Как смириться со своей смертью от рака


Рак, конечно, не всегда смертный приговор, и большинство людей считает, что будет полезным держаться за надежду. Но я обнаружил, что многие больные раком, особенно с плохим прогнозом, думают о своей возможной смерти и о том, смогут ли они смириться с ней, когда придет время. Они хотят достигнуть соглашения с ней, прежде чем они окажутся за несколько дней или недель до ухода. В этой статье я расскажу, как пациенты, которых я знаю, стали чувствовать какой-то смысл принятия их смерти, хотя это может длиться несколько месяцев.

Хотя это был процесс, выворачивающий наизнанку, это не было невозможным. Если ты борешься с этой проблемой, пытаясь хоть как-то примириться с тем, что умираешь, то когда придет время, изучение того, как уходили другие онкологические больные, поможет в решении этого вопроса. Если вы утвердились в решении, что это не ваш вариант, потому что чувства умирающего заведомо неприемлемы для вас, изучение того, как другие преодолели этот трудный путь, может вам помочь.

Еще один аспект того, чтобы смириться со смертью, — перестать бояться этого.

Трудно подойти к смерти с чувством мира или принятия, если вы боитесь процесса умирания. Может помочь то, что вы будете знать — в значительном большинстве случаев боль и страдания умирающих от рака могут эффективно управляться и контролироваться разумным использованием опиоидных препаратов и других стратегий. Когда приходит время, команда хосписа или другие специалисты по паллиативному (направленному на поддержание приемлемого качества жизни пациента) лечению делают все возможное для того, чтобы смерть человека от рака либо по каким-то другим причинам была с тихой и безболезненной. Не сомневайтесь, обращаясь к ним за помощью. Это эссе базируется не только на том, что пациенты в терапии рассказали мне, но также и на интервью, которые я провел как часть исследования с пациентами моложе 50 лет, которые находились в тяжелом состоянии. Они стремились прийти к соглашению с их смертью, поскольку их рак прогрессировал, и нашли, что взгляд в будущее — больше, чем что-либо другое, помог им в этом процессе.

Когда я был в онкологическом центре Калифорнийского университета Сан-Франциско, я встречал много молодых пациентов, которые имели плохой прогноз и которым потребовалось много времени, чтобы прийти к соглашению с той мыслью, что они, вероятно, умрут в течение года или двух. Я хотел лучше понять, как они достигли этой точки понимания для того, чтобы помочь нашей команде в поддержке этих пациентов в той мере, которая была им необходима. В интервью двадцати пяти из этих пациентов было предложено поделиться мыслями, эмоциями, убеждениями и опытом, которые помогли им в этом процессе. Интервью были записаны, а стенограммы впоследствии — проанализированы, чтобы определить общие темы или факторы (то есть определенные мысли, убеждения, опыт), которые помогли этим пациентам перед лицом ранней смерти. Наша исследовательская группа определила шесть факторов, которые имеют отношение по крайней мере к 50 процентов опрошенных пациентов. Это не были первоначальные чувства пациентов при первом узнавании об их прогнозе; чувства развивались с течением времени, поскольку они стремились прийти к соглашению с этим прогнозом.


Этот первый фактор явился поразительным выводом, который свидетельствует о силе благодарности. Чувство благодарности упоминали 84 % онкологических пациентов. Они оглядывались на свою прожитую жизнь и были благодарны за те годы, которые они прожили, и положительный опыт, которым они наслаждались. Большинству из них благодарность помогла компенсировать чувство досады из-за обманутых ожиданий на долгую жизнь. Благодарность является частым чувством для пациентов пожилого — 70–80 лет — возраста, который является достаточным основанием для того, чтобы быть благодарными за долгую жизнь, и для того, чтобы сбалансировать негативные чувства, которые вызывает смерть.

Если вы — молодой человек и имеете плохой прогноз, то вы можете заглянуть в будущее и почувствовать себя обманутыми жизнью, которую вы пропустите. Но вы также можете оглянуться назад на свою жизнь, которую вы уже имели, и поблагодарить за это. Оба подхода полностью оправданы. Один из пациентов сказал, что это был его выбор, смотреть вперед или оглядываться назад, и что он выбирал изо всех сил, чтобы оглянуться назад и подвести итоги того, за что он мог испытывать чувство благодарности. Благодарность обеспечивала ему комфорт и помогла облегчить боль преждевременной смерти. Ему было всего сорок два года.

Люди, которые считают себя вправе иметь хорошую жизнь, возможно, принимая это как должное, и редко испытывают чувство благодарности. Благодарность вырастает из наблюдения вашей удачи в мире, где ничья удача не гарантируется. Благодарность должна происходить, когда вы видите, что удача на вашей стороне, хотя она никому не гарантирована.


Семьдесят два процента пациентов сообщили, что их религиозная вера или духовность помогла им примириться с прогнозом. Для многих это была вера в своего рода загробную жизнь, такую, как рай или реинкарнации. Некоторые упоминали их дух, сущность или душу как аспект их внутреннего существа, которое будет жить в некоторой духовной форме. У некоторых были основное верование в Божью волю или план — план, в котором что-то положительное возникнет из их смерти. Верующие пациенты стремились принять свою болезнь в этом контексте. Один пациент упомянул идею о капитуляции перед Божьей волей, чтобы отпустить и принять все, что может случиться.

