Умер от рака антон

За тем, как Антон Буслов мужественно пытался победить лимфому Ходжкина (а заодно ряд других несправедливостей мира), в последние годы следили тысячи людей - читателей его блога в ЖЖ под ником mymaster и дневников в других соцсетях. Деньги на операцию в США ему собирали всем миром. Формально Антон потерпел поражение. Но по сути - фигурой страдательной его не сочтут, наверное, и злостные недоброжелатели.

Одним из финальных проектов Антона Буслова - а он успевал совершить кучу всего даже из хосписа - стала разработка рекомендаций по улучшению работы скорой медицинской помощи и больниц. Проект поправок к ФЗ он отправил вице-премьеру Ольге Голодец после того, как она сама ему позвонила. Ранее чиновница сделала заявление о том, что "практически вся высокотехнологичная помощь сегодня может быть оказана в России".

Это побудило блогера поделиться в открытом письме личным опытом: как тяжелобольной житель Москвы тратит два месяца на диагностическое исследование; как проходит сложное лечение дома, ибо физически не способен пройти по врачам в поликлинике ради направления на госпитализацию. Вице-премьер откликнулась, признала - как написал затем удивленный Антон - обилие проблем и то, что некоторые из них, самые абсурдные (вроде запрета на кипятильники в палатах), нужно решать незамедлительно.

К обоснованию своих представлений об общественном благе Антон подходил с педантизмом ученого и запалом записного спорщика. Открытия, ошибки, утопии - все по-настоящему. Многих раздражал, многих - "дилетант!" - не убеждал. Но довольно скоро его экспертное мнение приобрело вес на всероссийском уровне.

Его привлекали в качестве консультанта к разработке инфраструктурных проектов - как государственных, так и коммерческих. Буслов был советником мэра Самары по вопросам транспортной инфраструктуры, одним из авторов конкурсной документации на создание обновленной карты метрополитена Москвы. В прошлом году, наряду с приглашенными специалистами, участвовал в экспертизе проекта по реконструкции уличной сети в столице.

А с 2011-го параллельно занимался - цитата из блога - "разведением раков". Долгое выяснение диагноза, неудачная химиотерапия в России, вердикт: "Один-два года на дожитие". Тогда он предложил любимой девушке стать его вдовой… и ввязался в очередной квест, будучи готов перепробовать все мыслимые способы лечения онкозаболеваний. Конечно, выявив попутно слабые стороны этих способов и узкие места систем здравоохранения в разных странах. Антон будто чувствовал ответственность за тех, кто тоже болеет, но не имеет такой стойкости.

Маршруты, которые он прокладывал для себя, выглядели как призыв: "Смотрите, можно и так!" - и в предсмертных постах читалось, что работу эту продолжит жена Маша. Ей, кстати, завещано родить двоих детей. К будущему лету.

Он прошел в США экспериментальный курс лечения, перенес - после недельной комы - пересадку костного мозга от родной сестры-колясочницы. Все анализы показывали, что лимфома исчезла. Потом ее обнаружили в мозге. Случай редчайший.

Впрочем, Антон был человеком редким во всех отношениях. Парадокс, но в недавних его записях есть выверенный пассаж о безнадежности борьбы против чего-либо. Это стоит - хотя автор, может, был бы против - вырвать из контекста. На память:

- Сама такая борьба говорит о непрерывном нескончаемом процессе. Бороться, биться… нет. Надо просто любить жизнь, каждый день и каждого человека, кто рядом с вами. И только в общей показательной и очевидной любви многих тысяч людей к жизни как таковой можно остановить горячие головы засмотревшихся по сторонам. Здоровье и чудо не продаются на бирже - не стоит надеяться, что мешок денег их купит. А вот общие усилия людей, тысяч людей - способны творить чудеса. Чудеса взаимной помощи и плеча друга, опора на которые дает силы двигаться дальше.

Антон Буслов родился в Воронеже в 1983 году, учился на физфаке ВГУ, затем в МИФИ. Участвовал в разработке системы управления космического аппарата для изучения Солнца "Коронас-Фотон", пару лет назад уволился (со слов Антона - в знак протеста против клерикализации высшей школы). Его призванием была общественная деятельность. В середине 2000-х, уже не живя в родном городе, Буслов создал комитет "Воронежцы за трамвай", который грамотно и всеми возможными способами отстаивал право жителей на экологичный электротранспорт даже после того, как рельсы с улиц были сняты.

5 января в Санкт- Петербурге умер Андрей Павленко – знаменитый хирург-онколог, у которого в марте 2018-го обнаружили рак желудка третьей стадии. Такой тяжелый диагноз для многих – в том числе и для самого Андрея Николаевича – стал полной неожиданностью: по его же собственным словам, он не входил ни в какие группы риска, вел здоровый образ жизни и правильно питался. Между тем, отмечают специалисты, случай это хоть и редкий, но, к сожалению, вовсе не уникальный.

- Рак – заболевание, которое, как правило, протекает бессимптомно, - рассказывает директор НИИ онкологии имени Петрова, главный внештатный онколог Северо-Западного федерального округа Алексей Беляев. – И когда проявляются какие-то признаки, речь идет уже обычно о третьей-четвертой стадии. Исключения, конечно, возможны: например, опухоль может появиться где-то в узком месте, и тогда человек сразу почувствует какой-то дискомфорт, препятствие. Но в большинстве случаев этого, к сожалению, не происходит, и болезнь остается скрытой.


