Рак у многодетной мамы


27-летняя мать троих детей, длительное время получавшая лечение от остеохондроза, скончалась от рака в последней стадии. Изначально ошибочный диагноз не дал молодой женщине ни единого шанса на выздоровление. Евгения Попова умерла в тот день, когда ее младшему сыну исполнилось 8 месяцев.

За два часа до смерти


Однако история их дружбы начиналась с другой трагедии.



Врачи отделения до последнего поддерживали молодую мать в состоянии, чему остались благодарны родственники. Она умерла в тот день, когда младшему сыну исполнилось 8 месяцев.


Папа на работе, мама в больнице

Похороны Евгении Поповой состоятся 16 января. Причина задержки – проведение судебно-медицинской экспертизы и, по словам родных, банальная нехватка денег. Неравнодушные жители Краснотурьинска организовали сбор помощи. В общежитии на улице Ленина, 23, где проживала семья с детьми, на вахте установлена коробка для сбора пожертвований.

После похорон родственники намерены решить вопрос об опеке детей, за которыми, как планируется, будет следить их бабушка. Маленьким ребятам не говорят, что произошло с матерью. Двое детишек совсем еще маленькие, а старшая дочка в возрасте 4,5 года до сих пор считает, что ушедший более года назад отец находится на работе, а мама – в больнице.


К слову, на этой неделе Краснотурьинский городской суд признал отца семейства без вести пропавшим – теперь семья сможет оформить дополнительную пенсию по утере кормильца.

Без комментариев

Вопиющий случай. Мнение


Максим Стародубцев, эксперт по вопросам организации бесплатного медицинского обслуживания и медицинского страхования:

- Онкология у женщин после беременности – не редкость. Подобные случаи бывают во всем мире. Бросается в глаза, что все произошло в Краснотурьинске – в городе, где не самая плохая медицина в Свердловской области. К тому же, хорошо развита онкологическая служба.

Не зная ситуацию, нельзя сразу обвинять медицинских работников. Но сам по себе случай вопиющий - такое расхождение в диагнозах! Вопрос в том, насколько были заинтересованы доктора на месте отправить пациентку для углубленной диагностики в областной центр.

Сейчас у меня возникает один вопрос: подключилась ли к делу страховая компания, которая выдавала полис? Потому что первой в подобных случаях должна разбираться именно она. Минздрав, конечно, проведет проверку, но она точно не будет ориентирована на то, чтобы выплатить компенсацию погибшей и ее семье. В ведомстве определят виновных, может, сделают выговор врачам или лишат премий, сделают организационные выводы, поймут, почему не был поставлен диагноз, и можно ли было предотвратить ситуацию. Но другая сторона, которая должна этим заниматься – страховая компания, которая выдала погибшей девушке полис. Большой минус, если она этого не делает, это значит, что организация не выполняет свои обязанности.

В случае возникновения судебного разбирательства, судебная инстанция как правило, встает не на сторону потерпевших. Обычно объясняют это следующим: да, было расхождение диагнозов, но даже если бы заболевание выявили своевременно, его течение было таково, что исход вряд ли мог быть иным. Вот и в случае с этой девушкой, может быть также. Врачи скажут, мол, да, признаем ошибки, но онкология была такого характера, что в любом случае вмешательство не привело бы к положительным результатам.

Верить в себя и не сдаваться в борьбе за жизнь — постулаты, на которые опирается мать троих сыновей и дочери. У Людмилы Гордеевой онкологическое заболевание, и она делает все возможное, чтобы как можно дольше оставаться со своей семьей. Однажды медики уже предложили женщине паллиативную терапию — проще говоря, отправили домой умирать. Людмила обратилась за помощью к звездам . Ей собрали деньги на операцию в Израиле, но сейчас снова нужна поддержка.

За последние шесть лет в семье Людмилы произошло много событий. Старший, Илья, поступил в колледж. Федя и Саша порадовали родителей огромным количеством медалей и кубков за игру в баскетбол. Младшая, Виолетта, увлеклась танцами и тоже достигла успехов. На всех соревнованиях детей сопровождала мама. Поддерживала, подбадривала, радовалась победам, а они старались ради нее. У Людмилы Гордеевой могло и не быть этих лет жизни. Если бы в она на слово поверила врачам, которые сообщили, что ей осталось несколько месяцев.

