Поддерживающая терапия в онкологии russco


ВНИМАНИЕ! Дата проведения конференции переносится с 25.04.2020 на 26.09.2020 г.

Дата проведения мероприятия: 25.04.2020 г.

Место проведения: СПб больница РАН, Санкт-Петербург, пр.Тореза 72

На конференции планируется освещение вопросов осложнений химиотерапии и иммунотерапии в повседневной клинической практике, способы диагностики и коррекции в амбулаторных и стационарных условиях.

Организаторы конференции

Регистрация

О лекторах


  • Главный врач СПб больницы РАН


    • Заведующий отделением реабилитации и паллиативного лечения онкологических больных, СПб больницы РАН
    • Преподаватель кафедры онкологии СПбГУ
    • Член европейского общества медицинских онкологов (ESMO)
    • Член совета RUSSCO по паллиативной онкологии и опухолям ЖКТ


      • СПб больница РАН



        • Зав. отделением химиотерапии № 11, ГКОД

          • НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова


            • НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова

              • НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова

                • СПб больница РАН

                  • Зам. главного врача по медицинской части, зав. кардиологическим отделением СПб Больницы РАН

                    • Клиническая больница №122 им. Л.Г.Соколова ФМБА


                      • СПб Больница РАН
                      • Предварительная программа конференции

                        Мероприятие аккредитовано в системе Непрерывного медицинского образования Российского общества хирургов

                        Регистрация участников и Кофе-брейк

                        Главный врач СПб больницы РАН, врач-онколог, хирург, маммолог, к.м.н., Чагунава Олег Леонтьевич

                        Осложнения химиотерапии. Гематологические осложнения.

                        Председатель секции: зав. отделением онкологии СПб больницы РАН, врач-онколог, к.м.н., Рыков Иван Владимирович

                        Зав. отделением онкологии СПб больницы РАН, врач-онколог, к.м.н., Рыков Иван Владимирович

                        Врач-онколог, гематолог, отделение онкологии СПб больницы РАН, Кузин Сергей Олегович

                        Зав.отделением амбулаторной химиотерапии ФГБУ НМИЦ онкологии имени Н.Н. Блохина Минздрава, профессор, д.м.н., Снеговой Антон Владимирович (Москва)

                        Зав. онкологическим отделением противоопухолевой лекарственной терапии, ГБ 40, Тюкавина Нина Владимировна, (СПб)

                        Зав.отделением химиотерапии № 11, ГКОД, Авраменко Инна Владимировна (СПб)

                        Врач-онколог, старший научный сотрудник НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова, к.м.н., Новик Алексей Викторович (СПб)

                        Зав. отделением химиотерапии № 11, ГКОД, Авраменко Инна Владимировна (СПб)

                        Осложнения химиотерапии и комбинированного лечения.

                        Врач-онколог, старший научный сотрудник НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова, доцент, к.м.н Семёнова Анна Игоревна

                        Врач-онколог, научный сотрудник НМИЦ Онкологии им. Н.Н. Петрова, к.м.н., Телетаева Гульфия Мидхатовна

                        Врач-онколог, отделение онкологии СПб больницы РАН, Эльмурзаев Алим Баширович

                        Председатель секции: зам.главного врача по медицинской части, зав.кардиологическим отделением СПб Больницы РАН, профессор, д.м.н., Баллюзек Марина Феликсовна

                        Зам.главного врача по медицинской части, зав.кардиологическим отделением СПб Больницы РАН, профессор, д.м.н., Баллюзек Марина Феликсовна

                        Врач сосудистый-хирург, Клиническая больница №122 им. Л.Г.Соколова ФМБА, Шаповалов Александр Сергеевич

                        Врач-хирург, СПб Больницы РАН, Щербаков Павел Юрьевич

                        Зам.главного врача по медицинской части СПб Больницы РАН, врач – кардиолог, профессор, д.м.н.,


                        Нутритивная поддержка необходима онкологическим больным не только для поддержания метаболических резервов организма, но и для повышения его устойчивости к лечению (хирургическому, лекарственному, лучевому). В главе 4 подробно описаны виды нутритивной поддержки:

                        • дополнение к пероральному питанию (сипинг – пероральный приём лечебного (специализированного) питания маленькими глотками);

                        • энтеральное питание (через назогастральный или назоинтестинальный зонд, через стому (чрескожную, эндоскопическую, лапароскопическую, лапаротомную));

                        Среди всех этих видов энтеральное питание является предпочтительным способом нутритивной поддержки, так как оно физиологично, обеспечивает поддержание структуры и функции кишечника, уменьшает гиперметаболический ответ на повреждение, уменьшает транслокацию бактерий и токсинов из кишечника, экономичнее.