Андрей Павленко никогда не терял бодрости духа. Даже понимаю всю тяжесть своего диагноза, он ухитрялся шутить и подбадривать родных. Фото: СОЦСЕТИ


Павленко невероятно ценили на работе. Когда из-за химиотерапии у него начали выпадать волосы, восемь его коллег побрились налысо в знак поддержки. Фото: СОЦСЕТИ

При этом, отмечает эксперт, если бы рак удалось выявить раньше – хотя бы за год, на первой-второй стадии заболевания, можно рассчитывать на излечение или существенно лучший прогноз. На третьей же стадии такая форма рака не оставляет человеку шансов – жизнь больного можно продлить, но спасти уже нельзя. И, ведя свой блог, общаясь с людьми, честно и правдиво рассказывая о течении своей болезни и сложностях, с ним связанных, Андрей Павленко прекрасно это понимал – не мог не понимать.


На момент смерти Андрею Павленко был всего 41 год. Фото: СОЦСЕТИ

Рак желудка - одно из самых распространенных онкологических заболеваний в России . У мужчин по частоте выявления он занимает третью строчку, у женщин – четвертую. При этом чаще всего у мужчин встречается рак легкого, а у женщин – рак молочных желез.

Посмертное обращение онколога Андрея Павленко.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

ТЕМА ДНЯ в Петербурге. Массовое обследование на онкологию в России не возможно

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Врач, с марта 2018-го боровшийся с раком желудка, ушел из жизни в окружении семьи. У него осталось трое детей - две дочки и сын (подробности)

Проводить врача в последний путь пришли родные, коллеги, пациенты и те, кто не был знаком с ним лично (подробности)

Знаменитый хирург-онколог Андрей Павленко, который с 2018-го года борется с раком желудка, написал прощальное письмо

По словам мужчины, его внутренний враг оказался сильнее (подробности)

В СПбГУ учредят премию имени умершего онколога Андрея Павленко

Сам врач скончался от рака желудка 5 января 2020 года (подробности)


- К сожалению, у меня для вас плохие новости. В ночь с понедельника на вторник у Антона начались проблемы с дыханием. Мы приехали с ним в скорую помощь, где Антону было сделано КТ, которое показало ухудшение рака, давление жидкости на мозг стало больше и образование в шее выросло.

Молодого человека подключили к аппарату искусственных легких. Когда к нему приехали из России мама и сестра, то его перевели из реанимации в обычную палату, где поставили капельницу с обезболивающими. В окружении родных 20 августа Антон умер.

Блогеру помогали собирать деньги на лечение благодаря его искренности

Как признавался на одном форуме Антон Буслов, если бы не активная деятельность комитетчиков, кто знает, может, на рогатых тоже поставили бы крест. В 2011 году у Антона Буслова обнаружили рак. Лимфому Ходжкина, заболевание, при котором поражается лимфотическая система организма. Если бы врачи не проявили халатность, то онкологию могли бы найти на год раньше, и тогда бы лечение привело бы к большему успеху. В 2012 году лечащий врач молодого человека, известный московский онколог Елена Демина, одобрила применение в лечении нового зарубежного препарата brentuximab. Это американское лекарство, действующее именно на раковую клетку лимфомы Ходжкина и умеющее ее отличать от всех других. Препарат был запатентован в прошлом году в США. Скоро его должны зарегистрировать в Евросоюзе. Годовой курс приема препарата стоил 4,5 млн. рублей. Это была колоссальная сумма для Антона и его семьи.

- И я стал думать. И вот, что я надумал: в молодости мне довелось посмотреть аниме Кии металлический идол, — писал в своем дневнике Антон. — Сюжет такой: девочке-роботу, ее создатель перед смертью говорит, что для того чтобы стать живым человеком ей надо собрать 30 тысяч друзей. В нашей деревне нет 30000 человек! — говорит Кии, и отправляется в Токио, где предпринимает разные попытки — от члена секты, до поп-идола, чтобы выполнить задачу. Удалось ли ей? Не знаю — не досмотрел :) Но мне понравилась сама идея. Если бы у меня было 30 тысяч друзей, то скинувшись по пять долларов они бы могли собрать на годовой курс брентуксимаба, и я смог бы и дальше делать все то, что делал до этого еще… подольше.

На просьбу молодого человека помочь ему и стать одним из 30 тысячей друзей откликнулось огромное количество людей. В конечном счете, Антону удалось собрать нужную сумму для прохождения лечения. В 2012 году он уехал в Америку.

Операция была проведена в январе 2014 года. После нее наступила ремиссия. Рак исчез, Антон строил планы на будущее. Но в июне пришла неожиданная новость: лимфому Ходжкина нашли в центральной нервной системе. Вероятность такого случая после трансплантации костного мозга - 0,2%. Антон прожил еще два месяца.

Что советовал Антон Буслов делать для диагностики рака

Блогер много писал в своем Живом Журнале об онкологии. В одной из записей он дал следующие советы читателям:

1. Если у вас что-то болит, или вроде и не болит.. но как-то лень сходить к врачу. Или тем более, если у вас что-то болит, но врачи отсылают на какие-то записи на анализы через месяц, и сложно туда попасть. Найдите врача за любые деньги, и пусть он вам проведет за любые деньги любые обследования, так, чтобы в течение двух недель максимум у вас был результат - точный диагноз. Точный в наших условиях - это подтвержденный хотя бы по трем разным признакам/исследованиям. Если вы будете делать так, то вероятно, сэкономите много денег и здоровья предотвратив кучу сложных вещей.

2. Иногда врачу общей практики полезно напомнить, что он слушал что-то из курса онкологии в мединституте. Скорее всего, он его прогуливал, считая очень уж специфическим для своей практики, а так как требуется он не часто, он помнит из него всего только пару названий и ни одной таблицы симптомов. Ведь поиски рака могут занять у нас месяц в больничных условиях даже у заведующей отделением - а это, безусловно, светило медицины, хотя и в области инфекций. Поэтому все, что вне инфекций знать необязательно.