Некоторые пациенты сказали, что буддистские верования и принципы были полезны им в мыслях о смерти. В сущности, это представление о мимолетном характере всего, что есть. Следующая аналогия передает эту важную часть учения. Подумайте об океане с бесчисленными отдельными волнами и ряби на ее поверхности. В глубине есть только огромный океан, весь, без каких-либо отдельных частей. Отдельные части — только на поверхности. Эти волны и рябь появляются из океана, но они не то же самое, что океан. Они задерживаются на некоторое время на поверхности и в конечном итоге возвращаются в глубину моря, глубже, где все едино. Вся природа, включая нас самих, участвует в этом грандиозном процессе пришествия в бытие на короткое время, а затем решения вернуться к нашему источнику. Такая концептуализация помогла многим пациентам чувствовать себя хорошо и безопасно уйти.

При копировании материалов активная ссылка на наш сайт обязательна.

Ваш браузер устарел. Пожалуйстаобновите

  • Главная
  • лечение зависимостей
    • Отделение реабилитации
    • Отделение детоксикации
    • Вывод из запоя
      • Вывод из запоя на дому
      • Вывод из запоя в клинике
    • Лечение алкоголизма
    • Кодирование от алкоголизма
      • Кодирование вливанием
      • Кодирование вшиванием
      • Двойное кодирование
      • Кодирование гипнозом
    • Лечение наркомании
    • Лечение табакокурения
    • Лечение игромании
    • Бесплатные лекции по субботам
  • консультация психиатра
    • Консультация психиатра
    • Online-консультация психиатра
    • Отделение психического здоровья
    • Лечение шизофрении
    • Лечение анорексии
    • Лечение булимии
    • Параноидное расстройство личности
    • Биполярное аффективное расстройство
    • Диагностика суицидного поведения
    • Расстройство полового развития
    • Лечение дереализации
    • Обсессивно-компульсивные расстройства
    • Острые психотические расстройства
    • Бесплатные лекции по субботам
  • консультация психотерапевта
    • Консультация психотерапевта
    • Online-консультация психотерапевта
    • Отделение психического здоровья
    • Групповое консультирование
    • Лечение панических атак
    • Лечение депрессии
    • Лечение неврозов
    • Лечение фобий и страхов
    • Лечение бессонницы
    • Лечение нервных тиков
    • Лечение ипохондрии
    • Посттравматическое стрессовое расстройство
    • Лечение ВСД
    • Психосоматика
    • Бесплатные лекции по субботам
  • консультация психолога
    • Консультация психолога
    • Online-консультация психолога
    • Психодиагностика
    • Групповое консультирование
    • Консультация детского психолога
    • Диагностика детей к школе
    • Индивидуальная консультация с психологом
    • Семейная консультация с психологом
    • Бесплатные лекции по субботам
  • медосмотры
    • Предрейсовый медосмотр водителей
    • Послерейсовый медосмотр водителей
    • Периодический медицинский осмотр
  • Доп. услуги
    • ТЭС-терапия
    • Озонотерапия
    • Плазмаферез

    Возникла проблема? Напишите нам!

    Сообщить о проблеме

    • Лечение алкоголизма
    • Лечение наркомании
    • Кодирование
    • Прием психиатра
    • Консультация психотерапевта
    • Прием психолога
    • Клиника Инсайт сегодня
    • Политика конфединциальности
    • Контакты
    • Блог о здоровье
    • Карта сайта

    Год назад в нашу семью пришло горе… Хотя вернее будет неписать 4 года назад. Когда у нашего родственника (брата мужа, 36 лет) был поставлен диагноз – РАК! Как много в этом слове – РАК. Как много и как… пусто. За этим словом следует бесконечные лечения и надежда на излечение.

    Наш брат боролся. Боролся как настоящий мужчина. И в наших сердцах даже поселилась надежда – а может быть теперь всё обойдеться. Может не будет прогрессировать. Но нет! Рак – беспощаден. Он умеет затаиться, а потом с новыми силами вас уничтожать.

    Через 3 года (были сделаны операции, химия и прочее лечение – была ремиссия) – обнаружили метостазы. Сначала в мозгу… Вырезали, потом в печени и опять в мозгу… Всем уже всё было понятно… только брат, как настоящий мужчина, стойко выносил все эти тяготы… Всю боль. Он только по ночам стонал. А потом он перестал спать. От боли он не мог заснуть, лекарства уже не помогали. И только по вымученному выражению лица всем было понятно – как ему больно…

    Я помню день… Это была пятница… Я тогда мужу сказала не сегодня-завтра он уйдёт. Он умер в эту ночь. Мои слова как пророческими оказались. Ни сегодня, но еще и не совсем завтра.

    Муж уехал хоронить… Я осталась – ведь я уже ждала сыночка.

