антител, которые блокируют рецептор эпидермального фактора роста (EGFR), в сочетании с традиционными хемотерапевтическими агентами. EGFR представляет собой трансмембранный рецептор тирозин-зависимой киназы, контролирующий запуск каскада фосфорилирований, передающих сигнал от клеточной мембраны к ядру клетки, что играет ключевую роль в клеточном росте, дифференцировке, адгезии и апоптозе. Дезрегуляция этого сигнального пути приводит к онкогенезу. Таким образом, EGFR является объектом направленной антиопухолевой терапии препаратами нового поколения на основе моноклональных антител.
К таким препаратам относятся:

  • Bevacizumab (Avastin®),
  • Cetuximab (Erbitux®),
  • Panitumumab (Vectibix™).

В многочисленных исследованиях было показано, что часть пациентов хорошо отвечает на анти-EGFR терапию, а другая часть – нет. И этот факт объясняется наличием или отсутствием мутаций в генах KRAS и BRAF.

Мутации в гене KRAS были хорошо изучены на большой выборке различных опухолей человека, включая:

  • метастатический колоректальный рак,
  • немелкоклеточный рак легких,
  • меланома и
  • рак щитовидной железы.

Мутации в гене KRAS выявляются приблизительно в 60% случаев колоректального рака. Мутация в гене KRAS приводит к тому, что клетки становятся независимыми от активации/ингибирования EGFR в ходе моноклональной анти-EGFR терапии. Таким образом, пациенты с такой мутацией становятся не восприимчивыми к терапии препаратами на основе моноклональных антител.

Мутации в гене BRAF часто обнаруживаются в злокачественных опухолях человека, такие, как:

  • метастатический колоректальный рак,
  • немелкоклеточный рак легких,
  • меланомы и
  • папиллярный рак щитовидной железы.

Мутации в гене KRAS играют ведущую роль в активации сигнального пути, который приводит к прогрессии опухоли и обнаруживается у 30–40% пациентов с неэффективным ответом на терапию препаратами Erbitux (Cetuximab) и Vectibix (Panitumumab). Однако мутации в гене BRAF ответственны за дополнительные 12– 15% пациентов, которые не отвечает на анти-EGFR терапию. Таким образом, тестирование гена BRAF дополняет анализ на KRAS мутации, и имеет ключевое значение для принятия решения о типе противоопухолевой терапии.

Пальпаторно определяемые тиреоидные узлы встречаются у 5–7% взрослого населения. При этом представляется важным исключить случаи малигнизации увеличенных тиреоидных узлов, что составляет 5–15% всех увеличенных узлов. Тонкоигольная аспирация в настоящий момент является стандартной диагностической процедурой в Израиле, позволяющей патологам гистологически охарактеризовать тиреоидные узлы, для определения является ли узел доброкачественным или злокачественным.

Однако в 10–40% случаев гистологическая диагностика не дает однозначного ответа по причине перекрывающихся цитологических характеристик доброкачественных и злокачественных тиреоидных узлов.Наличие мутации в гене BRAF (в кодоне 600) в клетках аспирата щитовидной железы свидетельствует об агрессивном характере опухоли, что определяет дальнейшую тактику оперативного вмешательства.

Спросите у наших консультантов, показано ли вам проведение теста на мутации вашей опухоли и какие новые препараты есть в Израиле для таргетной (целевой) терапии рака.


Как известно, КРР представляет собой гетерогенную группу опухолей, отличающихся как молекулярными изменениями, так и прогнозом течения болезни и особенностями терапии. В настоящее время для выбора тактики лечения необходимо учитывать не только клинические факторы, такие как распространение опухоли, функциональный статус пациента, но и молекулярный профиль заболевания. Изучению частоты мутаций гена KRAS и их связи с клинико-патологическими особенностями у пациентов с КРР были посвящены многочисленные исследования 4. В Республике Казахстан подобные исследования ранее не проводились.

Учитывая вышеизложенное, цель исследования - изучение частоты и спектра мутации гена KRAS у больных с КРР в зависимости от распространённости процесса.

Материал и методы исследования. В основу настоящей работы легли данные исследования 332 больных колоректальным раком, зарегистрированных в облонкодиспансерах РК, которым определялся статус гена KRAS по послеоперационному и/или биопсийному материалу за период с 2010 по 2014 г. методом ПЦР.

Из 332 пациентов женщин было несколько больше и составило 182 человека (54,8%), мужчин - 150 (45,2%). Основное количество больных (88%) находилось в возрасте 44 лет и старше, и только 12% были в возрасте до 44 лет. Средний возраст пациентов составил 56,4 ±10,5 лет (от 25 до 79 лет). У всех пациентов диагноз рака ободочной и прямой кишки был поставлен после полного клинико-рентгенологического исследования: КТ, УЗИ, МРТ органов грудной клетки, брюшной полости, органов малого таза. Морфологическое подтверждение диагноза было у всех больных.

Молекулярно-генетические исследования по изучению статуса гена KRAS по послеоперационному и/или биопсийному материалу у пациентов с колоректальным раком проводились в лаборатории патоморфологии и молекулярной генетики Казахского НИИ онкологии и радиологии. После морфологической оценки качества исследуемого материала в зависимости от процентного содержания опухолевых клеток в образце, для экстракции ДНК проводили 3-5 макродиссекций и депарафинизацию. Во избежание получения ложноотрицательных результатов образцы, содержащие менее 20% опухолевых клеток, подвергали микродиссекции, по заранее отмеченной морфологом зоне слайдов. Экстракцию ДНК проводили, используя наборы (FFPE DNA extraction kit, Qiagen). Концентрацию экстрагированной ДНК определяли на спектрофотометре NanoDrop, а качество ДНК оценивали с помощью постановки контрольной ПЦР в режиме реального времени, сравнивая с контрольной ДНК (входит в состав коммерческого набора). KRAS-тест проводили, используя наборы BioLink для выявления мутаций в 12 и 13 кодонах экзон 2 аллель-специфичным ПЦР-методом.

Статистическая обработка материала производилась на персональном компьютере при помощи программы математической обработки данных с помощью пакета IBM SPSS Statistics 20 (trial-версия). Для выявления взаимосвязи между переменными использовался коэффициент линейной корреляции Пирсона (rp).

Распределение мутаций в 12-м и 13-м кодонах гена KRAS

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.