3. Удивительно, но факт - врачи будут пытаться отказать вам в том, чтобы направить на нужные исследования. Это привычка. Дело в том, что они круглые сутки должны направлять людей на обследования и исследования. Бесплатно - все они по талонам и очереди на через месяц. Платно – они, как правило, дороги, и 90% населения страны все еще верит, что кто-то должен им бесплатную медицину (Кстати - самые большие верят в то, что написано в какой-то там бумажке - святее всего. Реальная действительность их вокруг ни в чем не убеждает. Просто очень хочется верить). В результате доктор говорит надо бы. И ему говорят: дорого. А он говорит: ну по записи через 2 месяца. А ему говорят: сволочь. (как будто он это все лично сделал). В результате у него привычка не посылать вас вообще на обследования. Ну или по минимуму. Так что полезно бывает начать разговор словами: "Доктор, я хочу пройти МАКСИМАЛЬНО ВСЕ ВОЗМОЖНЫЕ обследования, которые вы сочтете нужными, для ПРАВИЛЬНОЙ постановки диагноза и скорейшего начала лечения. Это моя забота - КАК я это все сделаю. Просто посоветуйте, какие исследования тут ПРАВДА нужны". И посмотрите на его лицо! Совсем другой доктор!


4. Молодые люди, родители которых пошли к врачам. Вы представляете, что они там врачам говорят и лепят. И что им говорят. Ваши родители, а тем более бабушки, вообще не смогут принять факт того, что дееспособная медицина в стране преимущественно платная. Парадокс - но вот лечить рак можно в России бесплатно (до определенного уровня, и не везде - но можно). Лечить что-то более простое - из области интересов районной больницы, или даже поликлиники, так чтобы из этого не создали невероятных проблем - как правило, платно. Обследоваться - везде и всегда только платно. Так эта сфера сейчас устроена. Я не говорю, что это хорошо. Я знаю платную медицину - которая скоро меня долечит до банкротства и выкинет на улицу - об этом тоже я напишу пост - и я не скажу, что ЭТО хорошо. Многие очень не знают, КАК ЭТО, когда едут лечиться за рубеж, имея счет по емайлу из клиники на некую фиксированную, как они думают, сумму. Об этом надо будет написать. Но важно понимать, что это все – реальность, которая есть. И любой самообман тут грозит смертью. И вот наши родители и бабушки с дедушками такую реальность признать не могут. И потому умирают по-глупому. Они всегда легко записываются на исследования бесплатно через 2 месяца. Возможно, потом на вскрытии патолог делает именно то самое исследование.

Еще участковые врачи и врачи педиатры (вот эти две категории врачей не пользуются у меня никаким профессиональным уважением вообще, да простит меня родная тёща - она единственная приличная из всех кого я встречал – впрочем, меня она не лечила, но дети у нее здоровее всех!). Вы знаете, что они зачастую, войдя в дом, оценивают "социальную обстановку" и по интерьеру прикидывают какой степени индийскости дженерики назначать в качестве лекарств. Оценят вашу бабушку как не достаточно богатую за ее любимый шкаф времен дедушки Сталина, и выпишут препарат с широким списком побочных эффектов, зато стоящий три копейки. То, что есть препарат без побочных эффектов за 50 копеек, вам даже не скажут. Не сочтут нужным предложить. Боятся обидеть, или нарваться на упрек в дороговизне. А потом вы купите любые таблетки за любые деньги, чтобы спасать маму, которая получит от индийского дженерика побочный эффект и 47 копеек выгоды. Я физик-ядерщик, и я утверждаю, что ко мне в процессе лечения рака - когда я вынужден был поднатореть в теме, приезжали врачи-терапевты, которые хуже меня знали медицину. Один прямо так скромно и признался, а потому спросил у меня: "Что будем делать?" И я продиктовал ему что. Потом взял пустой подписанный бланк госпитализации. Кстати - он - самый честный был из ОМС поликлиники в Москве. Вы уверены, что все дженерики равноценны. Ну так вот в РОНЦе, где грибковая инфекция может быть типовым осложнением курса химиотерапии, очень не рекомендуют принимать препараты с названием "флюконазол", а говорят принимать только ряд торговых марок точно тоже же флюконазола, помню точно "микомакс". Состав один и тот же. РОНЦ ничего не имеет с этого - это факт. Просто у них пациенты кушают таблетки с надписью "Флюконазол" на упаковке, и умирают от грибковой инфекции. И шанс их спасти есть, объяснив, что не все таблетки на полках аптек России, даже если там написан одинаковый состав (казалось бы!), одинаково полезны. А родители купят самое дешевое - флюконазол стоит три копейки, микомакс в этой шкале - несколько рублей.



Один из лучших хирургов-онкологов России Андрей Павленко, скончавшийся от рака желудка, вёл блог, в котором рассказывал о своей борьбе с болезнью. На странице "ВКонтакте" размещены подкасты, в которых доктор размышляет о своей жизни и системе онкологической помощи в стране. "Клопс" послушал, о чём говорил врач.

"Надежда внутри меня теплилась"

"Доктор, я умру?" — это первый вопрос, который не следует задавать доктору, потому что все мы с вами рано или поздно когда-нибудь умрём. Доктор не сможет на него ответить или ответит так, как я сейчас сказал. Поэтому правильно следовало бы вопрос озвучивать таким образом: "Доктор, а почему мы начинаем лечение именно с химиотерапии?" — посоветовал Павленко.

Во время курсов химиотерапии, когда возможна лихорадка, онколог рекомендовал всегда находиться на оперативной связи со своим лечащим врачом.

"У меня началась фебрильная нейтропения — температура была 38,3. По рекомендации моего лечащего врача я начал принимать антибиотики. Лихорадка достигала температуры 39,2 градуса. У меня возникла мысль: "Может быть, в этом огне сгорит и часть опухолевых клеток? Возможно, это обывательская мысль, но такая надежда внутри меня теплилась", — признался Павленко.