    Прошли похороны. Муж сказал что на следующий день выезжает домой. И я ложилась спать надеясь, что самое страшное уже позади. С утра собиралась в поликлинику. Вся озадаченная мыслями о моей беременности и будущем малыше. Звонок мамы в 7 утра меня не напугал. Думала наверное опять какие то проблемы с отчимом, ничего серьёзного.

    мир вдруг перевернулся. Коля – мой отчим. Мой любимый отчим. Он растил меня с детства. Я звала его батя или Николахой (по дружески)

    Мама потом говорила что я кричала. Я не помню… Помню что дочка стояла рядом и плакала и твердила: мама, что случилось, мама, что произошло. а я не могла ей ответить.

    Слёзы… слёзы… Звонок мужу… он в шоке. Отчиму было 48. Он был здоровым крепким деревенским мужиком (правда выпивал и курил)

    Я поехала к маме. Я застала отчима еще дома. Это так страшно. Это моя первая осознанная смерть. Первая потеря ЛЮБИМОГО человека. И такая скоропостижная. У него не выдержало сердце. Инфаркт.

    а мама… бедная моя мамуля… Как она это пережила. Скорая, когда не смогла помочь, оставила её одну, с ним, но уже мертвым. В деревне, где в 200 метрах от неё никого не было. 2 часа ночи. Она орала… мамочка… Мамочка моя… почему ты не позвонила мне! А она берегла меня и моего малыша. Мамуленька… Но я же тебя так люблю, я должна была быть рядом.

    Потом было много событий… Морг, гроб, венки и цветы.

    Потом похороны… Потом я жила с ней в деревне. Там одной тяжело и страшно. УЖасные 40 дней.

    И вот прошел год. Вернее год будет в ночь с четверга на пятницу.

    Всё вспоминаеться… опять слёзы… Опять боль.

    Но жизнь продолжается. И мы живые – должны жить. Должны стремиться в будущее, должны ради наших любимых быть счастливыми!

    Мне кажется теперь смерть для меня стала не чем то абстрактным, а приобрела свой образ, который складывается из всего того что со мной происходило год назад.

    Я знаю что теперь я стала еще сильнее, что всё в жизни можно пережить. И я знаю что я способна на гораздо большее чем, думала про себя раньше!

    Я уже знаю что сдохну, нет я не смирился с этим, но в голову лезут уже мысли о суициде.

    Мне 22 года и 8 дней как я узнал что у меня рак желудка, а это бич у нас на Кавказе (онкология по желудку/пищеводу), жирная еда.

    Врач конечно говорит шансы есть, посоветовал пойти к такому то онкологу в Москву, но я нишеброд, я уже знаю что мертвец, не хочу чтоб родители лезли из-за меня в долги.

    Меня другое волнует, пока вроде я хожу, правда лимфы опухли и температура временами скачет, в животе я терпимые боли чувствую.

    Чем дальше насколько сильно будут боли и мучения? На самом деле под конец раковые больные худеют, становятся как мумии, срут под себя и спят от силы по 20-30 минут в сутки?

    Я хочу покончить собой, не знаю перерезать вены, пойти купить наркотики и передоз устроить или броситься с крыши, но везде останавливает что вдруг не повезет.

    Насколько вообще это мучительно умирать от рака?

    Я хочу узнать, может кто сталкивался с близкими и видели, чтоб у меня был повод набраться мужества и покончить собой.

    Поищи тут на Пикабу пост, чувак заливал. Что делать после того как узнал диагноз. Там прям по порядку все шаги. Вытащат тебя, не ссы. Молодой ещё подыхать, организм справится. Ну а если сопли пускать пузырями, тогда да, накрываться белой простыню и ползти по пути на кладбище

    Родителей жаль? Чтобы в долги не полезли? А хоронить сына, вам родителей не жаль?

    Если мне когда-нибудь выпадет такая доля, то после всех попыток выбраться я предпочту передоз, благо героин достать несложно. Хоть попробую в первый и последний раз. Вам советую не опускать руки до последнего, от облучения и химии бывает и вылезают, правильный настрой опять же - нужна злость на эту опухоль-суку.

    Уколы. смерть. уколы. смерть. Сложный выбор.


    Уколов бояться пуще смерти это нелепо.

    Вот умереть Вы успеете всегда. Надо бороться. ВСЕГДА надо бороться!

    Лечись уже, блин.

    Люди и без желудка живут. Почему же не удаляют его? Какая степень?

    Найди себя на картинке. А потом подумай второй раз.


    Многие продукты растительного происхождения тоже могут весьма тяжело перевариваться

    Такая скрытая реклама вегетарианства?

    Стыдно не стыдно, а написать изначально можно было просто ". ремиссия, потом перейдешь на диету и проживешь еще долго". Но почему то всплыло именно вегетарианство. Поэтому и возникла мысль, что топят здесь за веганство

    Веганство и вегетарианство разные вещи, во вторых красное мясо, к тому же жареное как обычно на Кавказе, известный канцероген.

