Лейкоз хочу жить как все
Сбор открыт на лечение после ТКМ
13 АПРЕЛЯ БЫЛ ВНЕСЕН ПЕРВЫЙ ВЗНОС
5000 ЕВРО НА ПОИСК ДОНОРА.
Показать полностью…
Сумма счета 18 000 евро. Эту сумму мы смогли собрать!
Для сбора осталось 644 555 рублей.
СПАСИБО ВСЕМ ,
КТО НЕ ОСТАЛСЯ РАВНОДУШЕН
И ПОМОГ МНЕ и ПРОДОЛЖАЕТ
ПОМОГАТЬ ДАЛЬШЕ!
===========================
Дорогие друзья! Меня зовут Ольга Шакалова (Чеплинская). Получилось так, что во время беременности у меня выявили заболевание ОСТРЫЙ ЛЕЙКОЗ (рак крови). Сразу начали лечение в Москве, где я прошла 6 курсов химиотерапии
На данный момент необходимо найти донора. За подбор донора, подготовку материала и его доставку необходимо будет заплатить от 18 000 евро (зависит от страны проживания донора и клиник где будет производится подготовка материала)+2500 евро за транспортировку, остальные деньги необходимы на реабилитационный период, проживание в МОСКВЕ (съем жилья), лекарственные препараты.
На мое выздоровление мы потратили все наши сбережения, а чтобы вернуться к полноценной жизни, мне требуется долгое и дорогостоящее лечение!
Сегодня Мне нужна ваша помощь!
Мы продолжаем вести сбор средств!
Дорогие мои, если вы имеете возможность пожертвовать средства на спасение моей жизни, пожалуйста, помогите.
Вы спасете не одну жизнь, а три – мою и моих детей!
ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! Основную сумму18 000 евро мы уже собрали, спасибо Вам Всем огромное.
Но мы продолжаем сбор денег на доставку донорского материала и на реабилитационный период, а также на дорожные издержки.
Я хочу жить, я должна жить, я буду жить…
счет в Сбербанке РФ (сберкнижка) 4230 7810 7200 1087 5239 48
Получатель: Шакалов Андрей Петрович
Карта СБ № 639 002 389 029 958 352
Получатель: Шакалова Ольга Васильевна
Положить деньги можно через любой терминал в Сбербанке, просто указав номер карты (см. выше). Платеж будет зачислен мгновенно.
Счет альфа банк:
Получатель- Чеплинский Иван Васильевич
БИК-044525593
К/с - 301 018 102 000 000 005 93
Текущий счетФЛ(НРБ) - 408 178 109 045 500 368 08
Моб счет билайн+7 (962) 256 89 23
Просто переводим деньги на указанный номер телефона любым удобным для Вас способом оплаты: через терминал, банковскую карту, яндекс.деньги и т.д.
Яндекс деньги 410 011 367 396 498
Без комиссии можно пополнить в салонах связи ЕвроСеть,
а также в салонах Связной, там комиссия 1,5%.
Оператору необходимо назвать только номер кошелька.
Можно перевести средства через платёжный терминал.
подробности по телефону 8-906-239-27-16 Андрей (МУЖ)
WEBMONEY
Z388506497390 ДОЛАРЫ
E414269934325 ЕВРО
R195432226248 РУБЛИ
U521613547869 ГРИВНЫ
Киви Кошелёк: 9670 6485 44
МОЙ МЕГАФОН (не для звонков) только для пополнения счета
+7 921 102 67 17
Просто переводим деньги на указанный номер телефона любым удобным для Вас способом оплаты: через терминал, банковскую карту, яндекс.деньги и т.д. см. здесьhttp://kaliningrad.megafon.ru/howtopay/inrussia/rightnow/
- Все записи
- Записи сообщества
- Поиск
ПРОШУ РЕПОСТА И ПОМОЩИ.