Перед операцией

"В любом случае есть небольшой шанс, порядка двух-трёх процентов, на развитие каких-то нежелательных осложнений, которые могут привести к плохому исходу. Поэтому в настоящее время моя супруга знает все явки и пароли на моем компьютере, телефоне, знает коды на моих банковских карточках, где я откладывал определённую сумму. Это важно сделать, чтобы потом ни у кого не было никаких проблем", — посоветовал Андрей Павленко.

Накануне операции хирург-онколог проводил одну из своих дочерей в первый класс, а затем направился в больницу.

"Что я сейчас чувствую? Боюсь ли я? Нет, я не боюсь! Волнуюсь ли я? Да, лёгкое волнение — оно присутствует, я думаю, это нормальная ситуация. Когда я готовил своих больных к такому вмешательству, я говорил, что не должно быть паники. Волноваться можно, можно даже немного бояться, просто главное, чтобы не было панического состояния. Я точно знаю, что я сегодня буду спокойно спать, как и в предыдущие дни", — говорит врач.

Химиотерапия

"Никто не может сказать при общении со мной, что я себя как-то плохо чувствую. На самом деле я чувствую себя хуже, чем до химиотерапии. Это нормально, я молодой человек, я сильный и могу переносить это немного проще", — рассказывал доктор о своём состоянии.

Андрей Павленко говорил и о своих коллегах. "У них такие же надежды, такие же эмоции, доктор такой же человек", — напомнил врач.

"Недолго думая, перед началом введения капельницы я поставил на телефоне музыкальную композицию Let Mortal Kombat begin из одноимённого фильма моей юности. Тогда моя фантазия представила, как с каждой каплей в мою кровь поступают тысячи микроскопических воинов, которые устремились, круша на своём пути причину болезни, с твёрдой уверенностью убить все опухолевые клетки. Живо представив себе эту картину, улыбнулся", — рассказал Павленко.

О подготовке хирургов

Отдельный подкаст онколог посвятил подготовке квалифицированных кадров. Андрей размышлял о системе, о препятствиях, которые мешают готовить качественных хирургов. Павленко отметил юридические аспекты и системные проблемы.

"Система, конечно, виновата, и виновата сильно, потому что по большому счёту ничего не изменилось со времён Советского Союза в преподавании и в программе. Но кроме этого не изменилось и влияние государства на то, как мотивировать людей и учить. Должна быть соответствующая оплата, отбор кадров, не каждый способен стать ментором, это большая проблема Нет мотивации у молодых преподавателей доносить свои хорошие мысли, они, как правило, занимаются одним — как прокормить себя, как прокормить семью. Преподаватели не должны этим заниматься. Они (власти — ред.) должны понимать, что, преподавая в высшей медицинской школе, леча больных, врачи должны зарабатывать соответствующие образом", — высказал свою точку зрения хирург.

Андрей Павленко боролся с раком желудка с 2018 года. В воскресенье, 5 января, 41-летний врач Умер 41-летний онколог Андрей Павленко, который вёл блог о своей борьбе с раком

После смерти хирурга создан грант для журналистов и документалистов

Андрей Павленко написал пост, в котором попросил поддерживать его семью

Активисту, победившему рак, внезапно стало хуже.

  • -->
  • &description= ">
  • -->
  • Воронежский блогер и активист Антон Буслов, недавно прошедший лечение от рака, написал в фэйсбуке, что врачи дают ему меньше недели.

    – Уважаемые друзья! – написал Антон сегодня, 18 августа, в группе MyMaster For Life в фэйсбуке. – Это я. У меня такие новости, с вероятность 99% на следующей неделе я буду в холодном полумраке морга. А еще через неделю в ярком жарком пламени в крематории. Мы договорились и спланировали с Машей, что у нас будет двое детей следующим летом. Спасибо за поддержку, что вы мне оказали. Без нее мне было бы гораздо сложней. Еще раз спасибо! С такими друзьями можно думать будущем.

    Чуть позже он сделал уточнение в Твиттере:

    Врачи сказали, что я умру в течении нескольких дней на следущей неделе.Постараюсь, успеть написать в жж.

    В частности, он написал, что медицинские исследования, которые занимают в России по два месяца, в Нью-Йорке делаются за два часа. При этом для больного раком любое промедление смертельно опасно. В письме воронежский общественник многое подкреплял примерами из жизни.

    Вице-премьер отреагировала на его эмоциональную запись о тяжелом положении больных в российских медучреждениях телефонным звонком, в котором предложила Антону подготовить конкретные предложения по смягчению правил в отечественных больницах.

    – Госпиталь с его волнениями закончился и я снова в своей койке, – написал Антон на своей странице 26 июля. – Есть планы по посещению реанимаций, примеры по транспорту, кухни/библиотеки. все выполнимо. Пилотом могут стать РОНЦ и больница им. Калинина. Готовим расстановику сил средств под это.

    Однако на этой неделе Антону внезапно стало хуже.

    – К сожалению, у меня для вас плохие новости, – написала жена Антона, Мария Нечаева. – В ночь с понедельника на вторник у Антона начались проблемы с дыханием. Мы приехали с ним в скорую помощь, где Антону было сделано КТ, которое показало ухудшение рака, давление жидкости на мозг стало больше и образование в шее выросло. Врачи сказали, что попытаются стабилизировать состояние, но состояние критическое. Вечером этого же дня Антону стало хуже: упало давление, дыхание ухудшилось, были проблемы с работой сердца, спутанность сознания. Было принято решение подключить его на аппарат искусственной вентиляции легких и привести в палату интенсивной терапии. Ночью со вторника на среду между мной и врачами был разговор о состоянии Антона. Они сказали, что состояние критическое, так как причина всего рак, что лечения нет, жить Антону осталось несколько дней, что сейчас его нельзя никуда перевозить, что можно снять ИВЛ, чтобы оставшиеся дни он провел комфортно, что будут давать все медикаменты для устранения симптомов, чтобы Антон не страдал.