    Вот интересная ситуация. С одной стороны - жить дальше, пытаться выкарабкаться (выздороветь), теша себя надеждой на лучшее. Из плюсов - шанс (именно шанс) на выздоровление, существование (опять же именно существование а не жизнь). Минусы - адские боли, причинение боли и неудобств (вернее проблем) окружающим, есть вероятность что все старания будут напрасны, материальная составляющая (лечение и прочее).

    С другой - прекращение мучений, которые многовероятно будут. Из плюсов - а как бы плюсов наверное и нет. Чуть дешевле в итоге получится, ну и отменяет эти самые мучения от боли. Из минусов - материальная составляющая (выражусь жестко, но экономичнее оплатить похороны, чем дорогостоящее лечение и многовероятно похороны), иная, но все равно боль в глазах близких и окружения.

    И вот встает вопрос: А куда свернуть? Да, довольно много людей будет пытаться убедить "жить дальше, бороться". Это естественно. Кто то из добрых побуждений, кто то за "плюсик в карму". Вероятно все же будет пара комментов в поддержку решения автора поста (потому что если судить хладнокровно, то решение скорее правильное чем нет). Но здесь оговорка. Если автор сам говорит что имеет нехватку денег, а поэтому и не хочет втягивать родителей в долги (которые будут при лечении), то почему он хочет просто самовыпилиться. Хочешь оставить после себя пустоту - прыгай с крыши и делов. Но будет в принципе адекватнее за то время, пока ты живешь, заработать денег, чтобы хватило по крайней мере на твои похороны. А лучше, если будет больше, тогда ты еще поможешь своим родителям.

    Как бы если знать, что ты уже не жилец, то и нет смысла делать что-либо для себя, но еще есть родные, ради которых можно напрячь остатки сил и сделать что-то хорошее. Оставить после себя не остатки тела в гробу и кредит взятый закапывание этого самого гроба, а что то такое, за что тебя будут вспоминать и помнить. Не хочешь бороться за свою жизнь - отдай ее остатки на благо близких (не других незнакомых людей а именно близких, поторым без тебя потом будет трудно жить).

    Что,прям на Кауказе всё так плохо с медициной?
    Да туда денег вливают больше,чем в Подмосковье, у вас там из золота больницы должны стоять и лечить на молекулярном уровне

    Эвтаназия или мучения? История одной женщины

    Я видела как мой муж умирает от рака. Он лежал во всемирно известном центре лечения рака, с одной из лучших программ хосписной и паллиативной помощи. Но с момента, как врачи сказали, что ему осталось совсем немного, прошло ещё пять ужасных и невыносимых дней.

    Любой, кто выступает против эвтаназии, прежде всего должны наконец понять, как тот человек, которого они любят увядает на глазах и умирает в мучениях. Потому что они даже не представляют какого это слышать последний хрип и вздох любимого человека. В реальности, вам будет до ужаса больно видеть, сколько страданий испытывает умирающий человек.

    Вы не просто ложитесь и умираете, ваши органы медленно разрушаются изнутри. Ваш организм перестаёт выводить жидкость, вы отекаете, происходит накопление токсичных веществ, вы теряете способность глотать и мучаетесь от жажды. В связи с отсутствием глотательного рефлекса, вы можете задохнуться, поэтому вам перестают давать воду и препараты, употребляемые орально. Может быть, в первое время, вы сможете сосать смоченную тряпку, но это вряд ли принесёт облегчение и вскоре вы всё равно потеряете возможность делать и это. Да, вам будут колоть всё внутривенно, чтобы поддерживать жизнь, но ваш рот пересохнет, а губы растрескаются по углам и начнут кровоточить. Ваше горло также пересохнет и вам будет казаться, что у вас там наждачная бумага. Из-за этого организм будет задерживать жидкость, поэтому все ваши конечности отекут и вздуются, принося нестерпимую боль, а растянутая кожа может даже порваться в местах наибольшего скопления жидкости, чаще всего на ногах в области икр.

    Вы будете страдать от инфекции распространившейся по всему вашему телу, от кожи до легких, поскольку иммунная система, после курса химиотерапии, полностью разрушится. Вы больше не сможете контролировать свой мочевой пузырь и кишечник. Потом отказывает печень и вы начинаете бредить. Затем пропадает возможность общаться, даже в те короткие периоды, когда вы не под наркозом и находитесь в сознании. Путаются слова, вас охватывает то злоба, то разочарование, от того что вы не можете сказать свои последние, очень важные мысли. Потом начинаются приступы помешательства, вы начинаете срывать провода и системы жизнеобеспечения: катетер, капельницу или трубку для кормления. Чтобы вы не травмировали себя, вас будут пытаться успокоить, но вы не будете понимать, что медицинский персонал и семья просто пытаются вам помочь. Вы будете молить их, чтобы они перестали мучить вас и причинять боль, а потом как испуганный ребёнок спросите, что же вы сделали не так и почему они над вами издеваются. Это разобьёт их сердца, и они будут пытаться вам объяснить, что любят вас и никогда, никогда, никогда не причинят вам зла намеренно.