Злокачественная опухоль в кишечнике. Лечили Людмилу в двух столичных больницах. Но характер у этой болезни очень агрессивный: появились метастазы в печени. Врачи зашли в тупик и больше ничего не смогли предложить пациентке. Признались: чуда ждать бессмысленно.

Супруг не готов был смириться с этими словами. Обзвонил друзей, а те посоветовали клинику в Израиле. Иностранные медики провели три операции, в том числе по удалению правой доли печени, назначили биохимию, радиохирургию. Благодаря этому Людмила жива, называет себя счастливой матерью и воспитывает четверых детей. Но в этом году на одном из исследований снова нашли метастазы. И снова врач из Израиля пообещал помочь, если удастся найти 42 тысячи евро — это около 3 млн рублей.

В прошлый раз собрать нужную сумму семье помогла Мария Кожевникова. Всё это время актриса следила за судьбой многодетной матери и сразу же отозвалась, когда та во второй раз попросила о поддержке. Опубликовала все реквизиты в своем блоге и очень надеется, что люди откликнутся.

Мария Кожевникова, актриса: «Шесть лет прошло после первой операции, шесть лет жизни со своими детьми. Когда каждый день — это важно. Но я надеюсь, что у нее будет еще 60 лет впереди. Я надеюсь, что мы сможем с помощью добрых людей — я тоже помогу — собрать нужную сумму и сделать еще раз операцию. Дело в том, что обязательно нужно у того же самого врача. Даже русские сейчас говорят: езжайте обязательно туда, потому что человек вас уже оперировал. Он все посмотрел, сказал, что очень хорошие шансы, но нужно это сделать срочно — .

В ожидании помощи Людмила продолжает свои повседневные дела. Их, как в любой большой семье, всегда много. Ей снова назначили химиотерапию, посоветовали ограничить физические нагрузки. Но пока муж работает, Федю надо отвести на хоккей, Сашу — на баскетбол, Виолетту — на бальные танцы. И в этой суматохе даже легче почувствовать себя здоровой: дети дают силы жить.

РЕКВИЗИТЫ ДЛЯ ПОМОЩИ ЛЮДМИЛЕ ГОРДЕЕВОЙ

Гордеева Людмила Георгиевна
Банк получателя: Сбербанк России
Номер счета получателя: 40817810638044706653
Корреспондентский счет: 30101810400000000225
БИК: 044525225
ИНН: 7707083893
КПП: 773643001

Или перевод на карту Сбербанка 4276 3801 4041 4397.

Мать-одиночка с тремя детьми и лечение рака молочной железы

Татьяне Бельковой 33 года, и у нее трое детей. Татьяна привыкла давать интервью и говорить о своей болезни, лечении, трудностях и успехах — она известный кондитер, блогер и "раскрученный" победитель рака молочной железы, на сегодняшний день ремиссия длится более 2 лет. Историю Тани мы публикуем в рамках образовательной кампании "Силы есть", инициированной Nutricia Advanced Medical Nutrition при поддержке Ассоциации онкологических пациентов "Здравствуй".


Пеппи, трое детей и рак

Маленькая блондинка, веселая и озорная, такая Пеппи Длинныйчулок, только на голове модная косынка вместо косичек. Она же мама троих детей — Пети, Вити и Маши (Машу при этом называют как-то экзотично — Мару). Она домашний кондитер — печет торты на заказ, красивые, с ягодами. Делает это каждую ночь и каждый день на крошечной (и это видно по фото в ее блоге) кухоньке в Перово.

Детей воспитывает и обеспечивает одна — называет себя матерью-одиночкой, хотя папа в жизни детей тоже есть. Он скорее на правах приятеля семьи, потому что сам в сложной ситуации и финансовой помощи не оказывает. А еще у Тани рак молочной железы, и она проходит лечение. Проходит его, стараясь не терять этот свой мальчуковый задор, не жалуясь и не ноя.