    Ее оптимизм был настолько впечатляющим, что я решила вынести наши разговоры за жизнь за стены больничной палаты.

    - Говорят, что рак - болезнь наследственная. У вас в роду это было?

    - Как муж это пережил?

    - А грудь после операции у вас все-таки осталась? У вас такая фигура прекрасная, все так гармонично…

    - На настоящую грудь протез похож хоть немного наощупь? С чем его можно сравнить?

    - С чем? Потрогай сама! - Жанна решительным жестом достает вкладыш, который по форме и цвету - действительно как женская грудь. На ощупь мягкий и в меру упругий.

    - Не самый дорогой, но хороший. Наши тверже намного. По сроку службы все индивидуально. Может и через год развалиться, а иногда ходишь 2 - 3 года без вопросов. Примерять обязательно надо. Я штук 10 вкладышей перебрала, чтобы он лег к груди как надо. Без него никак не обойтись. И некомфортно, и перекос мышц идет, и потом начинает болеть спина.

    Я могу продолжать химиотерапию. Но этим могу просто убить свой организм раньше времени. Может, пока есть смысл остановиться, на тех же гормонах побыть и жить полноценной жизнью, сколько осталось?

    - Никто не знает, сколько осталось…

    - Я знаю день своей смерти. Он мне приснился, и я его отметила на календаре. И не делаю из этого трагедию - у меня еще есть больше года. Есть время пожить, что-то сделать, а не сложить лапки и ждать крематория. Когда ты стоишь у края могилы, понимаешь, что столько интересного кругом, а ты видел только дом - работа - дом… Когда я заболела, начала ездить по святым местам - Иерусалим , Дивеево , Жировичи. С племянником на концерте Меладзе была недавно. Начала играть в Lords Mobile (сетевая компьютерная игра. - Ред.).

    - Игроки же, наверное, не церемонятся друг с другом? Не обижают?

    Есть у Жанны и более серьезные увлечения, которые помогают не чувствовать себя совсем вычеркнутой из жизни после того, как ей дали первую нерабочую группу. Она делает украшения, четки для церкви, учебные пособия для занятий по методике Монтессори.


    Четки, которые делает Жанна, - это ее посильная жертва храму. А теперь и мой оберег. Фото: Дмитрий ЛАСЬКО

    Я люблю жизнь, я радуюсь жизни. Утром проснулся - уже радость. Дошел до туалета, тебя не тошнит - вообще красота. В больницу попала с воспалением - это лучше, чем с жидкостью в легких. Собака пришла, лизнула в щеку - радость…


    Домашние питомцы - это настоящая отдушина для Жанны. Фото из личного архива.

    Сейчас у меня две такие собаки. Это моя отдушина. Когда тебе есть о ком заботиться, это немножко сдвигает твои мозги.

    Я с удовольствием, когда есть возможность, с девчонками своими встречаюсь, с родными. У племянников есть дети, я очень их люблю. Помогаю как могу - что-то сошью, свяжу. Жизнь продолжается.


    Он обратился к интернет-пользователям с просьбой перечислить деньги для его лечения на территории Соединенных Штатов Америки.

    На раннем этапе лечения, которое проходило в одном из госпиталей в Нью-Йорке, давало положительные результаты, но в дальнейшем болезнь существенно обострилась.
    В своем блоге и в колонке в журнале он рассказывал о борьбе с неизлечимой болезнью. На прошлой неделе он сообщил своим читателям, что врачи вынесли страшный вердикт и ему осталось жить несколько дней.

    Колумнист The New Times Антон Буслов через свой ЖЖ написал письмо вице-премьеру РФ Ольге Голодец и получил от нее ответ.

    Антон Буслов — Ольге Голодец
    Уважаемая Ольга!
    Меня зовут Антон Буслов. Так вышло, что в 2011 году у меня нашли лимфому Ходжкина. Это такое очень простое онкологическое заболевание, и в большинстве случаев его отлично вылечивают в России. Так что я лечил его в России в РОНЦе, пока в 2012 году мне не сказали, что вылечить меня не удастся. Чуть больше двух лет назад меня перевели на метрономную терапию со сроком дожития полтора-два года и отправили домой умирать. Так вышло, что я все же решил попробовать выжить. Тысячи человек скинулись на это дело небольшими деньгами, пресловутые фонды посоветовали клинику (денег на взрослых пациентов, знаете, у них обычно не очень есть). ну в общем немного забавная история там вышла, но меня вылечили в США. Я живой, потому и решил вам написать.

    Вы считаете, что в РФ оказывается отличная ВМП, на европейском уровне и даже выше. И я, конечно, мог бы просить вас уточнить у того, кто вам такое сказал, ответы на следующие вопросы:

    1) Какова обеспеченность аппаратами МРТ (разрешающая способность выше 1,5 Тл, аппаратами ПЭТ (и с какой светочувствительностью), аппаратами КТ (и с каким пространственным разрешением) на душу населения хотя бы в Москве. Сколько в среднем проходит времени от назначения врачом такого исследования, до получения его результатов.
    2) Как так получилось, что совсем недавно в Москве - городе с самым высоким обеспечением больных наркотическими анальгетиками (составляющим, впрочем что-то около 6% от необходимого), застрелился вице-адмирал, не получивший вовремя обезболивания. Это, конечно, не ВМП. У меня тоже были боли. но в соседней с РОНЦем аптеке мне не продали без рецепта даже ни капли не наркотический кеторолак - опасаясь проверок ФСКН. Высокотехнологичный врач в РОНЦе объясняла мне - что кеторолака нет в перечне, и что рецепт не нужен. А я стоял в аптеке, мне было очень больно, а аптекарю было очень страшно. Он меня понимал. а я понимал его. И я обезболивал себя Найзом. альтернативой был парацетамол. Американцы считают, что боль терпеть нельзя - тут я, иностранный гражданин, по русскому паспорту купил оксикодон и пластыри в ближайшей аптеке, по рецепту, подписанному одной лишь старшей медсестрой, за 15 минут от обращения к ней. Пластыри, кстати, сдавать не надо - надо смыть в унитаз. Но американцы, конечно, ошибаются - ведь и я, и тот аптекарь в Москве, и вы - знаем - боль можно терпеть. Да и не о ВМП это все вовсе.

