Придумала себе что у меня рак


До 80% пациентов, которые приходят на приём к врачу, называют вымышленные симптомы. Им кажется, что они болеют, но на самом деле они здоровы, рассказал психиатр Андрей Березанцев. Похожие цифры есть и в научных исследованиях. К примеру, в работе норвежского учёного Холгера Урсина сказано, что 25—60% симптомов, о которых говорят пациенты, "не имеют под собой достаточных биологических и физиологических оснований".

Чаще всего выдумывают себе болезни ипохондрики. Так называют тех, кто постоянно беспокоится из-за возможности заболеть одной или несколькими болезнями, а также тех, кто уверен в наличии у себя какого-то заболевания.

— Когда мне было 16 лет, у меня нашли опухоль в груди, — говорит москвичка Елена Голованова. — Врач сказал, что, скорее всего, это рак. Когда сделали биопсию, выяснилось, что опухоль доброкачественная. Но 10 дней, пока я ждала результатов биопсии, я жила с мыслью, что вот-вот умру. Это было абсолютное отчаяние, ведь я ещё ничего не успела — даже поступить в институт. Я никак не ожидала, что жизнь закончится.

Опухоль удалили, и после операции Елена ходила в больницу на перевязки.

— Это было очень страшно. Дело в том, что со мной ходили пациентки, у которых действительно была онкология, — говорит Елена. — У них были шрамы: у кого-то на шее, у кого-то на груди, у кого-то не было сосков. Они показывали друг другу, кому что отрезали, и разговаривали об этом. По-настоящему пугала одна пожилая пациентка. Она говорила: "Вы, молодые, думаете, что у вас доброкачественную опухоль удалили. Но подождите, пока придут результаты гистологии (то есть исследования опухоли после операции. — Прим. Лайфа). У вас всё равно найдут рак и всё вам вырежут".

После таких слов Елена не могла спать но ночам.

— Мне было страшно ложиться спать, — говорит она. — Мне казалось, будто у меня что-то болит или что у меня что-то твёрдое есть в организме. Я очень боялась, что у меня рак. Дошло до того, что у меня часто возникало ощущение, будто поднимается температура, я чувствовала слабость во всём теле. Потом стали отниматься руки: просыпаюсь ночью и понимаю, что не могу пошевелить руками. Я задыхалась, у меня было учащённое сердцебиение. Мне казалось, что сейчас у меня сердце вырвется из груди. Были боли во всех органах. Иногда это всё на неделю затихало, но потом начиналось опять. Я вставала, будила родителей, говорила, что мне плохо, и просила вызвать скорую.

Однако после проверки оказывалось, что никаких проблем в организме нет.

— То есть всё это было бредом, всё это мне только казалось. И этим было невозможно управлять, — говорит Елена. — Потом я решила пойти к терапевту, сдала все анализы, которые только можно сдать, и все результаты были хорошими. Потом я почувствовала, что у меня снова есть опухоль в груди, и пошла к онкологу. Но он сказал, что ничего нет. Я не поверила, заплатила деньги за рентген, а после минут 15 стояла со снимком в руках и не могла поверить, что опухоли действительно нет. Как так, ведь я её чувствую? Период ипохондрии закончился у меня только в 22 года. Но и сейчас, когда мне 24, на меня иногда находит.

Ипохондрия обычно бывает у людей, которые склонны к тревожности, мнительности, депрессии, долгому переживанию травмирующих событий.

Когда врачи не верят такому пациенту, он все силы направляет на то, чтобы найти как можно больше доказательств, что он действительно болен, поэтому ему сложно помочь.

Может ли человек, убедив себя, что он болеет, заболеть в действительности?

— Известны эксперименты с внушёнными ожогами, — говорит Андрей Березанцев. — Когда человеку под гипнозом внушают, что к его телу приложили что-то горячее, у него появляются волдыри, как будто это был действительно ожог. Но эти механизмы не изучены.

Первый эксперимент с внушёнными ожогами был проведён во Франции в 1885 году. Испытуемой была 47-летняя Элиза. Психиатр Гастон Фокашон внушил ей, что у неё обожжена кожа на спине между лопатками. Через несколько часов после сеанса гипноза у неё появились жжение и зуд в этом месте. На следующий день там уже было воспаление с гнойной жидкостью. Позднее появился пузырь, какой бывает именно при ожогах.