— Я с 2007 года работала дома — пекла торты и воспитывала детей, - рассказывает Таня. — И то и другое мне всегда нравилось. Нравилось делать вкусные угощения, нравилось, что эта работа не мешает пойти погулять с детьми или заниматься с ними в течение дня. Сначала на кухне рос Петя, потом к нему присоединился Витя, самая младшая у нас Мару — она тоже смотрела, как я готовлю, из своего шезлонга.

10 лет назад, когда Таня начинала печь, этот рынок был не так велик, заказов было много, деньги получалось зарабатывать хорошие, и она строила планы, как откроет свою кондитерскую или кондитерский цех и будет расширять бизнес. Но ее останавливало то, что придется меньше бывать дома рядом с детьми.

— Собственно, когда в 2015 году, через 10 дней после небольшой операции по удалению доброкачественного, как тогда казалось, уплотнения в груди, мне сказали, что это на самом деле был рак, я не помню, чтобы провалилась в пропасть, оглохла от страха или даже по-настоящему испугалась. Я просто стала выяснять, что конкретно мне теперь нужно делать, чтобы выбраться из этой болезни.

Однако был момент, когда Таня могла бы расчувствоваться, расплакаться, отдаться своим эмоциям — это разговор с мамой. Таня волновалась перед звонком, думала, как она скажет маме о диагнозе, что услышит в ответ — отношения между ними нежными не были, но это тот случай, когда все может измениться.

Однако услышав, что у дочери рак, та резко ответила, что этого просто не может быть, и повесила трубку. Тогда Таня спокойно вздохнула и рассказала, что заболела, старшему сыну Пете, десятилетнему парню, оказавшемуся самым взрослым и заботливым в семье.


Шикарно живете

Таня могла бы лечиться бесплатно, но, чтобы получить квоту на первую химию, нужно было ждать несколько месяцев. Это было рискованно. Позволить рисковать собой и детьми Таня не могла и стала продавать то, что было, и работать еще больше, чтобы покупать себе дорогостоящие препараты. Тут помогли подруги — открыли сбор средств для Тани, рассказали про нее журналистам, и очень многие захотели помочь и поддержать отважную молодую маму.

Лечение поначалу шло неплохо. Тошнота была под контролем препаратов, на капельницы Таня ездила амбулаторно и отлеживалась денек после них дома, прежде чем снова вставала к плите. Волосы без особой жалости обрила, чтобы они не попали в клиентскую выпечку. Она рассказывала о своих ощущениях в блоге. "Сейчас 12 часов ночи, малыши спят, а меня ждут три торта. Посоветуйте мне фильмы про любовь, очень хочется нежности", — писала Татьяна по вечерам.

Таню обвиняли в том, что она мошенница — слишком хороша собой и благополучна для онкологической пациентки. Говорили, что она живет за счет мужчин, лечится бесплатно, а деньги собирает просто так. Под микроскопом изучали ее детей — во что одеты, в какие игрушки играют, как подстрижены, чтобы говорить, что семья живет слишком шикарно, или обвинить, что дети запущены и надо бы пригласить опеку разобраться с этой семейкой.

При этом блог читали родные, знакомые и, что было больнее всего для Тани, блог читал Петя! Мальчик, который так старался защитить маму от всего на свете, но ничего не мог сделать с нападками на нее. С Петей много говорили и решили не обращать внимания на сумасшедших.

Новая профессия и новая любовь

После пятой химиотерапии у Тани развилась очень неприятная и болезненная побочная реакция — ладонно-подошвенный синдром. Когда кожа буквально облезает, оставляет раны как после ожога. Потом затягивается и облезает снова. В таком состоянии принимать душ, одеваться, ходить или заботиться о детях очень сложно, а печь торты просто нереально. Сообщив об этом в своем Instagram, Таня решила осваивать новую профессию — стала консультантом в косметической компании. Ведь деньги нужны были по-прежнему — и на лечение, и на детей.

"У меня еще не выросли волосы, я была худая, слабая и бледненькая, когда мы с ним встретились. А он казался таким сильным и заботливым, как из фильмов, которые я смотрела по ночам". Так началась романтическая история Татьяны, о которой она так мечтала.