    3) Мой тесть пару недель назад с другом выносил на одеяле мужика из другого подъезда дома в автомобиль реанимации. Была середина дня, город Иваново. Так вышло, что человек умирал, а его жена кричала во дворе и просила помочь. Она была в панике. Дело в том, что бригада реанимобиля сказала ей, что "вынос тела" в их обязанности не входит, а потому они тут постоят немного и уедут. Она предлагала дюжему водителю деньги, все что у нее были, но по его мнению было слишком мало, чтобы все делать самому. В итоге больного вынесли и погрузили мой тесть, его друг (как добровольцы) и водитель (деньги он таки взял). У пациента было что-то острое с сердцем. я всегда думал, что в реанимобилях для таких случаев есть какие-то специальные кровати-каталки. ну. что-то есть. Хотя мою бабушку выносили на стуле, тоже мужики с подъезда. Думаю, я плохо понимаю в реанимации. Но это, конечно, никак не касается лечения и реабилитации после ВМП. Это не фактор выживаемости. это вообще ни о чем. Я ведь даже не знаю, сколько времени туда ехала скорая. В США, когда у меня случился септический шок, она приехала практически мгновенно, и моя жена не искала дюжих мужиков по подъезду - у этих реаниматологов все было - включая хитрую каталку, для переноски пациентов в любом состоянии по лестницам. Кстати, это была первая в моей жизни машина скорой помощи, в которой было тепло. Почему-то во всех машинах скорой помощи в России было очень-очень холодно.

    4) Я вспомнил палату РОНЦа на двух человек, в которой было постоянно четыре. Три больных - и жена одного пациента - из Рязани, который был совсем не ходячий. Она спала там на стульях. Мы все, ну кроме нее, получали ВМП по квоте. А она готовила еду своему мужу, убирала утки и так далее.. Дело в том, что в РОНЦе из еды дают капусту, вареную капусту, и тушеную капусту. А врачи говорят что надо ОБЯЗАТЕЛЬНО есть мясо. Причем очень хорошее. Так вот эта женщина купила электронную скороварку и готовила это самое мясо. И как то это заметил на обходе завотделением. Он долго кричал на женщину - что "они ее и так терпят", а она тут еще такое устраивает. Что никаких электронных приборов тут быть не может, потому что устроят пожар. Он потребовал от нее немедленно выкинуть прибор. Сказал, что если увидит подобное еще раз - выкинет и ее, и ее мужа. Он, кстати, врач. Высокотехнологичный - он сказал, что нужно мясо. Женщина с дрожащими губами спрашивала у него - что же ей делать - ведь больше негде взять мясо. А он отвечал - "готовьте дома!" Она парировала - что дом - в маленьком городе под Рязанью, что ситуация такая почти у всех, кто лежит в РОНЦе. А доктор в белом халате кричал на нее: "На улице! Где угодно - меня это вообще не волнует!" Вы знаете. в США во всех отделениях есть кухни, открытые для всех пациентов и родственников во все время. А в палатах есть кресла - раскладные, в них любой родственник может спать. Он может туда приходить в любое время, он может там жить постоянно. Так в любой - в том числе многоместной - палате. Но, наверное, это никак не влияет на результаты ВМП. Надо просто лучше есть капусту.

    5) Вы вспомнили бабушек, дедушек и прочую родню. Я тоже считаю, что это очень важно. Особенно для ребенка - важно их видеть. Знаете. в России их не пускают в больницу. Ну то есть к инкурабельному ребенку, умирающему в реанимации в Железнодорожном (это Московская область), не пускали мать. Считается, что она может занести инфекцию. Такой режим в целом везде. Ну то есть он, как бы вам сказать, сильно ограничен. вы удивитесь, насколько сильно. В США моя жена ночевала в блоке интенсивной терапии рядом с моей кроватью, пока я был в коме. Она могла входить и выходить когда угодно. Два человека - любых - одновременно могут посещать меня в госпитале. В любое время дня и ночи. Никаких заранее заказываемых пропусков. Это просто право любого человека - видеть своих близких, когда они ему нужны. И да, вы правы - это очень очень важно. Правда, вам забыли сказать, что в России этого нет.

    Я могу продолжать так очень очень долго. могу спросить об уровне пыли в воздухе городов и как это влияет на вероятность инфекционных осложнений после трансплантации костного мозга. Но это же личное письмо. К чему все это здесь.

    Давайте попробую кратко, вот прямо совсем только о ВМП.

    В августе 2011 мне в РОНЦе начали вторую линию химиотерапии. Это ВМП. Только эта ВМП заканчивается еще одной ВМП - трансплантацией костного мозга от самого себя. Квоту на первую ВМП получить легко. Вторая должна начаться в чистом боксе в срок не более недели после завершения первой. Так вот получить вторую - очень сложно. Во-первых, таких много меньше, во-вторых, они глупо распределены по регионам, в-третьих, там мало квоты - нужен еще чистый бокс больницы. Люди ездят делать ТКМ из Москвы в Питер, из Самары в Екатеринбург и так далее - просто чтобы поймать квоту и бокс (!). Мне вот первую ВМП сделали в РОНЦе, после чего, я в состоянии оставляющем желать лучшего, вынужден был прописаться у бывшей тещи в Самаре, чтобы умудриться "схватить" там вторую ВМП и чистый бокс (мне очень повезло с бывшей тещей, как вы можете догадаться). И мне сделали там трансплантацию! В тысяче километров от места, где к ней готовили. Как вы догадываетесь, без бабушек и дедушек.