                        Практические рекомендации по нутритивной поддержке онкологических больных. Сытов А.В., Лейдерман И.Н., Ломидзе С.В., Нехаев И.В., Хотеев А.Ж. 2019; DOI: 10.18027 / 2224-5057-2019-9-3s2-639-647, с. 639-647.

                        Другие новости


                        В ходе онлайн-семинара рассматриваются проблемы организации нутритивной поддержки.


                        Приглашаем Вас принять участие в традиционном ежегодном Ярославском Эндоскопическом Симпозиуме с участием ведущих российских и зарубежных экспертов, который в этом году отмечает 20-летний юбилей. Симпозиум будет проводиться c 3 по .


                        В День медицинского работника мы испытываем особую гордость за нашу причастность к одной из самых гуманных и востребованных во все времена профессий. Поздравляем медицинских работников с профессиональным праздником! Пусть этот день станет для Вас.


                        Аппарат пневмокомпресии Kendall SCD™ 700 (Cardinal Health) широко применяется в палатах анестезии и реанимации, в акушерстве и гинекологии, хирургии и других областях медицины. Применение перемежающейся компрессии рекомендовано протоколами лечения.


                        Миллионы людей были инфицированы коронавирусной инфекцией 2019 г. (COVID-19), которая развилась всего за несколько месяцев и стала причиной глобальной пандемии. Почти у 20% пациентов с COVID-19 наблюдаются тяжелые нарушения свертываемости крови. .


                        Тест на антитела показывает, сталкивался ли человек с новым коронавирусом, даже если симптомов заболевания не было. Многие надеются, что уже переболели COVID-19 в легкой форме, и хотят в этом убедиться с помощью теста.

                        Тест на антитела, в отличие.


                        Голландские ученые провели исследование на наличие тромбоэмболических осложнений у пациентов с Covid-19. Подробная информация о проведенном исследовании здесь.

                        В исследование были включены 184 пациента с подтвержденной пневмонией при COVID-19.


                        Всемирная организация здравоохранения провела большую работу для создания Клинических рекомендаций по ведению тяжелого острого респираторного синдрома (ТОРС, ТОРИ, SARI), обусловленного новой коронавирусной инфекцией COVID-19.


                        На фоне коронавирусной пандемии люди запаслись защитными медицинскими масками, антисептиком и перчатками. Врачебный персонал еще больше нуждается в защите, так как находится в непосредственной близости с инфицированными пациентами. Мы подготовили.



                        • За десять лет уровень распространенности* злокачественных новообразований в России вырос на 38,8%: в 2017 году он составил 2 475,3 случаев на 100 000 населения. В 2007 году он составлял 1 783,9 случаев на 100 000 населения. Рост этого показателя эксперты связывают c успехами отечественной медицины: с ростом заболеваемости и выявляемости увеличивается и выживаемость онкологических пациентов 1 . Так, доля пациентов, умерших в течение первого года после установления диагноза, снизилась с 30% (2016 г.) до 22% (2017 г.) 1 .
                        • По мнению специалистов, немаловажную роль в достижении этих успехов играет поддерживающая терапия, которая сегодня является неотъемлемой и необходимой составляющей лечения онкологических больных.
                        • Концепция поддерживающей терапии стала активно развиваться в России 10 лет назад. Она объединяет профилактику и лечение нежелательных явлений, возникающих как непосредственно от самого злокачественного процесса, так и в результате проводимого противоопухолевого лечения.

                        *Распространенность, или общая заболеваемость, представляет собой совокупность первичных в данном году случаев обращений населения за медицинской помощью по поводу заболеваний, выявленных как в данном, так и в предыдущие годы 2 .

                        Больше трех с половиной миллионов жителей нашей страны, или 2,5% населения, имеют установленный диагноз онкологического заболевания, из них больше половины (53,9%) состоят на учете пять лет и более 1 .