    В течение последних нескольких часов жизни, вы в основном будете находиться под действием сильных обезболивающих препаратов в полусознательном состоянии, но, когда сознание будет возвращаться, вы будете пытаться вскочить с постели и смотря на своих близких взглядом полного ужаса, разрывать их душу на части.

    В конце концов, ваши близкие захотят вашей смерти, потому что они знают, что вы испытываете только постоянную боль, и это слишком тяжело для всех. Осознавая это, они будут чувствовать вину и это будет мучать их ещё больше. Они будут постоянно думать, правильно ли было продлевать ваши страдания и умерли ли вы, ненавидя их за то, что они позволили вам мучиться столько дней?

    Это жестоко, безобразно и ужасно. Нет хорошего способа умереть от рака. Это пытка до самого конца.

    При онкологических заболеваниях возникают большие риски летального исхода. Смерть от рака наблюдается не в каждом случае. На гибель пациента оказывает влияние разновидность раковой опухоли, ее локализация и общее состояние пациента. Чем позже диагностируется онкология в брюшной полости и других органах, тем скорее наступает смерть больного. Распознать признаки приближающейся смерти несложно, поскольку у больного резко ухудшается самочувствие и нарушается работа многих систем.


    Разновидности патологии

    У онкобольного могут наблюдаться раковые опухоли любой локализации и вида, из-за чего будет зависеть продолжительность жизни. От онкологических заболеваний страдают не только пожилые, но и молодые пациенты, в том числе новорожденные. Основной классификацией онкологии является расположение злокачественного новообразования. С большой вероятностью люди умирают при раке крови или патологии головного мозга. Страдания больного зависят от локализации опухолей, которые образуются в таких органах, как:

    • печень;
    • молочные железы;
    • почки;
    • предстательная железа;
    • органы ЖКТ;
    • желчный пузырь и желчевыводящие протоки;
    • легкие;
    • матка;
    • мочевой пузырь;
    • кости;
    • эндокринная железа;
    • яичники.

    При онкологии любого расположения в запущенной стадии человек начинает себя непривычно вести, возникает тревога, которую не удается облегчить седативными препаратами и другими средствами.

    Стадии приближающейся смерти: к чему готовиться?

    Признаки скорой смерти не всегда могут наблюдаться, и пациент может даже не понять, что это его последние часы. Процесс умирания происходит у каждого пациента по-разному. Некоторые умирают в муках, им больно дается каждое движение и даже вдох, а другие больные чувствуют себя удовлетворительно. В таблице представлены основные этапы, которые проходят онкобольные при запущенной форме рака.

    СтадияОсобенности
    ПредагонияНарушение работы центральной нервной системы
    Больной не замечает приближения смерти и ничего эмоционально не чувствует
    Посинение кожного покрова на руках и ногах
    Изменение окраса кожи на лице до земляного оттенка
    Стремительное снижение артериального давления
    АгонияКислородное голодание, связанное с распространением злокачественного новообразования
    Замедленное биение сердца
    Остановка дыхания через некоторое время
    Замедляется обращение крови, когда больные раком умирают,
    Клиническая смертьО близкой гибели пациента сигнализирует приостановка сердечной функции и работы других внутренних органов и систем
    Биологическая смертьОнкобольной считается мертвым при остановке работы головного мозга
    Вернуться к оглавлению

    Что чувствует пациент, когда умирает: симптомы

    Смерть от рака порой удается предусмотреть, поскольку перед гибелью у больного наблюдаются особые клинические признаки. Разные онкологические заболевания сопровождаются отличительными симптомами на последних порах. Раковый процесс запущенной формы часто протекает с такой симптоматикой:

    • Болевой синдром. Пациенту бывает больно не только вставать с постели, но и даже шевелить пальцами или дышать.
    • Сильная слабость и постоянное желание спать. Больной перед смертью жалуется на постоянную усталость, из-за которой его клонит в сон. Проблема спровоцирована нарушенными обменные процессами.
    • Проблемы с аппетитом или его полное отсутствие. Больному организму не требуется много энергии, поэтому нет надобности в пище.
    • Затрудненное дыхание. При смерти наблюдается нехватка кислорода, возможны хрипы.
    • Неспособность сориентироваться в пространстве. Поскольку онкологический процесс приводит к нарушению функции многих систем, то у больного может возникнуть такая проблема, как дезориентация в реальности. Порой он перестает даже узнавать близких.
    • Похолодание рук и ног. Симптом фиксируется непосредственно за несколько часов перед смертью, при этом конечности становятся синюшными. Клиническое проявление связано с приливом крови к жизненно необходимым органам.

    О приближающейся смерти сигнализируют венозные пятна на нижних конечностях, в частности, на стопах, появляющиеся из-за плохого кровообращения.

    Как облегчить состояние и помочь больному?