К тому же, по словам Андрея Березанцева, депрессия и тревожное состояние расшатывают механизм соматической регуляции. В результате имеющиеся заболевания действительно могут обостриться.

Человек с таким синдромом тоже выдумывает себе болезнь и верит в неё. Но он делает это не из страха заболеть, а из желания привлечь к себе внимание.

Валентине Ивановне 62 года. Она живёт в небольшом посёлке. Дома одна. Оба её сына давно выросли, у них свои семьи. Внуки изредка заходят навестить. А ведь у неё давление, остеохондроз, аллергия, гастрит, пародонтит и ещё целый список болезней — она сама поставила себе эти диагнозы. До поликлиники в областном центре далеко добираться, но она ездила туда каждый день. Врачи не могли её понять и говорили, что она здорова.

Но однажды Валентина Ивановна познакомилась с Василием Петровичем. Они сходили на дискотеку для тех, кому за 50. И с тех пор они уже три месяца не расстаются. Живут вместе, ходят гулять и с удовольствием нянчатся с внуками — и её, и его. За это время Валентина Ивановна ни разу не сходила ко врачу. Потому что теперь о ней заботится Василий Петрович.

— Человек играет роль больного, и он при этом искренне верит в то, что он болен, — говорит Андрей Березанцев.

По его словам, синдром Мюнхгаузена чаще бывает у людей с демонстративным типом личности. Им нужно быть в центре внимания, и добиваются они этого всевозможными способами. Сначала они пытаются вызвать чувство симпатии или уважения, а если это не получается, они добиваются сострадания и сочувствия. Иногда они специально нарушают дисциплину и паясничают, чтобы не остаться незамеченными.

Марии 25 лет, у неё постоянно болит голова. Болеутоляющие не помогают, врачи не выписывают никаких лекарств. Она сдала много анализов, но никаких болезней у неё не нашли. Давление в порядке, все органы работают как надо. У Маши ненормированный рабочий день, постоянные дедлайны, ей некогда есть и спать.

Она не была в отпуске уже два года, на личную жизнь времени совсем нет, а дома родители каждый день напоминают о том, что ждут свадьбу и внуков.

После каждого важного проекта на работе состояние Марии настолько ухудшается, что она просит врачей дать ей больничный. После нескольких дней, проведённых дома, девушке становится лучше и симптомы исчезают.

— Я в своё время работал психотерапевтом в поликлинике. И вот к терапевту, к эндокринологу, к гинекологу постоянно ходили такие пациенты, — говорит Андрей Березанцев. — Их очень много. Но сами они к психиатру не пойдут. Коллеги отправляли ко мне. Пациенты начинали возмущаться: "Что я, ненормальный?" Но на приёме оказывалось, что у них явные признаки депрессии. После курса антидепрессантов они начинали чувствовать себя гораздо лучше, все боли и другие симптомы проходили.

А такое депрессивное состояние, по его словам, может развиться в том числе из-за хронического стресса на работе.

Также считается, что психосоматические заболевания появляются из-за проблем во взаимоотношениях или при принятии трудного решения.

По мнению американского психолога Лесли Лекрона, когда в человеке идёт борьба между противоположными желаниями, побеждённое желание может объявить "партизанскую войну". Её признаком и будет боль в теле.

Иногда на теле отражается психологическое состояние, которое можно выразить фразами: "это сплошная головная боль", "я его не перевариваю", "из-за этого у меня сердце не на месте".

Иногда человек наказывает сам себя, заболевая: его мучит чувство вины, а наказание помогает это чувство пережить.

Или пациент может ассоциировать себя с человеком, к которому эмоционально привязан и который заболел или умер. В результате он сам тоже "заболевает".

Отличить, когда болит тело, а когда — душа, получается у медиков не всегда. По подсчётам уже упоминавшегося учёного Холгера Урсина, врачи более чем в половине случаев ставят диагноз и выдают больничные только на основе жалоб, которые озвучивают пациенты.

Сегодня считается, что лимфома Ходжкина успешно лечится в 90% случаев, но у 30% пациентов происходит рецидив. Таким людям приходится бороться за жизнь с удвоенной силой. Более половины заболевших — это пациенты в возрасте от 15 до 39 лет.