    Но интересней было дальше. Через месяц - как только я чуть восстановился - меня выписали. В Самаре наблюдать меня некому - естественно. И жить негде. И я следующим же днем полетел в Москву. Прилетел я уже с лихорадкой. И на утро вызвал участкового, при температуре 39 С, кашле и куче иных признаков, требующих госпитализации. Участковый, на сообщение что я после трансплантации, сказал так: "Я не знаю, что с вами делать. Могу выписать больничный". Я позвонил в РОНЦ на личный сотовый врача, и спросил могут ли они меня госпитализировать. Не могут - потому что лечение в РОНЦе проводится только по квотам, которые надо еще получить. Я спросил - кто меня может госпитализировать. Мне сказали - надо в онкогематологическое отделение городской больницы. Для этого надо закрепиться за поликлиникой, пройти прием участковых, местного гематолога, он должен дать направление, после чего, если будут места, меня положат. Я описал врачу свое состояние и спросил, можно ли это сделать по скорой. Врач РОНЦа сказал мне, что ни в коем случае - потому что скорая отвезет меня в ближайшую инфекционку и там я точно умру, учитывая состояние после трансплантации. Я спросил - что мне сделать чтобы выжить. Высокотехнологичный доктор ответил - срочно как угодно сделай гематологический анализ крови и перезвони мне. Я срочно сделал его как угодно за деньги и перезвонил. Назвал параметры. Когда дошел до тромбоцитов на уровне 10 единиц, врач сказал мне: "Ты в состоянии, угрожающем жизни, тебе срочно нужны переливания крови, внутривенные дозы антибиотиков и противогрибкового, тебе нельзя вставать с кровати. Мы не можем тебя госпитализировать, скорая не может, в больницу нормальную ты не попадешь. У тебя есть кто-то, кто сможет колоть в вену?" И я сказал, что уже все умею сам, и что буду колоть сам. Мы согласовали список лекарств, договорились о частоте созвонов. Моя жена носилась после работы по всей Москве, скупая дорогой (а главное по паре пузырей на аптеку) максипим, а я собирал себе капельницы. Месяц я высокотехнологично и доступно лечил двухстороннюю пневмонию на фоне состояния после ауто-ТКМ на съемной квартире в Бирюлево, лично своими руками. Вылечил. Этот факт много удивительней в моей биографии, чем то, что я выжил после септического шока в США, или что тысячи людей скинулись для моего лечения деньгами, или даже того, что мне вылечили инкурабельную лимфому. Кстати, это все про ВМП. В США врачи, увидев, что я между второй линией и ауто-ТКМ сменил город и клинику, удивились: "Зачем?! Это же очень опасно - вас не устроил РОНЦ?" Я тогда просто отшутился: "Это просто российская бюрократия". Я им не рассказывал про последующие события - они бы в жизни не поверили что так бывает. Но вам - в личном письме могу.

    Ладно. Я отвлекаю вас, а у вас и правда куча работы и еще странные советники. В целом вы, конечно, правы. В России можно получить очень приличные объемы ВМП. Я с грустью смотрю на очень многие ситуации, когда люди пытаются собрать на лечение в Израиле, при том, что совершенно не понимают, во что ввязываются. Есть куча посредников, организующих медтуризм и по сути убиващих людей. Людям навешали лапши, что у нас все заведомо плохо, а там все заведомо отлично. Родители собирают деньги, продают квартиры - едут на ТКМ в Израиль, не понимая, что есть Горбачовка, даже не воспринимая ее всерьез - при том, что она ЛУЧШЕ. Люди получают первый эстимэйт из клиники с суммой лечения и не понимают, что это рекламная цена, что приедут, и их оберут до нитки - а не заплатят, их выкинут на улицу. Я говорил в Горбачовке о таких случаях с врачами, когда к ним приезжают с лечения в Израиле недолеченные, не наблюдавшиеся в РФ дети, у родителей которых вытрясли за рубежом все деньги: "Иногда нам даже удается их спасти. " Полный абсурд ехать за рубеж делать первую линию ПХТ - капельница в России и в Израиле отличаются лишь ценой, а препараты абсолютно идентичны. Но причем тут фонды?! Они то, как раз, занимаются тем просветительством, о котором вы говорите, и не отправляют за рубеж тех, кого можно лечить у нас! Именно потому люди часто игнорируют фонды. Именно потому они устраивают сборы наобум в соцсетях, просто руководствуясь мыслью: "В России все плохо, а сволочи-фонды рекомендуют Горбачовку". Я писал таким людям письма - они просто игнорируют. вот такая проблема есть. Но кто вам фонды подсунул, как проблемный вопрос.

    В общем я к тому, Ольга, что вас пытаются выставить в очень глупом свете ваши же люди. Спросите лучше, что сделать, чтобы облегчить тем самым фондам жизнь, например, в части ввоза в РФ не сертифицированных у нас современных медпрепаратов. Медпрепараты в мире есть, они апробированы в тех же США, и, уж поверьте, тут контроль на уровне. А в РФ надо полтора месяца (в лучшем случае) на разрешение Минздрава на его ввоз для конкретного пациента (это если какой-то фонд умудрился наладить схему поставки), причем на препарат наша страна не забудет еще взять НДСы и прочие чудные налоги. Не говоря уже о таможне, через которую эти, как правило, термозависимые препараты надо быстро провезти. Вот это как раз реальные проблемы. И знаете, мне кажется, что круглых столов и совещаний по ним уже проведено примерно миллион. Вы знаете. не помогает. Может, надо сменить тактику лечения.