    С умирающим требуется обращаться бережнее и стараться оберегать его от негативных эмоций, особенно если пациент пребывает дома. Необходимо знать, что делать, как снизить страдания и боль при приближении смерти на фоне рака. Чтобы подготовиться к предстоящей гибели, онкобольных отпускают из стационара и они оставшиеся дни проводят с родными. Облегчить состояние человека на последнем этапе онкологии частично удается при помощи обезболивающих и других групп медикаментов. Снизить страдания удается с помощью регулярного сна и продолжительного отдыха, который показан пациентам с 4 стадией рака любого типа. Некоторые онкобольные с онкологией с метастазами быстро умирают, другие же могут мучатся от сильных болей, кишечной непроходимости и других симптомов несколько дней или месяцев. В этот период важна поддержка и любовь близких людей, которые помогают пациенту на время отвлечься.

    Выживаемость

    За последнее время случаев развития раковых опухолей значительно возросло, в том числе и среди детей первых лет жизни. При разном типе рака исход отличается, чаще смерть наступает при онкологии крови или лимфатической системы, поскольку такие формы недуга отличаются стремительным прогрессированием. В большинстве случаев на последних порах процент 5-летней выживаемости не превышает 10. У одних больных смерть наступает раньше, другие проживают с 4 стадией рака несколько месяцев. В таблице представлены прогнозы при разном типе онкологических заболеваний.

    РасположениеВыживаемость, %
    Легкие13
    Бронхи
    Трахеи
    Кожный покровДо 12
    Желудок10
    Молочная железа
    Ободочная кишка5,9
    Прямая кишка4,9
    Анальный проход
    Лимфатическая и кроветворная системы4,4
    Шейка матки2,7
    Яичники
    Мочевой пузырь
    Почки3,1
    Поджелудочная2,9

    • Культура
    • История
    • Религия
    • Спорт
    • Россия глазами иностранцев
    • Фото
    • Инфографика
    • ИноВидео
    • ИноАудио

    После диагноза агрессивной формы рака груди мне предложили такое токсичное лечение, что, выжив, я могла потерять зрение, речь и память.

    Когда медработник выходит из кабинета, я поворачиваю голову к экрану, пытаясь понять, есть ли там новообразования, сплетения нервов, маленькие подсвеченные знаки, которыми может быть написана моя болезнь, а значит, и мое будущее. На этом экране я впервые в жизни увидела опухоль, похожую на темный кружок, из которого торчало длинное корявое щупальце.

    Я сфотографировала ее на айфон, лежа на кушетке. Эта опухоль была моей.

    Когда тебя объявляют совершенно больной, а ты чувствуешь себя совершенно здоровой, ты сталкиваешься с этой грубой формулировкой, не проведя и часа в состоянии легкой неопределенности и предварительного нарастающего беспокойства. Теперь же у тебя появляется не решение проблемы, а новое имя для твоей собственной жизни, разделившейся надвое.

    Болезнь, не удосужившаяся явить себя чувствам, просвечивает в своем экранном воплощении, где свет — это звук и информация, которую шифруют, расшифровывают, пересылают, анализируют, оценивают, изучают и продают. Там, в компьютерных серверах, нам становится хуже или лучше. Раньше заболевало наше тело. Теперь болезнь — это лучи света на экране.

    Добро пожаловать в мир аппаратов с названиями-аббревиатурами: МРТ, КТ, ПЭТ. Надеть наушники, надеть рубашку, снять рубашку, поднять руки, опустить руки, вдох, выдох, забор крови, инъекция контрастного вещества, ввести зонд, включить зонд, двигаться или чувствовать, как тебя двигают — радиология превращает человека из плоти и крови в пациента из света и теней.

    Тихие медсестры, громкий лязг, нагретые одеяла, киношное пиканье приборов.

    Хирург-маммолог сказала мне, что главный фактор риска для развития рака груди — это наличие груди как таковой. Она отказывалась выдавать мне первичные результаты биопсии, если я буду одна. У моей подруги Кары была работа с почасовой оплатой, и она не могла отлучиться, не потеряв деньги, которые были ей очень нужны, так что она заскочила в кабинет врача в пригороде во время обеденного перерыва, чтобы я могла узнать свой диагноз. В США, если даже вы приходитесь кому-либо страшно больному сыном-дочерью, родителем или супругом, по закону вам никто не обязан давать отгул для ухода или помощи этому человеку.


    Если вас любит кто-то вне круга вашей семьи, закон и это не берет в расчет. Закон не отпустит этого человека к вам и не сделает исключения, будь вы окружены хоть всей любовью мира, особенно если она не подтверждена документами. Если вы нуждаетесь в чьей-то заботе, ее придется получать украдкой, урывками. Вот и Кара пришла ненадолго. Пока мы с Карой сидели в бежевой приемной со стеклянным потолком, она дала мне свой складной нож, чтобы я могла сжать его в руках под столом. Без особых театральных приготовлений хирург поведала то, что мы уже и так знали: у меня была по меньшей мере одна раковая опухоль, размером 3,8 сантиметра, в левой груди. Я вернула Каре мокрый от пота нож. Она в тот же день вернулась на работу.

    Отказаться от химиотерапии — это значит умереть, высказал свое мнение доктор Пупсик. А согласиться на нее, подумала я, будет все равно что чувствовать себя умирающей, но, возможно, выжить; или умереть от побочных эффектов, а не от самой болезни; или, наконец жить, почти выздоровев, но не совсем.