Мое первое столкновение с раком произошло задолго до постановки диагноза. Будучи студенткой, я работала волонтером в казанском детском онкогематологическом отделении. Вместе с другими энтузиастами мы организовывали развлечения для ребят: писали сценарии праздников, переодевались в костюмы, мастерили подарки. А иногда просто чистили картошку и готовили ужин. Позднее начали искать доноров — в районной больнице не было даже крови, а детям после химии она необходима.

Но самый кошмар был в том, что тогда родителей еще не пускали в реанимацию. Ситуация ужасная: пока там твой ребенок медленно умирает в одиночестве, ты рыдаешь в объятиях волонтера или другой несчастной матери, которых едва знаешь. И никто ничего не может сделать.

Так что онкологию я знала в лицо. Уже тогда я вполне отдавала себе отчет в том, что это может случиться с каждым.

В 2011 году мне было 23, ничего не предвещало беды. Я уже пару лет как не работала волонтером в онкоцентре и была аспиранткой в Приволжском федеральном университете — готовилась стать преподавателем. Мы с молодым человеком только стали жить вместе и решили пожениться.

До сих пор я не могу забыть тот роковой день. Был январь, мы отмечали девичник моей подруги, пили вино и веселились. Нечаянно я нащупала какой-то бугорок в области ключицы — это сразу меня напрягло. По соседству обнаружила второй, менее заметный. Оба не были болезненными при нажатии. Тут я вспомнила, что стала больше уставать и ложусь спать как по расписанию. Диагноз я поставила себе сама — сразу написала молодому человеку (нынешнему мужу), что у меня рак. Но такое заявление, тем более сделанное в разгар вечеринки, мало кто воспримет всерьез.

Слова врачей меня успокоили, я завертелась в предсвадебной суете: выбирала платье, смотрела рестораны, одобряла букеты и одновременно сдавала экзамены в университете. Антибиотики сняли температуру, но бугорки оставались на прежнем месте, а самочувствие ухудшалось.

То, что я была права в своих подозрениях, я поняла лишь за пару дней до свадьбы. Я заметила, что белое платье, купленное совсем недавно, спадает, его срочно надо ушивать. А самое неприятное — один из лимфоузлов давил на нервные окончания так сильно, что болело плечо. Все было очевидно, но на время праздника я просто запретила себе думать о болезни, да и родным не хотелось портить настроение.

На мой диагноз знакомые реагировали по-разному. Были и те, кто всерьез предлагали вместо химии прикладывать к больному месту глину или принимать ванны с содой. Кто-то предположил, что я заразилась раком от детей, когда была волонтером, а однажды я и вовсе получила письмо с советом пить кровь молодых голубей.

Муж отреагировал на диагноз очень достойно. Несмотря на юный возраст (ему 26 лет), Артем проявил себя как настоящий герой. Он всегда был рядом: убирал, когда меня рвало, брил наголо, когда начали выпадать волосы, носил на руках, когда я не могла ходить. Если я отказывалась от еды, он находил необычные блюда, чтобы вкус мне не был знаком — тогда меня не тошнило. Каждый день Артем подбадривал и не давал раскисать.

Лечение было стандартным: я прошла 8 курсов химиотерапии и 25 сеансов лучевой терапии. Динамика была положительная, и уже через девять месяцев меня выписали с клинической ремиссией. Но всего через полгода контрольное исследование установило рецидив — появились новые опухоли. Я знала, что есть процент людей, которым не помогает стандартное лечение, но надеялась, что не войду в эту группу. Это очень странное чувство: внешне нет никаких проявлений болезни, чувствуешь себя полностью здоровой. Но вдруг оказывается, что внутри все еще есть рак, и он растет в геометрической прогрессии. Сказать, что я была в ужасе, — это ничего не сказать. Но на истерики и прочее саморазрушение у меня банально не было времени, мне нужна была ремиссия любой ценой.

Лечение, которое могло бы мне помочь, было зарегистрировано в России только в 2016 году. Мне был необходим таргетный препарат, который адресно доставляет нужные антитела CD-30 в опухолевую клетку — таких в России на тот момент еще не было. Поэтому мы отдали историю болезни на перевод, связались с клиникой в Тель-Авиве, посадили собаку в переноску и улетели в Израиль.