    Ольга, мы давно взрослые и вполне адекватные люди. Я думаю, что если вдруг (понимаю, что шансов почти нет) и правда прочитаете это письмо - то кое-что вам будет кристально ясно, без всяких совещаний и экспертных оценок. Если потребуется - уверен, вы мой адрес найдете. А я просто буду надеяться на лучшее. Извините, что забрал столько времени.

    С уважением, Буслов Антон

    Ольга Голодец — Антону Буслову

    А все таки чудеса случаются :) Вчера я оценивал вероятность этого события, как один к миллиону, а вот сегодня пообщался с вице-премьером российского правительства Ольгой Голодец, по поводу личного письма отправленного просто в ЖЖ.Скажу честно - через канцелярию вряд ли удалось бы.

    Разговор получился по существу. без попыток сказать, что проблем у нас нет, и что все отлично. СМИ и правда выхватывают на выступлениях самые горячие фразы, и мысль, которую реально говорит человек превращается в какой-то очень странный лозунг. Когда обсуждаешь это непосредственно с человеком, становится ясно, что он понимает все примерно также как ты. но вот какие выжимки потом опубликуют, и как их будут трактовать. Сперва связался ее помощник. поговорили еще с ним. Я не СМИ, я буду цитировать по памяти то, что лично мне было интересно.

    "Я не питаю иллюзий относительно работы, которую предстоит сделать, чтобы российская медицина стала по-настоящему доступной и эффективной для каждого человека". Мы не стали детально рыть цифры, по числу аппаратов и светочувствительности - вопрос и правда риторический, и за день его никто не решит. Есть работа по оборудованию таких штук - вот сделали в РОНЦе - раньше не было. Большая проблема обучать врачей новым методам и технологиям, сейчас хотят менять критерии эффективности работы, особое внимание на владение современными методами - ну то есть интерес к изучению врачом практики в своей области. Мгновенно не сделаем - но сделаем все чтобы сделать - как то так.

    По наркотическим обезболивающим. последний месяц проведена куча работы в правительстве - и все уже скоро увидят конкретные результаты. И да, читать посмертные записки людей, это в том числе
    личный ужас и для министра и для вице-премьера.

    Мой тесть большой молодец :))) Ну в смысле хорошо, что есть хорошие люди. И очень плохо, что есть плохие. Машины, конечно, надо менять многие, где-то процесс идет проще, где-то хуже. Проблема влияет на кучу людей и это острая проблема. Есть какие-то там минздравовские программы - закупки скорых, оборудование какое-то. Честно сказать не очень вник. Это было самое бла-бла-бла место.

    Вот по доступности нормальных мест для приготовить пищу, и прочей пожарно-санитарной суете с пропускными режимами и изъятиями кипятильников и правда можно и нужно поработать и начать работать сейчас. От меня ждут предложения по существу, но структурированые - уже чтобы в рабочем формате. Ольга понимает, что чайник все равно будут прятать в тумбочке, и все равно достанут, и что это просто изображения безопасности подстать традиции. Просто надо найти лучшее решение и мы сейчас это попробуем запустить. Аналогично с пропускным режимом - есть санитарные требования, врачи которые считают, что у нас во многих случаях нельзя обеспечить нужную чистоту, просто потому что у нас улицы городов сильно иначе убирают. И тут главное не вымостить благими намерениями дорогу в ад. Но по сути, ситуация у нас в большинстве мест с этим совершенно не нормальная. Вот в центре который Ольга открывала - новом - будут пускать в реанимацию. В планах максимально лояльный режим, хотя за тем, как его реализуют еще предстоит проследить. И таких центров будет больше. Что сделать там, где все уже есть - вот это предмет работы.

    Она поздравила меня с успешным выходом в ремиссию :) Очень важные слова были сказаны по фондам. "Об административном воздействии на фонды я никогда не говорила и - поверьте, не думала". Говорит, что
    совместная работа, информационный обмен как раз с фондами и общественными организациями очень помогает в работе. Регулярно встречается с руководителями фондов, слушает мнения. Ни в коем случае никакого давления на них или нелепых проверок - потому что это совершенно не нужно, они самые естественные и полезные помощники. Наоборот, развитие работы с ними в последние два года только увеличивается.

    Ну что вам сказать, как резюме. Я в общем-то перевариваю. Не был в полной мере готов, что ответит. Тем более вот так. Была просто надежда что прочитает. и что-то подумает. ну или отписку получу, что "мы все знаем, над всем трудимся". А получилось как-то и правда лично.

    Что я хотел услышать и услышал: фонды никто не будет трогать и выставлять козлами отпущения или еще черти чем. Никаких запретов на лечение наших жителей заграницей нет и быть не может. Но там свои спекулянты, и как раз вместе с фондами надо стараться навести порядок и показать что и как можно бесплатно вылечить в России. Чтобы люди не продавали последнее, решив что тут помощь нельзя получить. Задача помочь, информировать, но никак не запретить. И по тому, что можно сделать - ждут от меня конкретики, желание запустить в работу и возможности есть - мячик на моей стороне.

    Вот написал, перечитал. и чем-то шестым чувствую, что в комментариях сейчас напишут, что на деле мне предложили срочно продаться, и я продался, и потому все так написал. но что-то нет - и на какие деньги я лечусь в штатах, и кто мне как помогал, меня деликатно не спрашивали. Впрочем, я и в письме об этом не писал - не знаю что Ольге распечатали. В любом случае это не то, о чем в таких письмах пишут. Если и правда чайники удастся легализовать, и мне не придется их прятать в тумбочке как вернусь в Россию - то я уже буду счастливей всех счастливых.

    Извините, если я что-то сделал не так.

    Читайте также:

    Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
    При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.