Беда приходит в дом, когда её совсем не ждёшь. Так случилось и в нашей семье: моему мужу, отцу трёх наших сыновей поставили страшный диагноз - рак кожи, меланома 4 стадии с метастазами в головной мозг. Василий 22 года проработал спасателем-пожарным.
Показать полностью… На данный момент мы съездили в Обнинск, где нам удалось сделать анализ на Браф мутацию, и определить, что для лечения нам нужно принимать очень дорогостоящие лекарства: Тафинлар и Мекинист. Стоимость этих препаратов в России заоблачная: от 600 000 рублей на месяц за оба. Принимать их нужно длительно, возможно год, возможно больше.
Хочу сразу сказать, что эти препараты возможно получить от государства, но бюрократия занимает очень много времени, которого у нас к сожалению нет. Собрав все свои сбережения, мы переобрели эти препараты на 1 месяц, но есть серьезные опасения, что через месяц мы ещё не получим их от государства. А прерывать курс не в коем случае нельзя. Поэтому мы обращаемся к вам, добрые люди, помогите нам обрести шанс на спасение. Помогите приобрести препараты ещё на один месяц. Сумма к сбору
600 000 рублей.
На 25.10 собрали 117 130 рублей, осталось 482 870 руб.
Реквизиты для оказания помощи:
Карта Сбербанка
4276 2005 5422 8036
Владелец: Хмелевская Виктория Владимировна
Карта Почта Банк (ВТБ)
4059 9200 0086 3499
Киви кошелёк: +79097750400
Реквизиты для перечисления в евро:
Калининградское отделение √8626 ПАО СБЕРБАНК г.Калининград
Р/с 40817978320860016593
К/с 30101810100000000634
БИК 042748634
ИНН 7707083893
КПП 390643005
РЕДАКТИРУЮ ПОСТ! .
У СОФИЮШКИ НАЧАЛАСЬ БОРЬБА ЗА ЖИЗНЬ. КУРС ДОЛГИЙ И ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ. ПРОШУ ВАШЕЙ ПОМОЩИ ДЛЯ МАЛЫШКИ ,В ЭТОЙ НЕ ЛЕГКОЙ БОРЬБЕ.
НУЖНЫ ПРЕПАРАТЫ:
ВИНКРИСТИН ТЭВА-10 ШТ.
МЕТОТРЕКСАТ ЭБЕВА- 10 ШТ.
(ОНКАСПАР- 105.000 ТЫС РУБЛЕЙ В МОСКВЕ. Вопрос решен )
КАЖДЫЙ ДЕНЬ УХОДИТ ПО 300.000- 1.200.000 ТЫС СУМ.
Софийка лежит в гематологии на катартале, детское отделение НИИ ГЕМАТОЛОГИИ и переливания крови.
КУРАТОР : КРИСТИНА + 998909968411.
Александр (папа Софии) +998977477385.
Номер карты . 8600 4929 7773 6368
Приветствую Вас, прошу разместить объявление о моей подруге которой поставили диагноз рак крови. Вот её письмо :
Всем привет!Многим из Вас хочется узнать обо мне и истории моей болезни чуть больше! Посьараюсь рассказать!
Я, Аушева Ирина Сергеевна. Родилась в Москве в далеком 1987 году. И кстати у меня скоро день Рождения. Хотелось бы его провести с родными и близкими, но думаю буду уже в ГНЦ на трансплантации.
Показать полностью…
Я как и все обычные люди сначало ходила в садик, потом в школу. После 9 класса в 2002г. поступила в колледж.И кстати огромное спасибо моим одногруппникам за помощь и что не забыли обо мне, хотя прошло 10 лет.После окончания колледжа начала работать.Спустя 5 лет поняла что все таки надо получать высшее образование и поступила в университет. В 2014 году я его окончила и получила диплом.
Осенью 2014 года, я пошла к врачу и он назначил мне операцию (удаление кисты) на 20.12.2014. До операции в октябре 2014 я успела слетать отдохнуть в Египет на 5 дней(всего то 5 дней). Что на 98% послужило началом моей болезни.