Израильские врачи провели обследование и вынесли неутешительный вердикт: опухоли разрослись по всему телу, метастазы дошли до костей. Они давали всего 40% на успех лечения. Вот тогда у меня действительно опустились руки: если я не вошла в 90% тех, кто вылечивается сразу же, то почему должна войти теперь в эти жалкие 40%? Мне было всего 23, я ничего не успела сделать в жизни, но уже видела приближающуюся смерть. Я начала оставлять мужу четкие инструкции, где и как я хочу быть кремированной, и просила дать нашему пекинесу его любимые жареные крылышки, когда тот тоже начнет умирать.

Нам очень повезло, что Артему удалось договориться со своей компанией на удаленную работу, благодаря чему он смог жить в Израиле на протяжении всего лечения. В какой-то момент я весила всего 37 килограмм. Сил не было, есть не хотелось, была жуткая усталость и непроходящая тошнота. Однажды случилась воздушная тревога (для Израиля это обычное дело): очередная палестинская ракета летит в нашу сторону, надо брать собаку и срочно бежать в подвал-бомбоубежище. Я сказала мужу, что у меня нет сил, и если бомбе суждено упасть именно сюда, то и замечательно. Тогда он лег ко мне, обнял и сказал, что останется со мной. Это было очень мило, но пришлось ради него спуститься.

Но врачи в отличие от меня и не думали сдаваться. Доктор сказала, что огромная часть успеха зависит от того, выйду ли я в ремиссию перед трансплантацией костного мозга. Это самая важная, завершающая, часть лечения. Мои собственные здоровые клетки сначала специальным образом собирают, а затем подсаживают обратно, чтобы вытеснить поврежденные. Благодаря высокодозной химии и прорывным таргетным препаратам всего за несколько месяцев врачам удалось подготовить организм к пересадке. Это было уверенное начало моего выздоровления, и только тогда я снова смогла поверить в себя и в успех лечения.

День своего 24-летия я отмечала на аппарате для сбора костного мозга. Процедура прошла успешно, а последующий контроль не показал наличие опухолевых клеток. Это и стало завершающим этапом лечения. С февраля 2013 года в моем организме нет рака.

То, что произошло, полностью изменило мое отношение к миру. Рак отнял у меня огромную часть жизни, и после всего этого терять время на неинтересную работу и прозябание в угрюмом сером климате я больше не собиралась. Поэтому мы с Артемом переехали в город мечты — Барселону. Здесь закончили вузы по новым специальностям, а теперь оба трудимся в сферах, о которых раньше даже не думали. Я работаю администратором в отеле и обожаю свое дело, а муж стал востребованным дизайнером.

В Испании я увлеклась бегом. Когда-то начинала с одного километра, сейчас участвую в забегах по 10 км. Самую большую радость я ощутила, когда смогла добежать до моря, а потом продолжить бег уже по побережью. Я бежала и просто улыбалась морю, туристам, небу, другим бегунам и понимала: вот оно — счастье. Еще я пробую себя как писатель — пишу книгу на английском языке, она о любви.


Осень 2015-го. Язва

До 2015 года моя жизнь шла, как у всех — дом/работа, дом/работа. Я — ведущий специалист по работе с клиентами в туристической компании. Первая небольшая остановка в этой привычной круговерти случилась летом 2015-го: заболел желудок. Почти сразу пошла к врачу: в моей ситуации, когда положиться можно только на саму себя, с такими делами затягивать нельзя. Пошла по рекомендации: проверенная клиника, врач — кандидат медицинских наук. Сдала все назначенные анализы, прошла ФГС. Определили язву. Врач выписал лечение: пропить таблетки. Я честно все пропила, но через две недели после окончания курса мне стало так же плохо, как было, будто и не лечила ничего.

Снова таблетки, и как прежде — безрезультатно. Конечно, если не считать результатом ухудшившееся состояние. Я становилась все слабее, начала худеть. Вначале не сильно, просто вещи стали чуть свободнее, а потом за два месяца ушло сразу 20 кг.


Коллеги, которые сперва восхищались тем, как я похудела, начали задавать вопросы и предостерегать: ты уже прекрасно выглядишь, остановись, хватит худеть! Но сама я остановить процесс не могла. Бросилась по врачам: ходила и в платные медцентры, и в районную поликлинику. В общей сложности побывала у 10 докторов! И все, как один, лечили меня от язвы. Диагноз, который однажды поставил эндоскопист, — онкологию под вопросом — они не видели в упор.

Еще один вывод сделала на будущее: если ставят серьезный диагноз (а язва — это тоже серьезный диагноз), желательно завести дневник — в любом удобном формате. Записывать туда вопросы, которые возникают до начала и в ходе лечения, вносить информацию о своем физическом состоянии, свои мысли, полезные контакты, дополнительные заметки. Все это может пригодиться потом — не только врачу, но и тебе самому. По крайней мере, можно понять, когда становилось лучше, когда хуже и что на это влияло.

Лето 2016-го. Операция

Сейчас-то я понимаю, что вела себя неправильно. Надо было настойчивей обращать внимание докторов на то, что лечение никак мне не помогает, что становится только хуже. Настоять на том, чтобы провели более тщательное обследование, назначили другое лечение. Но. я верила врачам. Во-первых, потому что они — врачи. Они столько лет учились, у них опыт, практика. Во-вторых — я даже мысли не допускала, что у меня рак.

Как раз в то время на работе начался сложный период, мы подключали новую систему. Чтобы разобраться с ней и все наладить, уходили остатки сил. Дочка-подросток тоже в то время дала прикурить. Ей шел 16-й год, а в это время дети мало обращают внимания на проблемы взрослых, у них они свои, гораздо более важные.

Когда я уже начала терять сознание от слабости, мне провели очередное ФГС. На этот раз специалист взял биопсию более грамотно — так обнаружили клетки новообразования. В августе 2016-го, через 10 месяцев с начала лечения, меня отправили на операцию. Хирурги удалили часть желудка. Ткани, как полагается, отправили на гистологию. Результаты подтвердили онкологию.

Когда врач сказал, что у меня рак, ощущение было — будто я распалась на молекулы. Тело есть, а меня нет. Абсолютная потеря всего, всех жизненных ценностей.


Ноябрь 2017-го. Метастазы

Тогда, после первой операции, я совершила еще одну ошибку. Знаете, сейчас я как никогда понимаю фразу о том, что в жизни у каждого должен быть свой врач. У меня такого не было. Когда меня выписывали из хирургии, в рекомендациях написали, что в течение месяца необходимо пройти химию.

Я, повторюсь, послушный пациент, поэтому пошла в онкодиспансер со всеми бумагами. Их посмотрели и сказали, что химия мне не показана. И снова я поверила врачам — раз говорят не надо, значит, так и есть.

Год жила, привыкая к новому режиму питания, — любимую колбасу сменила на каши и протертые кабачки. Да и вообще погрузилась в вопрос правильной еды. Узнала, что есть продукты, которые профилактируют рак: зеленый чай, брокколи, лук и чеснок. А колбаса и шашлык, наоборот, могут способствовать его возникновению — из-за веществ, которые добавляют во все колбасные изделия, из-за соединений, возникающих при жарке.


2018-2019. Химиотерапия и новая жизнь

Это было очень тяжело. Полгода длилась химиотерапия, и на эти полгода я абсолютно выпала из жизни. Не могла ничего — только лежать. В эти дни я поняла, как важна больным поддержка.

Для дружбы, для окружения такие диагнозы — как лакмусовая бумажка. В моих отношениях с друзьями произошла серьезная перестройка: те, с кем общалась давно, вдруг отстранились, а те, с кем были практически потеряны связи, оказались рядом: чем помочь?

Так происходит по разным причинам. В том числе от растерянности, от того, что у нас нет культуры общения с онкопациентами.

Эти императивы вызывают только раздражение: я не хочу держаться, не хочу крепиться. Почему вы меня заставляете это делать? Я хочу ПРОСТО ЖИТЬ. Если вы желаете мне жизни, просто будьте рядом. Это не значит, что меня надо постоянно держать за руку. Я прекрасно понимаю, что у каждого своя жизнь. Но если я буду знать, что в случае чего вы будете рядом – это мне поможет.

Через полгода, когда кончился первый блок химиотерапии, я вернулась к работе. А еще стала ходить на курсы экскурсоводов. Это была моя давняя мечта — проводить экскурсии, рассказывать о Екатеринбурге. За повседневными заботами на мечту не было времени. Онкодиагноз все изменил.


Такие простые вещи, но чтобы понять их, понадобилось пережить две операции и двадцать химий. Да, после первого блока был еще один: закончила его несколько месяцев назад. Эта схема оказалась более легкой, я даже не брала больничный — продолжала работать. В августе прошла контрольное ПЭТ-КТ. Все чисто. Надеюсь, так и останется.


Умершая в отеле блогерша Анна Амбарцумян на протяжении долго времени создавала перед подписчиками иллюзию счастливой жизни. 27-летняя девушка называла себя королевой, а хейтеров - рабами. Она неустанно нахваливала себя и рассказывала о востребванности на телевидении. На малейшую критику в блоге отвечала проклятиями и очередными снимками своих богатств. Однако так ли это было на самом деле?

Анна Амбарцумян была найдена мертвой в номере пятизвездочного отеля. О существовании этой женщины многие знать не знали до этих трагических событий. Зайдя в ее блог, пользователь соцсетей натыкается на запись в профиле: "Королева. Врач-психиатр. ТВ-эксперт. Консультации. Хейтеры - рабы. Экстрасенс".

Помимо прочего были указаны рост - 174 см и вес - 46 кг. Глядя на фото, на которых позирует хрупкая девушка с осиной талией и бюстом внушительных размеров, который она выставляла напоказ, фолловеры постоянно спрашивали Анну о пластических операциях.

Читая комментарии, которые оставляла под публикациями Анна, можно узнать то, как она жила на самом деле. Так, девушка была близка с мамой и судя по всему не сильно жаловала остальных родственников. Видимо, они отвечали ей взаимностью. "Во мне еще живет ребенок, которому хочется играть. Обычно мои забавы нравятся лишь мне", - пишет блогерша.

Самопровозглашенная королева хотела жить красиво: "У нас двухэтажный номер со своей частной террасой, таких тут всего четыре. Для самых пафосных. И для королевы, конечно".

"Лучше красивой жизни может быть только счастливая. А когда она красивая и счастливая одновременно - что это за чудо? Невозможно описать словами, но легко прочувствовать, глядя на меня", - делилась она.

В блоге эффектной брюнетки много традиционных фотографий с розами. Сначала она писала, что цветы ей преподносит муж: "У ног ее были розы. И мужские слезы. Ей всего всегда было мало. Не избежать с королевой скандала. 101 роза каждый день - наша семейная традиция. Я считаю, что муж обязан потакать всем моим капризам. Честно говоря, не чувствую особого восторга от цветов. Однако каждый день нам доставляют минимум 101 розу. Причина одна: я так решила. И не утешайте себя: у меня не День рождения и нет знакомых в цветочном бизнесе".

Однако потом таинственный супруг куда-то исчез из подписей. И появился поклонник, одаривавший Анну не только букетами, но и драгоценностями. Как водится, вожделенные коробочки были красиво упакованы вместе с цветами.

"Меньше 101 розы не признаю. Люди спрашивают, почему утренний букет, который по их мнению роскошен, я сочла нужным выкинуть. Все предельно просто: мне свойственно избавляться от всего, что не нравится. И от всех, кто не по нраву, кстати. Девушки, женщины! Если человек с огромной любовью делает для вас сюрприз, то он заслужил вашу адекватную реакцию, но никак не радость - этим вы наградите его в случае 100% попадания. Угодить не удалось - пускай исправляется! Не может исправиться - пускай катится, незаменимых не бывает", - пишет блогерша.

Однако публика не раз уличала ее в том, что она размещает снимки одного и того же букета с разных ракурсов. Девушка усиленно отбивалась: "Очередная корзина соточки красных роз, среди которых затерялось новое колечко. Ну а рабов разрывает не первый день, разумеется. Если бы везде были одни и те же розы, снятые с разных ракурсов, как вы пытаетесь внушить себе и другим, то явно бы и цвет и длина ногтей не были бы разными каждый раз. Да и размеры бутонов разные. Ладно. Страдайте. Ну а я как всегда в бриллиантах и розах".

Часто Амбарцумян, доведенная злопыхателми, срывалась: "Рабы, сезон меняется: теперь целуем снег, по которому я хожу. Прежними остаются лишь моя персона, превосходство и правила жизни: 1. Никогда и никому не давать второго шанса. 2. За попытку предать - уничтожить. 3. Подавлять своей энергетикой всех и вся, ведь все должно быть по-моему и никак иначе. Ах, да. Всегда рада идти по головам".

Много высказываний Анны были посвящены ее общению с потусторонним миром: "Говорю с покойниками. И они со мной говорят. Сделала на руке два шрамирования с определенными символами и сама же зашлифовала по итогу. Зачем? Я не знала, что открою запретные порталы на руке, из-за которых на моих глазах упадут картина и скульптура дома".

Стоит отметить, что блогерша часто принимала участие в ток-шоу на телевидении. Девушка позиционировала себя как сексолога и психотерапевта-экстрасенса.

Она очень этим гордилась: "Знаю, что многим моя востребованность на федеральных каналах поперек горла. Даже представить не могу, каково это - вечно видеть в шикарной форме ту, которой завидуешь и ненавидишь. И не надо пытаться себя утешить, что звездой телеэкранов меня сделали деньги. Я просто идеально красивая, умная и элита психиатрии, а вы - недоброжелатели - рабы".

За часовую консультацию Амбарцумян просила 8200 рублей, за диагностику по фотографии - 9500 рублей. Один прием у звездного психолога-сексолога стоил от 2500 до 500 тысяч рублей.

Напомним, тело Анны Амбарцумян нашли в столичном отеле. Рядом с ним были обнаружены упаковки из-под таблеток. Следствие изучает все возможные версии трагедии, включая отравление.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

"Не может быть!": соседи в ужасе от смерти скандальной блогерши Анны Амбарцумян

27-летняя девушка-экстрасенс скончалась в элитном отеле в центре Москвы (подробности)

Проклятие "Пусть Говорят": за два месяца умерли три звездных эксперта шоу Дмитрия Борисова

Злой рок навис над одной из самых популярных программ (подробности)

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Умершая в отеле блогерша Анна Амбарцумян гордилась родством с Алисой Фрейндлих и жила за счет богатых мужчин

В Москве в элитном отеле найдена мертвой скандальный блогер, экстрасенс, сексолог и участница шоу Анна Амбарцумян. 27-летняя женщина называла себя королевой и ведьмой, ходила по передачам "Пусть говорят" и "На самом деле", а также увлекалась темной магией (подробности)


Учёные из Канадского института перспективных исследований выдвинули гипотезу о том, что онкологические заболевания могут передаваться от человека к человеку. Происходит это, по их мнению, через колонии микробов, обитающих на коже или слизистых внутренних органов. ВОЗ такую гипотезу категорически отрицает.

Дмитрий Писаренко, АиФ.ru: Юрий Борисович, рак пугает своей загадочностью и непредсказуемостью: до сих пор не до конца ясно, почему возникает опухоль. Ваша гипотеза даёт ответ на этот вопрос?

Юрий Мишин: Рак — заболевание психосоматическое, поэтому оно может развиваться в нашем организме только на двух уровнях одновременно: физиологическом и психологическом. У человека будто бы существует две опухоли: одна находится, допустим, в молочной железе или желудке, а вторая — в центральной нервной системе. Конечно, это новообразование в переносном смысле, но по своей силе воздействия оно не менее важно, чем опухоль физическая. Это своего рода раковая доминанта.


И рак, и язва желудка, и гипертоническая болезнь развиваются у человека на нервной почве. На 50% причины возникновения рака — это нездоровый образ жизни: курение, злоупотребление алкоголем, неправильное питание. Плюс ещё стресс. Зачастую человек заболевает по собственной вине.

— О чём вы говорите? Полно случаев, когда раком заболевает человек, ведущий здоровый образ жизни. А детская онкология?

— Поэтому я говорю о 50% случаев, а не о 100%. Когда видимую причину болезни назвать затруднительно, мы должны вспомнить, что существует такое понятие, как эволюция, а её цели нам не всегда понятны. Само предназначение человека на Земле — служить эволюции, её интересам. Онкопатология в стандартных условиях выполняет роль эволюционного отбора. Это может звучать цинично, но, если бы рака не было, его стоило бы придумать. С точки зрения человеческой морали рак — это зло. С точки зрения эволюции он выполняет фактически созидающую функцию.

Раковые клетки есть практически у всех. Они требуются нашему организму и мало чем отличаются от здоровых эмбриональных клеток. Вопрос не в том, почему у данного человека появилась опухоль, а в том, почему её нет у большинства из нас.

— Опухоль возникает, как правило, не в здоровой ткани, а в очаге хронического воспаления, в эрозиях, папилломах, рубцах, в тех местах, где замедлено кровоснабжение. Это может быть инфекция, которая поразила печень или другой внутренний орган. Эти неблагоприятные условия являются индуктором для единичных раковых клеток, чтобы они начали превращаться в опухоль.


— Как же не стать пациентом онкоклиники? Достаточно вести здоровый образ жизни? Это и так очевидно.

— В основе роста опухоли лежит разрушение гармонии и меры в нашей жизни. А восстановление умеренности во всех проявлениях является продуктивным направлением не только лечения, но и профилактики рака.

Не надо бороться с природой внутри и вне себя. А потакая всевозможным вредным привычкам, мы постоянно с ней боремся. Пьём и едим непонятно что, да ещё не ограничиваем себя в этом. Организм на такое поведение реагирует появлением злокачественной опухоли.


— Насколько важна вера в собственное исцеление?

— Не раз замечал, что у пациента, доверяющего врачам и вообще верящего в успешное лечение, опухоль развивается медленно. И наоборот: человек, поставивший на себе крест, вмиг сгорает из-за того, что его съедает внутренний враг. Это наша иммунная система: в норме она должна стоять на защите организма, а у онкобольного она иногда превращается в злейшего врага.

Тут важно вот ещё что. Зачастую сами врачи не верят в успех лечения, в позитивный результат собственной деятельности. Это проваливает весь лечебный процесс и даже стимулирует дальнейший рост опухоли. Пациенту важен оптимизм врача, он должен видеть, что тот верит в положительный результат. Ведь для больного он не только онколог, но и психотерапевт. Вот почему при некоторых обстоятельствах пациенты идут к знахарям и колдунам: все они в один голос обещают ему вылечить рак! И он им верит. Почему же врачи-онкологи остаются в стороне и не внушают пациенту веру в эффективность традиционных методов лечения?

Кстати, я считаю, что начинать профилактику онкозаболеваний врач должен с самого себя и своей семьи. Ему необходимо наладить отношения с близкими, отказавшись от эгоистических побуждений и добившись с ними полной гармонии.


— Какой же метод лечения наиболее эффективен?

— Недостаточно лечить только тело, надо воздействовать на голову, на психику. В конце 1970-х я организовал первое в Волгоградской области химиотерапевтическое отделение на базе горбольницы № 24. Я предложил тяжелобольным пациентам пройти сеансы интенсивной психотерапии, включающей в себя даже гипноз. Приглашённых было 90 человек с генерализованным раком молочной железы с метастазами в кости, лёгкие и плевру. Они были разделены на три группы. В той группе, где проводилась психотерапия, люди прожили 10 лет и более. В двух других группах больные не проживали и 5 лет.


Для исцеления от рака необходимы как местные воздействия на опухоль (радикальные, паллиативные), так и разрушение той самой раковой доминанты в центральной нервной системе, о которой я говорил.

— Можно ли по психотипу человека заранее определить, заболеет он раком или нет?

— Есть психологические признаки, которые предшествуют появлению опухоли. Это депрессия, нервное истощение, ипохондрия. Они могут стимулировать рост опухоли через подавление иммунитета.

— Насколько я знаю, вы считаете, что раком даже можно заразиться?

— Сама по себе (за исключением рака шейки матки или полового члена) эта болезнь, как известно, не заразна. Но рак имеет свойство передаваться от одного человека к другому как результат переживаний. Если родственник онкобольного видит неэффективность работы медиков, сталкивается с их неверием в благоприятный прогноз, видит тяжёлую смерть близкого, то в его душе накапливается большой потенциал для стресса. И он в конце концов тоже может привести к онкологическому заболеванию.

По моим наблюдениям, до 40% родственников в течение 4 лет после смерти больного также заболевают раком. Я считаю, что рак заразен. Но заразен он психологически.

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.