                        В течение последних лет наряду с лечением основного заболевания все большую актуальность как для врачей, так и для пациентов приобретает тема качества жизни, которое значительно снижается в результате противоопухолевой терапии и, в конечном счете, влияет на результаты лечения. Эта проблема актуальна для всех без исключения онкологических пациентов, и поддерживающая терапия – именно тот компонент помощи пациентам, который не только позволяет бороться с осложнениями, но и в значительной степени улучшает качество жизни.

                        **Стимуляторы лейкопоэза – лекарственные средства, стимулирующие деятельность костного мозга и вызывающие увеличение содержания лейкоцитов в крови 4 .

                        Наряду с лечением основного заболевания, чрезвычайно актуальной является проблема качества жизни, часто определяемая степенью органных нарушений, возникших в процессе самого противоопухолевого лечения.

                        Другой важный фактор, который затронули эксперты, это возможности системы здравоохранения. Что уже сделано и какие еще шаги нужно предпринять для повышения доступности поддерживающей терапии в Москве, что необходимо для обеспечения преемственности безопасного и эффективного лечебного процесса?

                        Людмила Григорьевна Жукова, профессор РАН, доктор медицинских наук, заместитель директора по онкологии ГБУЗ МКНЦ имени А.С. Логинова ДЗМ, член правления Российского общества клинической онкологии (RUSSCO), член Американской ассоциации клинических онкологов (ASCO), рассказала о том, что уже сделано и какие дополнительные меры необходимо реализовать для повышения доступности поддерживающей терапии в Москве.

                        — Многие специалисты высказываются о том, что коронавирусная инфекция COVID-19 представляет особую опасность именно для онкологических больных. Что известно об этом?

                        — Наши коллеги из Китая проделали (и продолжают делать!) невероятную работу: справившись с эпидемией у себя в стране, они проводят анализ многих аспектов своей деятельности в тех экстремальных условиях, в том числе исследуют, как влияет вирус на онкологических больных.

                        Действительно, наших пациентов можно смело причислять к группе риска. Китайские коллеги (пусть с помощью относительно небольшого числа больных с коронавирусом, имевших онкологические заболевания) выявили, что частота возникновения тяжёлых осложнений (вплоть до смерти) у наших пациентов в пять раз выше, чем у тех, кто никогда не имел злокачественной опухоли.

                        Эти результаты подтверждают, что необходимо быть особо настороженными как нам (онкологам. — RT), так и (прежде всего) самим пациентам с онкологией.

                        — С чем связана уязвимость онкологических больных?

                        — То сложное, иммуносупрессивное (искусственно угнетающее иммунитет. — RT) и крайне токсичное лечение рака, которое получают наши пациенты и которое чревато многими осложнениями даже в благополучные эпидемиологические периоды, значительно ослабляет собственные ресурсы организма. К примеру, в условиях лейкопении (снижения количества лейкоцитов) и лимфопении (снижение числа лимфоцитов), возникающих при проведении химиотерапии и облучения (и тем более при одновременной химиолучевой терапии), организму справиться с вирусом будет крайне сложно.

                        — То есть дело ещё и в пониженном иммунитете, верно?

                        — Говорить о снижении иммунитета мы можем в том случае, если соответствующим образом обследуем больного — делаем иммунограмму, определяем количество Т- и В-лимфоцитов (клеток иммунной системы. — RT), уровень иммуноглобулинов — и видим отклонения. У онкологических больных это, как правило, не делается.

                        Но во многих случаях развитие злокачественного процесса уже подразумевает некий иммунный сбой, а добавление осложнений типа лейкопении (после химиотерапии или облучения) общую картину здорово усугубляет. Не забудьте ещё и о необходимости регулярного посещения онкологического учреждения с целью лечения или контроля. Поэтому ещё раз повторю: наши пациенты действительно находятся в группе повышенного риска в плане инфицирования и тяжёлого течения болезни.

                        — Пациенты с какими онкологическими заболеваниями больше подвержены риску?

                        — Полагаю, что любой онкологический пациент, находящийся в стадии активного противоопухолевого лечения либо подлежащий ему (по результатам проведённого обследования), находится в группе повышенного риска. Если имеются осложнения лечения — риск возрастает.