Мужчина был ласков и внимателен, познакомился с детьми, развлекал и баловал их всех. Но потом понял, что не готов к такой серьезной Таниной жизни, к ответственности за детей, к ее лечению, к волнению за ее здоровье. И ушел. Ушел тоже по-киношному — купил билеты в Ригу на выходные, чтобы подарить романтический уик-энд, но на перроне аэроэкспресса отдал ей билеты и сказал, что ему это не по силам и даже в Ригу он не полетит.

— Я хорошо поняла, что не железная, спустя год после выздоровления. Меня накрыла жуткая депрессия, жить не хотелось, сил не было поднять голову. Вытаскивали меня подруги, а детей забрала мама, чтобы они меня в таком состоянии не видели. Просто все напряжение, которое накопилось, усталость, страх и неприятности догнали меня все сразу.

— Что для меня изменилось после болезни? Я поняла, что могу больше никогда никому ничего не доказывать. Могу не быть сильной, не быть железной, не быть "мужиком". Хочу и могу быть девочкой, носить платья и туфли, которые появились в моем гардеробе только после начала лечения. Могу быть счастливой только для себя и своих детей.

После всех испытаний Таня снова вышла замуж. Они все вместе хотят только одного — быть вместе и поддерживать друг друга, чтобы никто не был одинок.

Елена Грышко, мама трёх маленьких деток( 8 лет, 6 лет и 2 годика) больна РАКОМ и нуждается в ВАШЕЙ помощи. ! Живёт в Донецкой области г. Харцызск. В первый раз справились сами. После 2 операций и трех курсов химиотерапии.
Показать полностью… Рецидив, перешло на другие органы. Нуждается еще в трех курсах химиотерапии и операции. В связи с обстановкой в стране не могут потянуть лечение. Вся надежда на ВАС добрые люди.

РЕКВИЗИТЫ:
ОЩАДБАНК 6706350004762277. Грышко Елена Игоревна.
РАЙФФАЙЗЕН БАНК АВАЛЬ 4188371906571204 Грышко Елена Игоревна.
Кошелёк wmid913098458077. U 218989481673. R583703138311 Силаков Евгений ( брат)
ПРИВАТ БАНК 4149605451713630 Грышко Данил Максимович (карта на сына)

В 2007 году обнаружили кисту левого яичника. Сказали, что нужна операция, но сказали что шанс потом иметь детей маленький . Или рожай второго - киста рассосется . Я забеременела вторым, а как оказалось беременность росла и киста росла. Когда ребенку было 3 мес меня положили на операцию. Была операция 2.12 2008. Вывод дермоидная киста левого яичника, удалили яичники. В дермоидной кисте обнаружили зуб, волосы и хрящи. она встречается у 1 женщины из 100. но врачи сказали что на правом яичнике тоже киста . Жила нормально, ничего не тревожило, все было хорошо. Когда ходила беременная третьим ребенком узи показывало что все чисто. Родила дочку . Все хорошо.через 9 мес после родов встаю утром как обычно, завтрак готовлю у меня начинает болеть живот, я пью обезболивающее. Боль терпима . В 17.00 вечера боль такая как схватки самые последние. Моя бабушка, дай Бог ей здоровья, вызвала скорую. Скорая приехала обезболили меня и сказали что это почки по симптомам. Женщин сначала возят в женское отделение, что бы проверили не по женски, если все нормально, то уже везут в терапию. Так вот привезли меня в женскую консультацию. Доктор посмотрел на кресле и говорит, что 16 недель беременности. Я говорю - не может быть, т.к дела идут, на что он мне ответил - значит опухоль. Отправил на узи. Да! Узи показало, что опухоль как на 16 недель беременности. Меня положили в отделение и думали 2 часа что со мной делать. Хотели понаблюдать до утра. Пока они думали - опухоль лопнула и весь гной пошел в организм. 21.30 уводят меня на операцию, которая длилась 2 часа. Просыпаюсь утром от того что мешают трубочки, торчащие из живота,что бы выходил весь гной. Зашел врач и сказал что мы тебя откачали, что все хорошо . Удалили правый яичник. Через 7 дней меня выписывают домой, еще через неделю позвонили с больницы, что бы пришла. Я пришла и меня направили в Донецк в онкологию для подтверждения или опровержения диагноза. В Донецке сказали еще в первой операции врач должен был удалить и второй яичник сразу, а он не удалил. С первой кисты перешел доброкачественный метастаз на второй яичник и образовалась злокачественная опухоль. В Донецке сказали почему не удалили матку. Назначили 3 курса химии. Прошла - все хорошо . Лечилась в Макеевке. Доктор мой сказал, что быть в течении 5 лет была под наблюдением и то что у меня это кака плохая . Я наблюдалась: узи, анализы. В мае 2014 делала узи и анализы: все хорошо, все чисто. А когда нас бомбили, мы жили 14 дней в бомбоубежище, а там же сыро и холодно. Мне категорически нельзя переохлаждаться. После всех нервов и жизни в убежище , я пошла на узи и на анализы. 27 октября 20014 года на узи сказали,что надо немедленно ехать в онкологию к своему врачу. Я приехала и он направил меня на химию, потом на операцию. Я разговаривала с врачом что бы он назначил сначала операцию,а потом химию.Но он ответил, что сначала нужна химия чтобы убить всю дрянь. 3 курса химии пройду , а потом контрольное узи. Если все хорошо, то на операцию, а если без изменений, то опять повторно химию.