Перед операцией я простыла и мне перенесли ее на 6 февраля 2015.Пока лежала в больнице, заметила крупные синяки на ногах и их происхождение мне было не понятно. Врачи обратили внимаие и решили повнимательней посмотреть мои анализы крови. Оказалось что у меня всего 57 тромбоцитов при норме от 150(они отвечают за свертываемость крови).Мне отказали в операции. Если бы не заметили и начали делать оперцию, я бы навряд ли сейчас писала этот пост. Гематолог-консультант посаветовала здать анализы. Сначало я записалась к районному гематологу. За это время у меня ухудшилось самочувствие. Пройдя 100 метров у меня была усталость и сильная отдышка как после кросса.
Сдав анализы, выяснилось что тромбоцитов, да и других компонентов крови стало еще меньше. Меня отправили к окружному гематологу, т.к. районный не делает пункцию костного мозга. Позвонила окружному, записалась аж на 26 февраля(ждать надо было около 10 дней),, а самочувствие ухудшалось. Решила поехать в ФГБУ ГНЦ и сдать анализы платно. 24.02.2015 мне позвонили и сказали чтоб срочно приезжала на госпитализацию. Когда приехала 25.02.2015 мне совершенно буднично сообщили мой диагноз: Острый лейкоз.И именно с этого дня моя жизнь изменилась. Началась борьба с раком.
Вот её реквизиты:
Получатель: Аушева Ирина Сергеевна
Номер карты: 4276 3800 3091 5917
QiWi :8-925-065-91-90
Яндекс кошелек 41 00 13 24 74 11 883
WebMoney : 357 258 7656 31
Реквизиты счета:
Получатель: Аушева Ирина Сергеевна
Счет получателя: 408 178 103 381 185 797 60
Банк получателя: Московский банк Сбербанка России г.Москва
БИК: 044525225
Кор. Счет : 301018104 00000000 225
Код подразделение банка по месту ведения счета карты ( для внутренних переводов по системе Сбербанка России ) : 389 038 017 55
Нэлли Янтурина посвятила себя лечению болезней крови
Фото: Тимур Шарипкулов
Каждые 20 минут один житель России узнает, что у него рак крови. В структуре общей смертности населения республики Башкортостан, как и по Российской Федерации, злокачественные новообразования лимфатической и кроветворной ткани занимают 8-е место среди всех онкологических заболеваний.
— Существуют ли онко-маркеры, которые позволяют распознать болезнь на ранних стадиях?
— Лейкоз мы называем обезьяной всех болезней — он может проявляться разнообразными симптомами. При острой форме одни пациенты жалуются, что стали часто простывать, или вдруг возникли инфекционные осложнения либо синяки на теле. Других беспокоит резкая потеря веса, появление шишек на теле или увеличение лимфоузлов. При хронической форме лейкозный клон током крови разносится по всей кроветворной ткани — органами-мишенями, где откладываются метастазы, являются почки и кости. Оседая в костной ткани, эти клетки, по-другому они называются миеломные, нарушают ее структуру. Это может проявляться частыми переломами, болью в позвоночнике, ребрах.
С такими жалобами больные, как правило, обращаются к терапевту, неврологу, травматологу. Если заболевание затягивается, протекает атипично, или появляются новые нехарактерные симптомы, это должно насторожить клинициста и настроить его на дополнительные лабораторные исследования.
Недостаток элементов крови у пациента восполняют переливанием плазмы, эритроцитов и тромбоцитов
— Чем страшны болезни крови?
— При лейкозе (еще это заболевание называют лейкемия) субстратом опухоли является костный мозг, который находится во всех трубчатых и плоских костях. Здесь же развиваются предшественники крови: эритроциты, лейкоциты и тромбоциты, на каждую клетку есть свое пространство. Когда в ткани начинают развиваться опухолевые клетки, места для нормальных здоровых клеток крови просто не остается. И если в случае с раком желудка пораженный участок можно удалить, вовремя провести химиотерапию и можно добиться длительной ремиссии, то при раке крови такая тактика не приемлема.