                        Пациент, который уже полностью прошёл полагающееся лечение, у которого осложнения благополучно купированы или их вовсе не было, которому предстоит просто динамическое наблюдение при отсутствии признаков активного опухолевого процесса, тоже не должен расслабляться.

                        — Способен ли коронавирус увеличить риск возвращения болезни у пациентов, у которых на данный момент рак перешёл в стадию ремиссии?

                        — Думаю, нет. Коронавирус имеет шансы стать сезонной инфекцией, волнообразно захватывающей регионы. Да, возможно, с более тяжёлым течением, чем обычный грипп. Если бы подобная инфекция стимулировала всплеск онкологического заболевания, по весне онкоцентры задыхались бы от количества рецидивирующих пациентов. Но этого не происходит.

                        — Если у пациента с онкологией обнаружен коронавирус, стоит ли прерывать противоопухолевое лечение?

                        — Полагаю, что ни о каком продолжении противоопухолевого лечения при обнаружении коронавирусной инфекции у онкологического больного не может быть и речи.

                        Такой пациент должен быть изолирован и получать обычное поддерживающее лечение на дому в случае лёгкого течения заболевания либо быть госпитализирован в инфекционный стационар при более серьёзных формах заболевания. Риск тяжёлых осложнений (вплоть до смерти) в большинстве случаев будет слишком высок.

                        — Не опасны для онкологических больных противовирусные препараты? Можно ли их принимать для профилактики коронавируса?

                        — Любой препарат может нести в себе потенциальный риск побочных осложнений: от аллергических реакций до токсического воздействия на печень или другие органы.

                        Принимать какие-либо противовирусные препараты для профилактики коронавируса нет смысла. Во-первых, потому что пока ни один из них не подтвердил свою эффективность при коронавирусе, многие надежды не оправдались. А во-вторых, по причине возможной токсичности.

                        Основную профилактику мы знаем прекрасно: дистанцированность или изоляция, частое и тщательное мытьё рук, обработка всех контактных поверхностей антисептиками и так далее.

                        — Рекомендуете ли вы пациентам с онкологией более жёсткий карантинный режим, чем для остального населения?

                        — Однозначно. Нахождение дома — лучшая мера для предотвращения больших проблем, и не только для онкологических больных. Сами пациенты организовывать своё противоопухолевое лечение не должны. Они это делают под руководством и строгим наблюдением врачей-онкологов. Их задача — строго выполнять все рекомендации.

                        — Во многих странах в связи с пандемией коронавируса меняется порядок оказания помощи онкологическим больным. Изменилось ли что-то в работе онкологов в нашей стране?

                        — Онкологические центры оказывают плановую помощь, оставлять наших пациентов без планового, требующего соблюдения определённых сроков и режимов лечения никто не собирается, однако необходимые меры должны быть приняты. Связаны они прежде всего с уязвимостью онкологических пациентов.

                        Каждый онколог на своей линии фронта — хирург, химиотерапевт, радиотерапевт — определённым образом реорганизует работу: возможно, отменяет особо травматичные операции, переводит пациентов на таблетированную химиотерапию и так далее.

                        Например, в отделении лучевой терапии Ульяновского областного онкологического диспансера, которое я возглавляю, мы уже три недели работаем в особом режиме. Все пациенты, которые были запланированы на этот период, поступили на лечение. Но при этом мы постарались чётко разграничить потоки больных, не допускать скученности в отделении, с большей частотой проводить уборку, по возможности назначать укороченные, хоть и чуть более интенсивные курсы лучевой терапии — конечно, если это позволяет не превышать допустимые дозы на здоровых органах.

                        Кроме того, мы временно отказываемся от одновременного химиолучевого лечения, чтобы не провоцировать у пациентов развитие более выраженных осложнений — прежде всего со стороны крови. В тех ситуациях, когда курс лучевой терапии можно безболезненно отсрочить, мы это делаем.

                        Однако общение с коллегами из других регионов показывает, что далеко не во всех центрах были приняты какие-либо меры организационного характера — как по защите пациентов, так и по защите персонала. Как бы эта инертность (или надежда на русский авось?) не вышла боком.

                        Об эффективности лечения злокачественных новообразований и улучшении качества жизни онкологических больных трудно говорить в ситуации, когда противоопухолевая терапия проводится препаратами, вызывающими тяжелые побочные эффекты. Поэтому тема поддерживающей терапии онкологических больных выходит на первый план.