Чт Окт 17, 2019 14:17

Никогда не думала, что мне придется такое писать. Всегда этого очень боялась. Беда пришла и к нам.

Моя лучшая подруга Нина мне как сестра. Все ее дети мне как племянники, если не ближе - я их очень люблю и активно участвую в их жизни, поэтому для меня это все равно, если бы это случилось в моей семье. У Нины четверо детей - два сына, и две дочери. Старшему сыну 9 лет, младшей дочери, Агате, 9 месяцев. И у нее рак сетчатки.

В сентябре родители стали замечать, что у Агаты косит глазик. Сразу же они записались к невропатологу и к окулисту, но думали что это скорее к первому - у Агаты гипотония мышц, небольшая задержка моторного развития. Но невропатолог не выявил никаких проблем. К окулисту удалось попасть не сразу - у нас в поликлинике его долго не было, только недавно нашли, и запись к ней за две недели вперед. Неделю назад 10 октября Агату посмотрел окулист. По словам Нины, лицо врача было очень близко, когда они говорили, и Нина увидела, что в глазах у врача был ужас. Молодая врач не решилась озвучить диагноз. Сказала срочно ехать в МНТК "Микрохирургию глаза".

На следующий день через педиатра Нина взяла направление, в котором мы впервые услышали этот диагноз - ретинобластома. Дело было в пятницу, заведующая поликлиники сама позвонила в МНТК и договорилась на счет приема в понедельник. Можете представить, как мы провели эти выходные. В понедельник в МНТК диагноз подтвердили. К счастью, пока только на одном глазе, две опухоли, метастаз нет. Врач сказал ,что нужно срочно лететь в Москву в Блохина, но квоты может и не быть. Порекомендовал бить во все колокола, потому что оперировать нужно было еще вчера.

Вторник и среду Нина занималась подготовкой документов, чтобы подать на квоту. Вчера документы отправили, ждем результата. Заведующая поликлиникой порекомендовала нам начать собирать деньги, так как квоту могут дать очень быстро, если она есть.

Я вчера связалась с мамами, которые уже лежали и лежат со своими детьми в Блохина, чтобы понять, сколько нам нужно денег. Все сказали, что бесплатно будет только операция и химиотерапия, остальное все за свой счет - обследования, перед тем как лечь на операцию, лекарства, которые будут нужны если будут побочки от химии и лучевой терапии, а также протезирование глаза, если его все-таки придется удались (нам пока обещают сохранить, но никто не знает, как все будет дальше).

У Нины сложная финансовая ситуация, работает только папа, она сейчас в декретном отпуске, очень много занимается детьми. Я очень прошу вас помочь этой семье. Каждая мать понимает, что сейчас чувствует Нина.