    Диагноз снизил мою способность отличать хорошие советы от пустой демагогии. Все, что мне советовали делать в связи с раком, на первый взгляд было похоже на признак того, что мир и сам болен. Я читаю на форуме, что, если отрезать волосы покороче, мне будет легче смириться с их окончательной потерей. Я стараюсь убедить себя в этом. Обычно я сама стригусь, но на этот раз записываюсь в салон и молча сижу в парикмахерском кресле, пока блондин-незнакомец отрезает мои длинные темные волосы выше плеч.

    Пока мои волосы опадают кучкой, которую потом подметет низкооплачиваемый помощник парикмахера с щеткой в руках, я осознаю, что по крайней мере несколько лет я была, сама того не понимая, почти красива, а теперь, наверное, больше не буду. Я еще думаю о том, как когда-то любила повторять, что самое лучшее в жизни — это когда растут волосы, потому что это простое свидетельство того, что нет ничего неизменного, а значит, мир всегда может измениться. Теперь у меня не просто выпадут волосы, погибнут даже фолликулы, из которых они растут. Как это ни горько, то, что когда-то росло, прекратит расти, даже пока я сама буду продолжать жить. И это еще не все. Очень многое из того, что я знала о мире и считала очевидным, теперь потребует новых доказательств.


    Пост набирает много лайков. Потом я выполняю другие предписания, которые нашла в интернете: рассказываю о диагнозе маме, рассказываю о нем же дочке, делаю генеральную уборку на кухне, договариваюсь с работодателем, нахожу человека, который присмотрит за котом. Потом иду на барахолку за вещами, которые удобно будит носить, когда мне поставят порт для химиотерапии. Я жалуюсь по телефону друзьям, что обо мне некому позаботиться.

    Безо всяких церемоний принимается решение, что доктора отсекут мои груди и утилизируют их с помощью инсинератора, так что я заранее стараюсь представить себе, что их у меня никогда и не было.

    В комнате ожидания больницы работе по уходу за больными сопутствует обработка данных. Жены заполняют бланки мужей. Матери заполняют бланки детей. Больные женщины заполняют свои собственные. Я больна, и я женщина. Я вписываю свое имя. На каждом приеме мне выдают распечатку из общей базы данных, которую велят исправить или подтвердить. Базы данных пустовали бы без нас. Сделать из человека абстрактного пациента — женская работа. Нам только кажется поначалу, что это работа машин.

    Медсестры встречают меня в кабинете после того, как я переоделась в специальную рубашку. Они входят в систему. Иногда у меня берут кровь, а также в виде особой милости разрешают взглянуть на распечатку ее состава. Каждую неделю в крови находятся более или менее те же самые клетки или вещества, что и на прошлой неделе. Количество этих веществ то увеличивается, то уменьшается, определяя продолжительность и меру будущего лечения. Медсестры задают вопросы о моем телесном опыте. Они вводят ощущения, которые я описываю, в компьютер, щелкая мышкой на симптомы, которым уже давно присвоены категория, название и страховой код.

    Если женщины превращают тела в данные, то врачи их интерпретируют. То есть сначала одни люди сделали из меня экстракт и приклеили на него ярлыки. А потом другим людям — докторам — осталось только меня прочесть. Вернее, прочесть то, чем стало мое тело: пациентом, сотканным из информации, обработанной женским трудом.

    Не существует специального способа, позволяющего узнать, как это меня изменит: повреждения мозга в результате химиотерапии носят накопительный и непредсказуемый характер. Хотя этот препарат применяется более полувека потому, что не проникает через гематоэнцефалический барьер, врачи иногда не верят пациентам, которые заявляют о его воздействии на их умственные способности. А когда врачи все-таки слышат об этом, они преуменьшают это воздействие, как и многие другие недомогания, связанные с онкологией.

    Пациенты жалуются, что утрачивают способность читать, вспоминать слова, бегло говорить, принимать решения и запоминать. Некоторые теряют не только кратковременную, но и глубинную память: по сути, они теряют воспоминания о всей своей жизни.

    Химиотерапия, как и большинство медицинских процедур, вызывает скуку. Как и в случае со смертью, приходится очень долго ждать, пока тебя вызовут. Ты ждешь, пока назовут твое имя, а в это время в воздухе висит атмосфера паники и боли. Все вокруг ждут, что их тоже вызовут. В каком-то смысле это напоминает войну.

    Медсестра в защитном костюме вводит большую иглу в мой пластиковый подкожный порт. Сначала из меня что-то извлекают какие-то штуки, потом в меня впрыскивают и забирают что-то шприцем, потом что-то в меня капает. И каждый раз, когда в меня что-то будет капать, мне нужно называть свое имя и дату рождения.

    Я стараюсь быть самым нарядным человеком в процедурной, облачаясь в роскошь с барахолки, заколотую большой золотой брошью в форме подковы. Медсестры всегда меня хвалят за то, как я одеваюсь. Мне это необходимо. Потом они вливают в меня, среди прочего, препарат платины, и я становлюсь человеком в роскошном наряде с барахолки, по венам которого течет платина.