                        История вопроса

                        Чуть больше десяти лет назад на нашем рынке появились биосимиляры – препараты, позволяющие корректировать побочные эффекты химиотерапии. В частности филграстим, который применяется против одного из самых тяжелых побочных эффектов – фебрильной нейтропении.

                        Когда в 80–90-х гг. прошлого века химиотерапия стала основным методом противоопухолевого лечения, многие пациенты вообще отказывались от ее проведения самыми современными на тот момент препаратами, так как не могли перенести невыносимые тошноту и рвоту. Кратность тошноты и рвоты могла доходить до 30–40 раз в день. Пациент, который испытывал такие ощущения, на второй-третий раз отказывался от курса химиотерапии. Поэтому у медиков и зародилась идея создавать не только препараты для терапии онкологических заболеваний, но и лекарства и методики для облегчения осложнений, рассказывает один из основоположников направления поддерживающей терапии профессор А.В. Снеговой.

                        Концепция качества жизни

                        Начиная с 90-х гг. врачи ставят качество жизни пациентов по важности на второе место после показателей общей выживаемости при любой лекарственной терапии, и противоопухолевой в том числе. Такого принципа придерживается ВОЗ. А сегодня можно не только бороться с осложнениями противоопухолевого лечения, но и предотвращать их развитие. Использование препаратов поддерживающей терапии позволяет значительно ускорить восстановление иммунной защиты после проведения химиотерапии. И растущая доступность этих препаратов позволяет обеспечить ими все большее число нуждающихся.

                        Фебрильная нейтропения, которая развивается после химиотерапии, может вызвать у пациента септическое состояние и угрожать его жизни. Поэтому назначение препаратов гранулоцитарного колониестимулирующего фактора (Г-КСФ) – средств лечения иммунных осложнений и идиопатической нейтропении – крайне важно. Дополнительная поддерживающая терапия должна назначаться всем пациентам, которые получают противоопухолевое лечение, и прямо с момента постановки диагноза, считает профессор А.В. Снеговой. Объем и варианты поддерживающего лечения будут отличаться у разных пациентов. Но с помощью сопроводительного лечения онкологи должны не только бороться с возникшими осложнениями, но и профилактировать их. На заре развития противоопухолевого лечения многие пациенты погибали от инфекционных осложнений. И тогда европейские врачи, которые были первопроходцами этого направления медицины, поняли: для того чтобы улучшить результаты лечения, недостаточно создать новые мощные препараты, надо еще создать методологию, чтобы пациент смог перенести это мощное лечение.

                        Можно ли поставить знак равенства?

                        Можно ли поставить знак равенства между поддерживающей терапией и паллиативной помощью? Этот вопрос часто возникает у пациентов. И врач должен объяснить больному разницу.


                        Поддерживающая терапия необходима всем онкобольным, она улучшает качество жизни пациентов и увеличивает ее продолжительность. Основная цель поддерживающей терапии – помочь пациенту перенести то противоопухолевое лечение, которое ему назначено. А для этого надо избавить больного от тошноты, провести профилактику инфекционных осложнений, поднять уровень гемоглобина, улучшить общее состояние пациента и повысить его физическую активность.

                        Задача паллиативной помощи иная: улучшить качество оставшейся жизни, когда противоопухолевое лечение уже не помогает. И здесь самое важное – борьба с хроническим болевым синдромом.

                        Паллиативная помощь предназначена пациентам с четвертой стадией заболевания. Ее основная цель – облегчить симптомы. Вылечить пациента уже нельзя, так как болезнь достигла слишком больших размеров. Но если врачи не могут вылечить пациента, это не значит, что они не могут ему помочь.

                        В России у истоков этой области медицины стоит заведующий кафедрой паллиативной медицины МГМСУ им. А.И. Евдокимова профессор Г.А. Новиков. Он разрабатывает паллиативную помощь на протяжении последних 30 лет, и благодаря его усилиям и работе его кафедры был принят этот закон. Первая в России кафедра паллиативной медицины была организована в 2013 г., а к марту 2018 г. ее сотрудниками было подготовлено около 2000 специалистов этого профиля. Но если поддерживающая терапия уже присутствует в клинических рекомендациях на протяжении шести лет, то рекомендации по паллиативной помощи еще только предстоит разработать.