— Раз болезнь маскируется, наверное, и диагноз поставить трудно?
Бывает, что диагноз ставится случайно при профосмотре или заполнении санаторно-курортной карты: при исследовании периферической крови обнаруживаются миелоциты.
Перед переливанием крови обязательно проводят пробу на совместимость
Не шутите с анемией
— На что нужно обратить внимание, заволноваться и пойти к гематологу на осмотр?
— Стресс и гормональные перестройки могут запустить дремлющий где-то внутри процесс и запустить развитие рака крови. Начало заболевания нередко протекает без выраженных симптомов. Больные отмечают общую слабость, утомляемость, неопределенную боль в костях, непостоянную температуру по вечерам в пределах 37,1–38 градусов. Но уже в этот период у некоторых больных можно обнаружить небольшое увеличение лимфатических узлов, селезенки. В анализе крови тоже будут изменения — повышение или снижение количества лейкоцитов, анемия. Все эти проявления — сигнал к проведению тщательного гематологического обследования.
Симптомы острого респираторного заболевания, ангины, стоматита или кровоточивость десен укажут на стадию уже развернутой клинической картины заболевания.
— Кто может заболеть?
— Есть формы острого лейкоза, которые могут развиваться с первых дней жизни человека, хроническим подвержены люди старшего возраста. Чем моложе возраст, тем агрессивнее протекает болезнь. Но при современных методиках лечения больной может жить до 5–7 лет. На течение хронического миелолейкоза, и это научно доказано, большое влияние оказывает состояние нервной системы больного — если есть стрессы, депрессии, люди сгорают буквально на глазах.
В ламинарной палате пациенты живут по несколько месяцев
— В одном курсе лечения мы стараемся применять несколько противоопухолевых препаратов. В современной гематологии их сейчас очень много, они внесены в списки жизненно-важных и необходимых лекарств России и Башкирии, и это позволяет обеспечивать пациентов по федеральной льготе абсолютно бесплатно.
Благодаря этим препаратам мы можем сдержать процесс хронического лейкоза и не давать ему развиваться. Кроме того, мы отправляем пациентов по квоте в гематологические центры Москвы и Санкт-Петербурга, решаем совместно тактику лечения — это позволяет людям находиться в кругу семьи, рожать детей и жить полноценной жизнью. А вот острые лейкозы текут агрессивно, но если пациент молодого возраста, можно провести пересадку костного мозга и добиться ремиссии.
— Что мешает лечению?
Сепаратор (аппарат слева) предназначен для очищения крови, процедура занимает не более 40 минут
— С горожанами все понятно, время на визит к гематологу найти не так сложно. Как быть тем, кто живет в сельской местности? Им куда обращаться?
— Насколько сложнее лечить острый лейкоз?
— Может спасти пациента пересадка костного мозга?
— Пересадку можно делать, если пациента ввели в ремиссию. Она бывает двух видов: аутотрансплантация, когда пересаживается костный мозг самого больного, и аллотрансплантация, в этом случае ткани забирают у донора. В первом случае у пациента из вены берется периферическая кровь, из нее при помощи сепаратора извлекают стволовые клетки, консервируют и передают на хранение в банк. Затем пациенту проводят сильнейшую химиотерапию, а следом проводят пересадку — так же, через вену, вводят стволовые клетки, и они начинают творить новое потомство. Технически это выглядит как переливание крови. Можно сделать пересадку и при хроническом лейкозе. Аллотрансплантация дает хорошие результаты, если доноры — родные сестра или брат, у них самый близкий фенотип. Пересадка даже от двоюродных родственников не всегда бывает столь успешна, но все равно это шанс на то, что человек будет жить.