Деньги собираем на мою карту - так попросила Нина. Любые вопросы можно задать мне по телефону 89231406577.
Документы Агаты:


И сама Агата, наша чудесная девочка:




Анастасии Кузнецовой 35 лет, она замужем, у нее трое детей

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

История болезни Анастасии Кузнецовой началась с плохого самочувствия после рождения третьего ребёнка. Она часто ощущала усталость, но думала, что это последствие бесконечных хлопот с тремя детьми. Спустя время Настя обратилась к врачу, ей диагностировали рак в четвертой степени. От традиционного лечения сибирячка упрямо отказывалась и лечилась у гомеопата, пока подруга не убедила её в обратном. Корреспондент НГС попросила Анастасию рассказать подробности такой типичной истории болезни и спросила у экспертов, почему люди отрицают смертельный диагноз, не признавая, что им нужна помощь.

— Я просто чувствовала слабость, не могла быстро подняться по лестнице, кашляла, у меня часто поднималась температура и спадала сама по себе. Были увеличены шейные лимфатические узлы, но я была уверена, что у меня просто много забот, хлопот, ведь все устают, у меня тоже простое переутомление, — вспоминает сибирячка.

Когда состояние здоровья начало беспокоить сильнее, Настя обратилась к врачу. На приёме у гематолога ей озвучили предварительный диагноз — лимфома Ходжкина, рак лимфатической системы. В тот момент, вспоминает Настя, её мама прислала ей фото детей в песочнице и девушка еле сдержалась от слез. Дальше последовали приемы у других врачей, анализы и неприятное ожидание результатов — обнаружены клетки онкологического заболевания, диагноз подтвердился.

Долгое время сибирячка верила, что ей поможет гомеопатия, и отказывалась идти к врачу

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

— Больше к врачу я не пошла, муж забрал все направления, а я встала на учёт в гематологический центр, но от лечения отказалась, потому что была уверена, что справлюсь гомеопатией, — объясняет Настя свое решение.

Через год ей сказали, что она готова к химиотерапии, но сама Настя не была к ней готова. Врачи настаивали на лечении, уверяли, что заболевание легко лечится, и говорили ей, что она принимает опрометчивые решения.

— Я плакала, но, честно, мыслей, что я умру, не было. Я приняла все, что происходит со мной, сразу. Несколько дней думала, за что мне это, потом я успокоилась. Я всегда понимала: все, что с нами происходит, происходит для чего-то, а не за что-то. Вместо того, чтобы читать, как люди лечатся, я начала читать психологов-онкологов. Самым тяжким было для меня, что у меня еще маленькие дети, я хотела отдавать им себя всю, мне не нравилось им говорить, что я устала, что что-то не могу, — продолжает Настя.

Родственники давили на нее, но она все равно стояла на своем

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

Анастасия рассказывает, что всегда лечилась гомеопатией, и натуральная медицина ей ближе. К гомеопату ходили ее дети, семья и подруги.

— За год, что я лечилась, были разные показатели, то хуже, то лучше, и наоборот. Я была уверена в лечении и знала, что оно меня не убьёт. Гомеопат говорила, что мы справимся без химии. А спустя время сообщила, что терапия все-таки необходима, — говорит Настя.

Принять факт того, что нужен врач и классическая схема лечения онкологии, Насте помогла подруга

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

Ключевым человеком для Насти в период болезни стала ее близкая подруга Ирина Саженюк, и, по её мнению, именно она помогла ей встать на путь выздоровления больше, чем врачи, процедуры и препараты.

По словам сибирячки, сама химия — это не больно, плохое самочувствие наступало потом: тошнота, привкус дихлофоса во рту, болели ноги, препарат имел неприятный запах, и еще Настя перестала нормально спать

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

Когда начали терапию, лимфома Ходжкина была уже на четвертой стадии. Настя лечилась в России и говорит, что даже представить не может, что ощущали ее родственники, которые наблюдали за процессом с самого начала. Со слов Насти, тяжелее всего было ее сестре, потому что она была с ней на приёме, когда озвучивали стадию заболевания.

— Родители успели поплакать дома, пока мы ехали домой от врача. Я могу, конечно, только догадываться, что они испытывали. Сказала все сразу, — говорит Настя и добавляет, что в моменты, когда ей была необходима поддержка, она получала её сполна. — Первые несколько курсов сестра сидела со мной и делала мне массаж ног (моя любимая процедура), чтобы я отвлекалась, покупала журналы и читала их мне. Когда было можно, забирала меня, и мы ехали поесть в какое-нибудь моё любимое место.