                        Положение дел в Москве

                        Как поддерживающая терапия применяется сейчас в Москве, рассказала профессор Л.Г. Жукова.

                        За последние несколько лет закупка препаратов Г-КСФ для поддерживающей или, как ее еще называют, сопроводительной терапии увеличилась в полтора раза. После консультации в крупном онкологическом учреждении пациент получает рекомендации не только по тактике лечения, схеме химиотерапии, но и рекомендации по поддерживающей терапии.

                        У онкологов на местах есть возможность проводить коррекцию осложнений, которые возникают у пациентов. Изменилась и сама процедура применения препаратов, что позволило избавить пациентов от ежедневных визитов в клинику для их введения.

                        При поддержке Департамента здравоохранения г. Москвы недавно было достигнуто предварительное соглашение с Фондом обязательного медицинского страхования города Москвы о введении нового тарифа ОМС по коррекции осложнений после фебрильной нейтропении. Это очень важное достижение, поскольку пациенты, у которых развивается фебрильная нейтропения, к сожалению, оказываются самыми незащищенными. Теперь появится возможность оказывать этим пациентам качественную и своевременную помощь в рамках ОМС.

                        Улучшается маршрутизация больных с развившимися осложнениями. Это позволяет экстренно оказывать им неотложную помощь в случае возникновения серьезных осложнений при проведении лечения.

                        Возможности регионов

                        Но одно дело столица с ее возможностями, другое дело – регионы. Знают ли там, что такое поддерживающая терапия, и применяют ли ее? С этого года на лекарственное обеспечение онкологических пациентов государство выделило практически в два раза больше денег по сравнению с прошлым годом. Врачи имеют возможность назначать поддерживающую терапию, главное не забывать это делать.

                        Конечно, регионы различаются по своим возможностям. Когда в 2008–2009 гг. направление поддерживающей терапии только начинало развиваться, разница в возможностях между регионами и Москвой была колоссальной. Если в столице онкологи знали о поддерживающей терапии, то в провинции знания врачей о том, как проводить профилактику тех или иных осложнений, были практически нулевые. Но сегодня ситуация изменилась кардинально, были предприняты большие усилия по образованию врачей. Сегодня онколог может посмотреть рекомендации, что можно сделать для пациента, чтобы провести адекватную поддерживающую терапию или профилактику либо скорректировать осложнение. Все информационные возможности у регионов есть. Современные методики уже применяют врачи Санкт-Петербурга, Северо-Западного региона, ЦФО, Томска, Тюмени.

                        Что касается соответствия международному уровню, то те технологии и препараты, которые применяются в развитых странах, зарегистрированы и в России, говорит профессор А.В. Снеговой. И мы можем ими пользоваться. Сейчас мы являемся равноправными партнерами наших итальянских и французских коллег, у нас есть какие-то разработки, интересные для них, у них – интересные для нас. Флагмана выделить невозможно. Российская концепция поддерживающей терапии принята международным сообществом. Наша концепция – это не просто заимствованный опыт североамериканских и европейских онкологов. У нас свой большой опыт, мы одни из первых получили положительные результаты этого вида лечения. У нас есть очень интересные популяционные исследования, которых нет у зарубежных онкологов, но мы активно обмениваемся опытом и работаем вместе, то есть являемся равноправными партнерами.

                        Для человека важно не только сколько прожить, но и как прожить. При лечении онкологического заболевания надо убить опухоль, но не убить больного, а сохранить ему жизнь. Это и есть основная задача поддерживающей или сопровождающей терапии.

                        С помощью лекарств сегодня лечат большинство опухолей. Это самый универсальный и самый распространенный метод лечения рака в силу его особенностей:

                        С развитием нанотехнологий, молекулярной медицины и генной инженерии в портфеле онкологов появились множество новых противоопухолевых препаратов, лекарства стали более избирательными к злокачественным клеткам и менее токсичными для здоровых тканей и организма в целом. Появились прицельные лекарства, так называемые таргетированные, молекулы которых воздействуют более избирательно на клетки рака.