Пациентов в отделении лечат бесплатно по программе госгарантий
Всё началось со слабости и вялости – думала, что устала. Однажды упала в обморок буквально на секунду. Поняла, что так быть не должно и необходимо идти к врачу. Пошла к неврологу. Он сказал, что это просто переутомление, прописал витамины и посоветовал на всякий случай сдать кровь. Я последовала совету и сдала развернутый клинический анализ крови, после чего решила заехать в частный центр к гастроэнтерологу – накануне ночью начал сильно болеть живот.
Пока была у врача, позвонила заведующая лабораторией и предложила отдать результаты анализа лично. Меня это насторожило, и я спросила напрямую, о чём она хочет поговорить. Заведующая ответила, что в анализе обнаружили клетки, которых быть не должно. А я понимаю, что если этих клеток в крови быть не должно, то они атипичные, то есть онкоклетки.
Всю дорогу я теряла сознание от боли. Когда мы приехали в больницу, принимать нас отказались, так как там не было мест. Тогда мы поехали в другую больницу. Там выдали таблетки и сказали, что, когда начнут лечить, не знают – так как нет необходимого разрешения. Тогда я забила тревогу и попросила мужа либо везти меня умирать домой, либо найти нормальное место. В течение одного дня этот вопрос был решён: муж забрал меня в НИИ детской гематологии и трансплантологии имени Р.М. Горбачёвой.
По приезде меня сразу же положили в отдельную палату, начали обследование и лечение. Сразу же назначили жёсткую диету, ведь лечение предполагало сильное падение сопротивляемости организма вредоносным бактериям и вирусам. Вся еда была домашнего приготовления и термически обработанная. Более того, каждый день она должна была быть свежая, так как во вчерашнем блюде могли уже развиться опасные для меня организмы. Ела детское питание в стерилизованной баночке – не вкусно, но со временем привыкаешь, да и страшно допустить погрешность в питании. Вообще, я была пациентом-паникёром, но мне повезло с врачом, который очень тактично и спокойно на всё реагировал. На каждый мой вопрос всегда отвечал развёрнуто и понятно. Для меня он был практически богом, и я ему доверяла.
Лечение состояло в трёх курсах химиотерапии. Первый и второй курсы проходили тяжело: было очень много побочных эффектов, от некоторых препаратов хотелось отказаться. Параллельно шла сопроводительная терапия, противовирусная и антибактериальная, которая должна была поддерживать организм. Я потеряла в весе, пропал аппетит, появилась тошнота, головные боли и слабость во всём теле. Выпали волосы. Казалось, что болит буквально всё. В этот период врач назначал противоязвенные препараты, противорвотные, а также обезболивающие – хотелось минимизировать побочные действия и максимально облегчить жизнь.
У нас, в Петербурге, сейчас все лекарства абсолютно доступны. Нам порой не хватает средств, той квоты, которая выделяется, чтобы покрыть лечение. В некоторых случаях приходится обращаться в благотворительные фонды и собирать деньги. Но в целом у нас всё хорошо в этом плане. Я общалась с девочкой, которая лечилась в Израиле. Она приехала сюда, и у нее случился рецидив. Это не значит, что её плохо лечили, просто никогда не знаешь, что будет дальше. У них, по её словам, соблюдения диеты не требуют так жёстко: мол, РТПХ случится всё равно, какой она будет, никто не знает, – а у нас с этим строго. Я думаю, лечение в Израиле – это не панацея и, по большей части, вытягивание денег. Конечно, там хорошая организация и комфорт на высшем уровне, но для меня это не стало поводом поехать туда. Помимо прочего, языковой барьер и нахождение вдали от дома – это тоже не очень здорово. Наверное, в заграничных клиниках не так, как во многих наших больницах с обшарпанными стенами, грязными полами и хамоватыми сотрудниками. Но мне всё равно всё это было не так уж важно – единственное, что было нужно, так это чтобы меня лечили и успешно вылечили.
В НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии имени Р.М. Горбачёвой к пациентам относятся хорошо. Да и во многих других клиниках, думаю, тоже. Хочется верить, что мы растём, развиваемся. Другое дело, когда нужно уезжать, если здесь врачи сделали всё, что могли. Тогда да, необходимо использовать любой шанс. Я убеждена, что ехать лечиться за рубеж нужно только в том случае, если здесь врачи сделали всё возможное. Оставшиеся деньги лучше потом потратить на реабилитацию, нежели на то, что здесь можно сделать бесплатно или по относительно небольшой цене.
После болезни произошла переоценка жизни. Не скажу, что открыла для себя новую Вселенную или прозрела, но всё же. Просидев целый месяц в четырёх стенах, понимаешь, что свежий воздух необходим. Я по-новому взглянула на своего мужа в этой ситуации. Я поняла, что значит быть ЗА мужем. Я была счастлива, что рядом со мной был такой человек. Сказать, что я ему безмерно благодарна – ничего не сказать. Я думаю, он сам всё знает.
Опыт с болезнью похож на опыт с лакмусовой бумажкой. Так бывало у многих, я думаю, и не только на фоне болезней, а вообще на фоне сильного стресса. Появилось много свободного времени, чтобы подумать и посмотреть на себя и своё окружение по-новому.
Не ругайте меня что я так долго не писала. Сегодня у меня маленькая годовщина, я уже целый месяц лежу в больницах.
Теперь я лежу в инфекционке. Но давайте по порядку. Я уже успокоилась и не паникую. Это уже отлично, позитивный настрой очень важен в лечении. А я научилась получать удовольствие от жизни даже в больнице. Я рисую, слушаю музыку, смотрю фильмы и иногда ем вкусняшки. И от всего этого я выжимаю максимум удовольствий. Я уже не боюсь говорить с дочерью, она видит маму, которая улыбается. Мы научились рисовать и лепить вместе, она устраивает мне концерты и лечит меня. И всё это по видеосвязи. И всё без грусти. Моя мама тоже успокоилась, она очень рада что я перестала плакать. Стараюсь быть счастливой, настолько, насколько это возможно в больнице ради своей мамы. Ей и без моих слез пришлось очень тяжело за этот месяц.
А теперь ближе к сути. В гематологическом отделении у меня прекрасный врач. Аида Ураловна. Правда, она замечательная. Я ей верю. Она говорит что лечение уже началось и всё под контролем. Она профессионал, 25 лет опыта, в отделении все надеятся попасть к ней. Она вывела мои показатели крови почти до нормы. Сделаны две стерналки, в обеих бластов нет. Это уже хорошо. Сделали трепанобиопию. Вот эта процедура мне не очень понравилась, делают, конечно, анестезию, но это неприятно. И страшнее, чем стерналка. Я до визга боюсь уколов в ягодицу, а тут такие манипуляции с огромной иглой. Но я герой, только чуточку мычала и перенесла всё прям отлично. Трепанобиопию отдали в другую лабораторию на цитогенетический анализ. К сожалению материала взяли мало и этого не хватило для нормальной диагностики. Поэтому пока у меня стоит предварительный диагноз Апластическая анемия. Это тоже очень неприятная штука, но выживаемость выше, чем при остром лейкозе и поэтому я рада и такому диагнозу.