    Кто-то однажды сказал, что решиться на химотерапию — все равно что решиться прыгнуть с крыши, когда кто-то поднес к твоему виску пистолет. Ты прыгаешь, потому что боишься смерти, во всяком случае, такой болезненной и неприглядной, как смерть от рака, или прыгаешь из-за того, что очень хочешь жить, пусть эта жизнь до самого конца будет приносить тебе боль.

    Моя проблема в том, что жить я хотела на миллионы долларов, но ни тогда, ни сейчас не могла себе ответить, чем я заслужила такую расточительность своего существования, почему я позволила рынку извлечь выгоду изо всех моих прибыльных несчастий. Сколько книг я должна написать, чтобы заплатить миру за то, что продолжаю существовать?

    Когда тебя настигает рак, ты забываешь, сколько жизни отдаешь выживанию и какую часть себя отдаешь болезни, потому что трудно заботиться о болезни и одновременно заботиться о себе. Забота о болезни может стать смыслом жизни, браком, устроенным судьбой, и позже, когда болезнь перестанет быть острой, лишающей жизни саму жизнь, от ее лечения останутся хронические тяжелые заболевания.

    Мое тело чувствует себя умирающим — это побочный эффект от того, что должно помочь ему выжить — и молит о разрушении как единственном способе себя сохранить: не двигаться, не есть, не работать, не спать, отвергать любое прикосновение. Каждый мой нерв — словно нищий, просящий милостыню в виде кончины. Любая мудрость моего тела проявляется в виде невыносимо театральной просьбы идиота. Мне пришлось, впрочем, поверить, что всем своим желанием умереть тело хотело вовсе не показать мне, что ненавидит жизнь, а лишь что оно больше не может все это переносить.

    Несмотря на то, что во время химиотерапии я обкладывала руки и стопы льдом, чтобы этого не случилось, мои ногти все-таки начали отделяться от своего ложа. Слезающие с пальцев ногти болят, как и положено слезающим ногтям. Я прибинтовываю свои накрашенные переливающимся лаком ногти обратно. Я потеряла друзей, любовников, память, ресницы и деньги в борьбе с этой болезнью, так что я упрямо сопротивляюсь потере чего-то еще, к чему я привязана. Мои ногти отваливаются, несмотря на мое сопротивление их утрате.

    Одна знакомая сказала мне, что после рака, который она перенесла 30 лет назад, она так и не вернулась к себе прежней. Теперь ей за 70, и она говорит, что ходит на работу, а потом каждый день возвращается домой, и часами находится в своем диссоциированном забытьи, а поскольку ей приходится работать, чтобы свести концы с концами, она опять идет туда утром и делает вид, что она снова существует. Некоторые из нас, переживших худшее, выживают, чтобы оказаться в пустом небытии.

    Утраченные части нашей души заменить не выйдет, как и утраченные части наших тел, и жизнь все больше отделяется от жизни, только и всего. Вот они мы, почти что мертвые, но вынужденные ходить на работу.

    В мире капиталистической медицины, где все тела вращаются вокруг прибыли, даже двойная мастэктомия — процедура амбулаторная. После операции меня жестко и очень быстро выселили из палаты для выздоравливающих. Сестра разбудила меня после анестезии и попыталась внести неверные ответы в опросник для выписки, а мне не удалось доказать ей, что я еще не поправилась. Я говорила ей, что мне не дали обезболивающее, что на самом деле я еще не сходила в туалет, мне ничего еще не объяснили, что я не могу не то, что уйти, я не могу даже встать. Но меня заставили уйти, и я ушла.

    В день, когда тебе сделали двойную мастэктомию, ты, конечно, не сможешь сама уехать домой на машине — ты будешь загибаться от боли, не сможешь работать руками, из туловища будут свисать четыре дренажных пакетика, после анестезии ты будешь сама не своя и едва сможешь идти. Дома ты, по идее, тоже не должна оставаться одна. Но как только тебя силком выпишут из хирургического отделения, никто и не подумает поинтересоваться, кто будет о тебе заботиться и будет ли вообще. Никому не интересно, на какие жертвы придется пойти этим сиделкам и нужна ли им самим какая-то помощь. Неудивительно, что одинокие женщины, больные раком груди — даже с учетом расы, возраста и уровня дохода — умирают от него вдвое чаще, чем замужние. Процент смертности выше среди бедных и одиноких.

    Всем кажется естественным, что раз тебе не удалось завести принятые в этом мире романтические отношения, или ты не успела прожить достаточно долго, чтобы обзавестись преданными взрослыми детьми, или, наоборот, вышла из возраста, когда за тобой еще ухаживают родители, то ты со своей агрессивной формой рака в агрессивной рыночной среде редко считаешься достаточно ценной, чтобы жить.

    От этих новостей я, словно младенец, рождаюсь заново, попадая в тело, сотканное из огромного долга любви и ярости, и, если я возьму реванш над тем, что со мной случилось, и проживу еще 41 год, мне этого все равно будет мало.

    Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.