                        Все лекарства против рака по механизму действия делят на цитостатические и цитотоксические. Первые, цитостатические, тормозят размножение злокачественных клеток и вызывают их апоптоз, или программу самоуничтожения, клеточный распад. Вторые, цитотоксические, препараты вызывают гибель клеток вследствие их интоксикации, разрушения оболочки и ядра клетки, других структур, и в конечном итоге некроз опухоли.

                        Учитывая разные механизмы действия, в большинстве случаев онкологи подбирают комбинацию из двух-трех препаратов разных фармакологических групп.

                        К лекарственному лечению онкологических заболеваний относят:

                        1. Химиотерапию.
                        2. Гормональную терапию.
                        3. Иммунотерапию.
                        4. Таргетную терапию.
                        5. Фотодинамическую терапию.

                        Лекарственное лечение обычно проводится курсами. Курс включает время введения препарата (от 1 до 5 дней для внутривенных препаратов, может быть дольше для таблетированных препаратов) и время перерыва для восстановления организма и снижения риска побочных эффектов лечения. Перед началом каждого нового курса обычно производится контроль анализов крови и консультация врача онколога для решения вопроса о необходимости корректировки доз препаратов и/или увеличения интервала до следующего введения препарата.

                        Химиотерапия – наиболее распространённый вид лекарственной терапии. Химиотерапия бывает:

                        1. Лечебной – когда химиотерапия является основным методом лечения заболевания. Например, для многих пациентов с лейкозами, лимфомами, герминогенными опухолями яичка химиотерапия может быть основным методом лечения, который часто приводит к выздоровлению. Для большинства пациентов с распространёнными формами рака, с метастазами в различные органы, химиотерапия является основным методом лечения, дающим максимальную возможность длительно сдерживать болезнь.

                        2. Неоадъювантной – когда химиотерапия предшествует основному методу лечения. Чаще всего такая химиотерапия назначается перед некоторыми видами операций, с целью уменьшения опухоли и снижения активности её клеток.

                        К наиболее распространённым противоопухолевым препаратам относят следующие группы:

                        1. Алкилирующие антинеопластические препараты.

                        Механизм их действия основан на внедрение алкильной группы препарата к ДНК раковой клетки: происходит нарушение структуры ДНК и она не может дальше делиться, запускается апоптоз. В эту группу входят: производные бис-B-хлорэтиламина - исторически первые цитостатические противоопухолевые средства; производные нитрозомочевины и препараты платин, содержащие двухвалентную платину.

                        Неклассические алкилирующие агенты, пролекарства, которые для проявления своей противоопухолевой активности должны пройти ряд метаболических превращений в организме, в результате которых образуются метилирующие агенты. Последние, внедряясь в ДНК и РНК раковой клетки, не позволяют ей дальше делиться.

                        Конкурентно вмешиваются в процесс деления клетки, вызывая ее апоптоз.

                        Механизм их действия основан на цитотоксическом действии. Они ингибируют синтез ДНК, нарушают проницаемость клеточных мембран и другие механизмы жизнедеятельности клеток.

                        Цитостатические препараты, избирательно нарушающие структуру ДНК и деление раковых клеток на разных этапах.

                        Химиопрепараты в большинстве случаев вводятся внутривенно или перорально, тогда они оказывают системное воздействие на весь организм. Но могут быть использованы и местно, например, во время хирургической операции для обработки операционного поля, или регионарно, например, в желудочки головного мозга.

                        Показана только для гормоночувствительных видов рака. Будет ли опухоль реагировать на лечение гормонами или нет, определят с помощью специальных анализов и лабораторных исследований клеточного материала, взятого из опухоли.

                        Опухоли, реагирующие на гормоны, часто обнаруживают в репродуктивной системе и железах внутренней секреции, например, это:

                        • рак молочной железы
                        • рак предстательной железы
                        • рак яичников
                        • рак эндометрия (рак тела матки).

                        Гормонотерапия может быть назначена до удаления опухоли с целью стабилизации ее роста или уменьшения размера, тогда она называется неоадъювантной. Или после - с целью предотвратить повторный рост или метастазирование, такую терапию называют адъювантной.

                        На поздних неоперабельных стадиях опухолей, чувствительных к данному лечению, гормональная терапия может использоваться в качестве основного лечения. Как паллиативное лечение некоторых видов рака она достаточно эффективна и может продлить жизнь пациента на 3-5 лет.

                        Иммунитет играет важную роль в профилактике и борьбе с раком. В норме иммунные тельца распознают атипичную клетку и убивают ее, защищая организм от развития опухоли. Но когда иммунитет нарушается в силу разных причин, и раковых клеток становится много, тогда опухоль начинает расти.

                        Иммунотерапия при раке помогает организму справится с заболеванием за счет активизации защитных ресурсов и не допустить развития повторных опухолей и метастазов. В онкологии используют интерфероны, вакцины от рака, интерлейкины, колониестимулирующие факторы и другие иммунные препараты.

                        Лечение подбирает иммунолог на основе лабораторных данных о состоянии иммунной системы онкопациента совместно с лечащим врачом-онкологом и другими специалистами, участвующими в лечении конкретного пациента.

                        Основные механизмы иммунотерапии:

                        • подавление роста опухолевых клеток и их последующее уничтожение;
                        • профилактика рецидива опухоли и образования метастазов;
                        • уменьшения побочного влияния противоопухолевых средств, лучевой терапии;
                        • профилактика инфекционных осложнений при лечении опухолей.

                        От английского target - цель, мишень. Относят к перспективным методам молекулярной медицины, будущему в лечении онкопатологий, как и разработку вакцин против рака.

                        Таргетные лекарства очень специфичны и разрабатываются под конкретный мутировавший ген раковой клетки данного вида опухоли. Поэтому до таргетного лечения обязательно проводят генетическое исследование материала, взятого на биопсию.

                        Например, разработаны эффективные таргетные препараты для лечения различных генетических форм рака молочной железы, множественной миеломы, лимфомы, рака предстательной железы, меланомы.

                        В силу своей специфики и целевого попадания на раковую клетку-мишень таргетные препараты более эффективны для лечения опухолей, чем например, классические противоопухолевые. И менее вредны для нормальных клеток, не обладающими характеристиками опухолевых. Многие таргетные методы относят к иммунотерапии, так как по сути они формируют нужный иммунный ответ.

                        Осуществляется препаратами, воздействуя световым потоком определённой длины волны на раковые клетки и разрушая их.

                        Самое известное и пугающее онкопациентов осложнение после химиотерапии - выпадение волос. Происходит потому, что противоопухолевые препараты токсичны для молодых активно делящихся клеток, какими являются в том числе волосяные фолликулы и ногтевые пластины. На практике далеко не все виды химиотерапии вызывают выпадение волос. Это осложнение характерно для узкого спектра препаратов, многие пациенты с ним не сталкиваются. На время действия препарата может снижаться активность обновляющихся клеток организма, из-за чего перестают расти ногти и волосы, происходит выпадение волос, угнетается система кроветворения. После курса химиотерапии необходим восстановительный период, в течение которого организм приходит в норму.

                        Выраженные осложнения наблюдаются далеко не у всех пациентов, но риск их возрастает с увеличением продолжительности лечения.

                        Часто встречаются следующие побочные эффекты после проведения лекарственной терапии:

                        • выпадение волос, ломкость ногтей;
                        • тошнота, рвота;
                        • нарушение аппетита, изменение вкуса;
                        • анемия, кровотечение;
                        • нарушение иммунитета;
                        • диарея;
                        • бесплодие, нарушение сексуальной и репродуктивной сферы.

                        Большинство осложнений поддаётся корректировке, при правильном проведении лечения многие из них можно предотвратить или остановить при первом проявлении. Тяжёлые осложнения могут быть причиной увеличения интервалов между курсами химиотерапии.

                        Чем раньше обнаружен рак и точнее диагностирован тип опухолевых клеток, тем успешнее лечение рака и благоприятнее прогноз выздоровления. Поэтому следует постоянно следить за состоянием своего здоровья, проходить диагностические исследования согласно возрасту, не закрывать глаза на недомогание или периодический дискомфорт в теле. Также лучше не тратить время на попытки вылечиться самостоятельно или при помощи нетрадиционной медицины, не имеющей никаких убедительных данных об эффективности, игнорируя современные методы медицинского лечения. Так можно только запустить онкологический процесс, усугубить стадию заболевания и затруднить последующее лечение. Не теряйте драгоценное время, обследуйтесь в специализированных центрах на современном оборудовании у высококвалифицированных врачей.

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.