А ещё в Сибае меня заразили коронавирусом. Аида Ураловна хотела меня выписывать, но у меня поднялась температура и на кт обнаружили поражение лёгких 15%. Поэтому теперь я в инфекционке. Тут, если честно, так себе. Сначала меня поселили в отделение, где находятся тяжёлые больные, сейчас я в другом отделении и тут всё более менее хорошо. В том отделении, для тяжёлых больных мест вообще нет. Люди живут в коридоре. Я тут видела как умерли два человека, мужчина в коридоре упал, начал задыхаться и буквально за две минуты умер. Его не успели реанимировать. И сегодня утром меня разбудила медсестра чтобы мы вышли из палаты, пока они увозят бабушку. Она не ела и не пила, говорят уже несколько дней и вот так вот. Вообще, в гематологии тоже видела как умер мужчина. Говорят что он долго лечился, его пытались реанимировать, но не получилось. А ещё в гематологии я заразила бабушку после химии и она умерла в реанимации. Спасибо сибайским врачам, именно из-за них я лежала в палате с женщиной, у которой была вирусная пневмония(хотя даже в инфекционке всем подряд ставят пневмонию, даже мне, хотя в ркб мне поставили подтвержденый ковид). Когда кто-то умирает становится жутко. Я не видела мёртвых людей раньше и на меня всё это очень сильно давит, но мне не страшно, как ни странно.
В субботу мне снова делали кт и теперь у меня поражение лёгких 36%. Температуры уже нет, кашля и отдышки нет, сатурация в норме. Но показатели крови опять упали и сейчас я капаюсь эритроцитарной массой и тромбоконцентратом. У меня сейчас хороший врач, она созваниется с Аидой Ураловной и консультируется, так что я не переживаю.
Начала рисовать картины по номерам, одну закончила, теперь делаю вторую. Это меня успокаивает, всё таки тяжело сидеть без дела. Бывший муж приносит мне домашнюю еду и вкусняшки. Он меня поддерживает и меня это спасает. Несколько друзей слились и я рада что они пропали, не дав мне надежды на дружбу. Вообще, в больнице все стараются поддержать друг друга и я этому радуюсь. Хорошо когда рядом есть эмпатичные люди. Всем нужны добрые слова, особенно в таком месте.
Тут в больнице не хватает мед персонала. Прям катастрофически. В этом отделении всё ещё под контролем, а в предыдущем был мрак. Люди в коридорах, везде грязь, все стонут, кряхтят и задыхаются. Все лекарства я выбивала. Я за 6 дней так и не получила этамзилат в таблетках, потому что они заказали раствор для внутримышечных инъекций(мне их нельзя, потому что кровь не сворачивается вообще). И лечащий врач, глядя на историю болезни, мне несколько раз предлагал уколы в ягодицу. Я бы согласилась, если бы не истекала от них кровью. А ещё мне искололи вены до чёрных синяков, но анализ крови в лабораторию не заносили аж 4 раза. Они не сказали куда дели мою кровь и зачем она им нужна)
Меня очень радует что сейчас врач очень ответственно(даже слишком) подходит к моему лечению. Теперь мне не забывают положить лекарства и ставить капельницы, за анализами крови следит врач, а не я, да и вообще она постоянно контактирует с Аидой Ураловной и это отлично.
Как только мои показатели крови будут в норме, меня выпишут и я на 2 недели изолируюсь. А потом снова в больницу, делать трепанобиопию и опять капать кровь.
Не теряйте меня. Всем спасибо за поддержку и пожелания. Вы меня спасли. Всем желаю отменного здоровья и силы. Всё будет хорошо)
Здоровья и сил Вам) верю, что одолеете этот недуг!!
С татистика такова: 95% детских лейкозов излечиваются, если вовремя поставлен диагноз. А знаете, что чаще всего мешает вовремя обнаружить болезнь?
Глаза страха
Ежегодно в России диагностируется почти 5 тысяч онкологических заболеваний у детей. Что происходит при лейкозе? На этапе кроветворения происходит сбой, и злокачественные клетки начинают размножаться. Выработка нормальных, здоровых клеток нарушается. От этого начинает страдать весь организм. Чем раньше болезнь диагностирована, тем легче с ней бороться.
Что скрыто за этим термином?
Страх смерти, страх страдания, страх потери, страх не справиться. И самый страшный страх — испытать бессилие перед всем этим, невозможность повлиять на ход вещей.