Но к гомеопату Настя претензий не имеет

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

— Тот год, что я лечилась у гомеопата, считаю подготовительным: тогда я много читала о своем заболевании, много чего смотрела и пришла на химию уже готовой. Думала, что когда постригусь налысо, буду красивая, но не получилось, мне капали гормон, и из-за этого лицо смотрелось одутловатым, но я все равно легко смогла принять свою внешность, и детям нравилась моя лысая голова.

Преимущественно лечение Анастасии было бесплатным, но многие поддерживающие препараты не подходили, и их покупали самостоятельно. Всего Анастасия прошла 8 курсов химиотерапии, отказавшись от лучевой. Сейчас женщина не может сказать, что полностью здорова.

Самое сложное, по словам сибирячки, было объяснить детям, что она хочет побыть одна

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

— Я нанесла своему организму достаточный урон. У меня до сих пор нет той чувствительности, которая была в ногах. Звенит голова. Но я сейчас много занимаюсь детьми, у меня есть на это силы.

У Насти трое детей — старшему сыну 11 лет, дочери — 6 лет и маленькому сыну три года. Все трое родились до болезни, и, по словам женщины, сначала она плакала и не могла представить, как они будут без нее. А потом пришло осознание, что они не одни, о детях есть кому позаботиться, но она не хочет отступать так просто.

Сейчас Насте значительно лучше, но назвать себя полностью здоровой она не может

Фото: предоставила Анастасия Кузнецова

— Мне просто захотелось видеть их взросление, участвовать в их жизни, это был своего рода переломный момент. Старший сын и дочь знали, я разговаривала с ними, объясняла, что есть такие болезни. Больше испугался муж, но старался это скрывать. Он заботился, больше занимался детьми, передавал мне цветы в больницу. Не могу сказать, что наши отношения как-то изменились. Я много что поняла за это время, соответственно, меньше стала ждать чего-то и требовать от него. Были моменты, когда я была уверена, что он должен быть внимательнее, еще заботливее. Не могу сказать, что эта ситуация укрепила нашу любовь, мы вместе родили троих детей, вот после этого я каждый раз в него влюблялась, а для него роды, наверное, были более сложным испытанием, — улыбается Настя.

Почему при таких серьезных заболеваниях люди отказываются принимать помощь врачей и обращаются к иным специалистам — ответы на эти вопросы мы попытались найти у психологов.

— Когда со здоровьем происходит что-то критичное, люди впадают в состояние страха. В этом случае они нуждаются в словах одобрения, поддержки, которую сами не могут себе оказать, поэтому они обращаются к тем людям, которые могут дать им надежду, они не покупают у них лечение, они покупают надежду. Врачи более циничные и более конкретные, и если врач скажет, что вероятность выздороветь низкая, пациент совсем падет духом, — считает клинический психолог и гештальт-терапевт Лина Дианова. — Специалисты, напрямую не связанные с медициной, более позитивные, а в таких ситуациях люди хотят иметь право на шанс.

Психолог Алёна Сагадеева объясняет этот феномен тем, что в состоянии стресса и страха люди отказываются принимать реальность и сразу воспринимают такой диагноз как смертельный:

— Первая стадия принятия ситуации может проявиться как раз таким образом. Второй вариант — человек, не осознавая этого, действительно хочет умереть, а врачи могут помешать ему, поэтому он не обращается к ним за помощью. Третий вариант — человек живёт в иллюзиях, считая, что этот и другие способы могут его спасти, — это вариант магического мышления, а другие действия, наоборот, могут навредить ему.

Анастасия Соколова, семейный психолог, так же, как её коллеги, считает, что первопричина отказа от медицинской помощи — стадия отрицания серьёзности заболевания:

— Сначала человек испытывает шок, когда узнаёт диагноз, затем идёт стадия отрицания, затем торг, потом депрессия и принятие. Торг или отрицание объясняют попытку прибегнуть к альтернативным способам лечения. Как один из вариантов — недоверие к врачам: возможно, когда-то был негативный опыт. Признать реальность очень сложно, не прожив определенные стадии горя. По сути, принять болезнь — это значит признать потерю здоровья.

Другие интересные истории сибиряков:

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.