Он для многих самый невыносимый, так как за ним стоит. бездна стыда. Именно этого бессилия и стыда не выдерживают некоторые из родителей, когда ребенку ставят диагноз. Бывает, что, узнав диагноз, уходят папы. А бывает, что и мамы.
Самое неприятное в том, что стыд является совершенно неестественным в этой ситуации, он токсически разрушает душу, сжигает ее дотла. Его вообще в этой ситуации в теории не должно быть, он нелогичен. Он даже не до конца осознается, просто заставляет человека бежать от родного ребенка, который попал в беду. Такой стыд в ситуации бессилия возникает у людей, которым очень рано пришлось научиться брать ситуацию в свои руки. Которые сами рано повзрослели и привыкли справляться. Они вырастают перфекционистами, они хотят все делать идеально. Их стыдили, если они не справлялись. Это навязанный извне стыд, въевшийся в психику настолько глубоко, что управляет поступками сильного человека. Точнее, привыкшего считать себя сильным. И не выдерживающего столкновения с бессилием. Потому что тогда он попадает в свою детскую часть психики, где чересчур уязвим, где с ним снова происходит что-то необратимое. И тогда он бежит.
Быть или не быть
Можно ли перешагнуть барьер страха? Нет.
Со страхом можно лишь согласиться. Это нормальная реакция психики в состоянии стресса. Его можно увидеть, как говорят психологи, посмотреть ему в глаза. Позволить себе быть слабым. Разрешить себе уязвимость. Продрожаться от страшных мыслей, внутренне побледнеть и позеленеть, на время даже опустить руки. Признать, что я боюсь, я ничего не могу с этим поделать, я очень сильно люблю, я очень ценю, я очень хочу просто жить нормальной жизнью. Признать все свои чувства, все свои оттенки чувств. И назвать их поименно. Проговорить их. И выдохнуть, буквально выдохнуть каждое. Взвесить — какие чувства логичны, уместны в конкретной ситуации, а какие — результат ложных убеждений, тревог или навязанного некогда стыда.
Пройдет ли страх? Пройдет ли тревога и отчаяние? Нет. Но когда их видишь, когда их называешь и все равно продолжаешь дышать, то появляются силы их выдерживать. И действовать.
Где брать устойчивость?
По мнению практикующего психолога и гештальт-терапевта Елены Белогуровой, первая проблема онкопациентов и их родных — это отсутствие информации.
- Неизвестна последовательность действий, а пугает именно неопределенность, - говорит она. - Одна моя клиентка, у которой 12 лет назад был болен ребенок, столкнулась с таким отношением врачей: ей сразу сказали, мол, сделать ничего нельзя, поэтому ни на что не надейтесь. А она - молодая мама, и ее годовалому ребенку выносят такой приговор. Родственники все как один испугались и закрылись. Никто не оказал ей никакую минимальную поддержку, никто с ней никуда не ходил, получить хоть какую-то информацию было очень сложно. Кругом — равнодушие и обреченность. Она очень тяжело из этого выкарабкивалась. Попала ко мне несколько лет назад. Сейчас ее ребенку исполнилось 14 лет. Тогда, как она рассказала, самым тяжелым было то, что врачи не давали никакой надежды, никакой информации, а уж о психологической поддержке нечего было и говорить. Для нее сильной опорой стали такие же мамы, как она, которые хотели во что бы то ни стало спасти своих детей, и делали все для этого. Их воля к жизни питала ее волю к жизни.
Все потому, что страх разъединяет родных людей. Тот, кому поставили диагноз — в своем страхе. А его родные - в своем. Тут основная задача на первом этапе — сплотиться и быть вместе.
Для этого надо друг другу признаться в том, что страшно, очень страшно. Именно непризнанный страх гонит людей по магам, ведунам и прочим шарлатанам, которые наживаются на человеческой беде. Человек, который признал свой страх, наполовину его победил. К тому же, за последнее десятилетие очень многое изменилось. Сегодня онкология во многих случаях успешно лечится.
Читайте также: