Как жанна фриске победила рак

Сергей Собянин: Более 20 процентов москвичей имеют антитела к COVID-19

Озвучен срок выхода российской экономики из кризиса

Стандарт школьной формы в России утвердят осенью

Канье Уэст подал заявку на участие в выборах президента США

Минтруд РФ установил прожиточный минимум за I квартал 2020 года

Операция по отмене кредита: как мошенники развели доцента РГГУ на ипотеку

Энтомолог предупредил об увеличении числа пауков в квартирах из-за погоды

Ученые нашли необычный способ раннего выявления коронавируса

Врач Ковальков жестко отозвался о звездных диетах

Названа причина гибели туристов на перевале Дятлова в 1959 году

Стало известно о состоянии Олега Тинькова после пересадки костного мозга

Как остановить анафилактический шок с помощью вилки

Скончалась жена Джона Траволты

Поклонники творчества замечательной певицы и актрисы Жанны Фриске были шокированы ужасной новостью в январе 2014 года. Врачи у нее обнаружили рак головного мозга. В июне 2015 годы артистки не стало - исполнительница популярных песен скончалась на 41-м году жизни.

А началось все с обычной головной боли, которая стала одолевать звезду шоу-бизнеса с середины 2013 года, вскоре после того, как она родила сына Платона.

Жанну отвезли в больницу. Взяли анализы и поставили диагноз: опухоль головного мозга. Причем, неоперабельная. Врачи признались, что не хотели говорить правду родственникам, ведь, по их прогнозам, Жанна должна была умереть уже в первый месяц.

Сама же певица, услышав страшный диагноз, восприняла его с присущей ей стойкостью. Фриске до последнего старалась не расстраивать родителей неприятным известием о своей болезни.

- Жанна вообще сильный человек, - рассказывал ее отец Владимир Борисович. - Поэтому она никому ничего не сказала. Не хотела расстраивать. Она очень сильная и никогда не скажет, что она болеет. Такой она человек.


Семья Жанны Фриске официально сообщила о болезни певицы.

ФОТО: Агентство "Фото ИТАР-ТАСС"

В тот же день все неравнодушные к судьбе актрисы люди собрались в программе Первого канала "Пусть говорят". Подруга Жанны, певица Ольга Орлова уверяла телезрителей:

- Жанна - боец, очень сильная. Все силы сейчас направлены на то, чтобы Жанна победила недуг. Сложно сказать, откуда у Жанны появился этот недуг. Это какая-то чума нашего времени. Надо проверять здоровье, конечно же, чтобы вовремя заметить эту болезнь.

Поддержал коллегу и другой друг Жанны, стилист и телеведущий Влад Лисовец, который знает ее больше 17 лет:

- Сложно сказать, откуда появилась эта болезнь. Жанна всегда очень следила за своим здоровьем - занималась йогой, в отпуске придерживалась детокс-диет. Не знаю, может Господь посылает такие испытания своим любимым детям. И я уверен, что Жанна с этим испытанием справится, потому что она очень сильная.


Семья Жанны Фриске официально сообщила о болезни певицы.

ФОТО: Агентство "Фото ИТАР-ТАСС"

СОМНЕНИЯ И ОПАСЕНИЯ ВРАЧЕЙ

Врачи пытались понять причины тяжелой болезни звезды.

- Жанне Фриске установлен диагноз глиобластома, - объяснял кандидат медицинских наук, врач-нейрохирург Игорь Борщенко. - Это наиболее частая из первичных опухолей мозга. Признаки зависят от того, какие зоны поражены. Если образование возникло ближе к коре головного мозга и затрагивает центры, отвечающие за речь или движение, то симптомы проявляются практически сразу. Это могут быть обмороки, внезапные нарушения речи или координации движений. В таких ситуациях люди, как правило, быстро обращаются за помощью к врачам, и болезнь удается обнаружить на ранней стадии - ее наличие показывает МРТ мозга. И тогда удается вовремя назначить лечение. Но если опухоль располагается в глубинных структурах мозга, она может расти без острых симптомов. Нередко признаком опухоли могут быть обонятельные галлюцинации, например, человеку кажется, что повсюду пахнет мусором, привычные продукты меняют вкус и запах.

Насторожить всегда должны хронические головные боли, которые почти не снимаются анальгетиками, тошнота и рвота по утрам.
Нельзя сказать, что именно могло спровоцировать развитие рака мозга. В Интернете обсуждают, что это могло быть связано с беременностью Жанны, приемом каких-то гормональных препаратов. Могу сказать, что никаких достоверных данных о связи глиобластомы с гормонами нет, это не гормонозависимая опухоль. По статистике, этим видом рака одинаково страдают и мужчины, и женщины.

- Глиобластома четвертой степени - это одна из самых опасных быстрорастущих опухолей организма, с активной инвазией в окружающие ткани головного мозга. По данным Центрального реестра опухолей головного мозга США, 1-2-летняя выживаемость у больных старше 60 лет составляет от 13 до 2 процентов. Чаще встречается в возрасте 50–70 лет и чаще - у мужчин. На сегодняшний день причина этого заболевания не установлена. Убедительных данных о вредном воздействии магнитных полей - телефонов, смартфонов, бытовых приборов - нет. Возможной причиной может быть генетическая предрасположенность.

Современные методы диагностики допускают выявление заболевания при наличии соответствующих симптомов даже на его начальных стадиях. С помощью компьютерной томографии головного мозга, МРТ головного мозга с контрастированием, SPEKT и PET-обследования. Но, к сожалению, отсутствие ранних симптомов развития опухоли не позволяют своевременно диагностировать глиобластому.
А эффективность лечения зависит от разных факторов: локализации опухоли в головном мозге; высокой резистентности к обычной терапии; анатомо-физиологических особенностей головного мозга (сниженная регенерация тканей головного мозга); проникновения опухоли в окружающие ткани; снижения кровообращения опухоли, препятствующего доставке химиотерапевтических препаратов в опухолевой очаг; большого количества побочных явлений от проводимой терапии.

На разных стадиях глиобластомы проводятся все этапы лечения, применяемые в онкологии: нейрохирургическое — удаление опухоли оперативным путем; комбинированное — лучевая терапия с применением химиотерапевтических препаратов; поддерживающая химиотерапия.

Поскольку это одна из самых опасных и непредсказуемых опухолей в онкологии, то врачи устанавливают среднюю продолжительность жизни таких больных около года. Однако каждый клинический случай имеет свою индивидуальную лечебную программу, результат которой зависит от состояния организма больного, от реакции опухоли на лечение и опыта врача. Ведь каждый больной реагирует по-разному на одинаковое лечение.

А вот отчего могла возникнуть опухоль – загадка. Но точно известно, что беременность не может рассматриваться как фактор риска возникновения глиобластомы.

Своим беспокойством поделился и другой врач - акушер-гинеколог Семен Цинкер, который принимал роды у звездной пациентки:

- Последний раз ко мне Жанна приходила на обычный послеродовой осмотр, где-то полгода назад (книга была опубликована в 2014 году - прим.ред.). Я тогда не увидел в ее внешности ничего такого, чтобы могло сказать о болезни. Она была счастлива. Родился мальчик крупным, все было хорошо. Мне, врачу, принимавшему у нее роды, артистка ничего не сказала об имеющейся опухоли. Разумеется, нельзя отрицать, что заболевание развилось за короткий срок.

- Мы старались Платону всегда показывать Жанночку: по телевизору все фотографии, - вспоминала Наташа. - Так что он не чувствовал, что мамы нет рядом. Жанночка звонила сама. Почти каждый день мы с ней общались.


Первое фото Платона Фриске опубликовала в Интернете.

ФОТО: Официальный сайт Жанны Фриске

Первый канал провел сбор средств на лечение певицы. Сочувствующих Жанне оказалось так много, что в короткий срок, буквально за две недели, было собрано около 70 миллионов рублей. Поэтому все счета клиники были оплачены, зарезервированы средства для продолжения лечения, а остаток собранных средств пошло на лечение онкобольных детей, стоящих в очереди. Певицу поддержали все ее коллеги по цеху, и даже знаменитая Шэрон Осборн, жена Оззи Осборна, которая тоже перенесла вы ужасы рака, но выздоровела ( о ней тоже в этой книге. – Ред.). В конце января продюсер певицы Андрей Шлыков заявил, что врачи дают положительные прогнозы выздоровления.

- Жанна с Платоном буквально вместе учились ходить, - вспоминала сестра Наташа. – И в конце концов она встала на ноги, стала гораздо больше ходить, у нее стал гораздо лучше голос. А то мы раньше когда ей звонили, то у нее был еле слышный, сонный голос. А потом так бодренько у меня стала спрашивать: сис, привет, чего тебе привезти? Я говорю — себя привези здоровую, мне ничего не надо везти.

Об улучшениях в состоянии знаменитости уже свидетельствовали и результаты анализов. В начале лета 2014 года после длительного курса химиотерапии врачи приняли решение завершить курс лечения певицы. И Жанна отправилась вместе со своей семьей на реабилитацию в Прибалтику. На момент написания статьи (9 сентябрь 2014 года), Жанна поправляла свое здоровье на Рижском взморье в Юрмале (Латвия), где отметила свой 40-й день рождения.

Как свидетельствуют лечащие врачи, артистка могла справляться с домашними заботами и воспитанием своего полуторагодовалого сына. Ежедневно певица выполняла реабилитационные упражнения и соблюдала строгую диету.

Однако, как сообщила подруга Жанны Ольга Орлова, несмотря на существенные улучшения в состоянии здоровья, Жанна практически безвылазно была вынуждена сидеть в четырех стенах. Дело в том, что российская звезда эстрады совсем не хотела попасть в кадр очередного любопытного папарацци, и уж тем более была не готова давать какие-либо комментарии или интервью. А журналисты сутками дежурили у ее дома, желая получить снимок выздоровевшей звезды.

ВМЕСТО НАПУТСТВИЯ ТЕМ, КТО СЕЙЧАС БОРЕТСЯ С БОЛЕЗНЬЮ

Анна Семенович еще в январе 2014 года, когда будущее Жанны было неизвестно, посвятила своей подруге трогательные слова, которые могут помочь и другим людям, пытающимся справиться с коварным недугом:

- Запомни раз и навсегда: Что жизнь Одна! Она твоя! Не надо слушать никого. Они не знают ничего: твоих эмоций и страданий, твоих обид, любви, прощаний. Не знают, что в душе, на сердце, не знают, чем тебе согреться. Кто нужен, дорог, кто любим. Кто до безумия тебе необходим. Не знают слов твоих, не видят боли. И никогда не быть в твоей им роли! И в праве ты одна решать, брать, видеть, говорить, звонить, кричать, страдать и ждать, и ненавидеть и скучать, и крепко за руку держать. Смотреть в глаза и обнимать, смеяться плакать и мечтать! И не бояться и любить, Только тогда поймешь, что значит Жить!

МНЕНИЕ

Не стало Жанны Фриске.

Колонка обозревателя Бориса Войцеховского

Вот и все. Конец разговорам. Теперь все эти споры кажутся невероятно глупыми и жалкими. Помните же? Наверняка помните, как отовсюду раздавалось: мол, враки, обман, надувательство. И вот Жанна Фриске умерла. Дома. В Москве. На 41-м году жизни. По-честному.

Удивительное дело: обычная поп-певица около двух лет назад внезапно стала индикатором человечности всей страны. Всего-то и надо было, что серьезно заболеть. Новостные ленты запестрели: рак. Светские хроники заохали: а ведь только что родила, что же это такое! Первый канал немедленно запустил акцию по сбору средств на лечение и собрал в считаные дни фантастическую сумму. Тут и началось. Откуда взялись все эти вопросы? А точно ли болеет? А чего это ей деньги собирать-то - и так, небось, богатая? А, может, и не ей это вовсе?

И было противно, если уж называть все своими именами. И гадко. И жутко жалко мужа Жанны, телеведущего Дмитрия Шепелева, в своем блоге подтверждающего, благодарящего, словно оправдывающегося. (далее)

Редакция газеты "Вечерняя Москва" выражает соболезнования родным и близким Жанны Фриске.


Вспомните: обещали ли вы себе сходить к онкологу после похорон певицы, которую не спасли ни статус, ни собранные всей страной миллионы? В годовщину смерти Жанны Фриске мы собрали и адресовали практикующим врачам-онкологам главные вопросы, ответы на которые могут спасти жизнь. Врач НИИ им. Петрова Александра Винцковская и основатель онкологического центра De Vita Светлана Уварова ежедневно ставят людям смертельный диагноз. Представитель частной клиники и государственного института объяснят, почему уже нельзя верить онкомаркерам, какую сумму каждый год придется тратить на обследование, опасно ли посещать косметологов и какие симптомы рака удивляют даже врачей

— Год назад после смерти Жанны Фриске многим стало страшно: от рака умирают молодые и богатые. И даже с десятками миллионов рублей, которые на лечение певицы собирала вся страна, не спастись. Люди начали обращаться к медикам?

Винцковская: Да, мы зафиксировали всплеск обращений. Страну в прошлом году это событие подкосило, у людей появился страх. После 15 июня 2015 года (дата смерти Жанны Фриске, — прим. ред.)начался наплыв пациентов разных возрастов — от 20 до 80 лет. Потом вторая волна: напугала Анджелина Джоли, которая из-за онкологии удалила грудь.

— На практике процесс обследования оказался сложным: в поликлиниках нет бесплатных онкомаркеров, в частных клиниках просто так анализы не сдать: либо надо самому гуглить и переводить аббревиатуру онкомаркеров, а это почти 20 позиций, либо с каждым анализом записываться на прием к онкологу.

Уварова: Самостоятельно сдавать маркеры — это совершенно бессмысленно по многим причинам. Одна из них в том, что

сами по себе некоторые маркеры могут не информировать о раке.

Винцковская: Онкомаркеры — это показатель, который часто меняет свою концентрацию при заболеваниях, не связанных с онкологией. То есть результат может быть положительным, если есть воспалительные заболевания доброкачественного характера. Например, у женщин при наличии доброкачественной кисты онкомаркер Са 125 (чувствительный к раку яичников) может повышаться в полтора-два раза.

А вот при раке молочной железы, напротив, маркер не увеличивает свой показатель на первой и второй стадиях заболевания.

Есть более чувствительные онкомаркеры. Например, ПСА. Всем мужчинам после 40 лет нужно ежегодно проверять предстательную железу. Подчеркиваю — не желательно, а строго обязательно.


При этом я не против такого типа обследования и профилактики. Раз в год онкомаркеры можно сдать.

Винцковская: Нет, не все, а по совету врача и в зависимости от образа жизни, сопутствующих заболеваний и наследственности.

— Прямо с сегодняшнего дня что нужно сделать тем, кто никогда не обследовался? С чего начать?

Винцковская: Есть установленные Минздравом стандарты, по которым работают все врачи, все больницы. И здесь — без вариантов.

В первую очередь — флюорография или рентген грудной клетки. Второе — УЗИ брюшной полости. Третье — анализы крови. Это нужно делать ежегодно и это минимум, если мы говорим о принятых стандартах. Дальше уже доктор решает, что еще необходимо конкретному пациенту.


Уварова: Но проблема в том, что в России практически нет специалистов, которые занимаются здоровыми людьми. И у нас врачи разделены по специализациям. Человеку, решившему заняться профилактикой рака, некуда идти.

Тут самый важный момент: в каждой возрастной группе — свои риски. И каждые 10 лет они меняются.

В идеале должно быть так: к нам приходит пациент, предположим, это мужчина 40 лет. Врач оценивает его состояние, тщательно собирает анамнез, наследственность — и разрабатывает для пациента программу. Высчитывается индекс вероятности возникновения онкозаболевания того или иного органа.

И вот тогда появляется алгоритм: что именно и с какой периодичностью конкретный человек должен делать. Расписывается план обследования на 10 лет. И в эту десятилетку онколог отвечает за то, чтобы не просмотреть у вас рак.

— Можно проще: раз в год делать МРТ или КТ всего организма?

Уварова: Программу обследований должен составлять профессионал. Только специалист сможет сфокусироваться на малых признаках рака, которые вы не сможете правильно идентифицировать самостоятельно. Но данное обследование эффективно, если у человека разработана программа обследования. И только врач решает, какой тип обследования необходим. МРТ, к примеру, незаменима при обследовании малого таза и головного мозга. КТ — брюшной полости и легких.

— Сколько стоит такое обследование?

Винцковская: В среднем с контрастом КТ только грудной клетки стоит порядка 5 тысяч рублей. Зато информативность — 99,9 процентов.

Уварова: Но все должно иметь свой ритм, кто-то делает КТ и МРТ излишне часто, кто-то, наоборот, рискует опоздать. Клетка, которая превратится в раковую, делится в геометрической прогрессии: из одной клетки — две, из двух — четыре… От сантиметра — это уже образование.

— Каков средний чек комплексного медобследования на одного взрослого человека?

Винцковская: Обследование с МРТ, онкомаркерами — порядка 30 тысяч в год. Это тот минимум, который необходимо на себя потратить.


— Если бы Жанна Фриске сдавала минимум анализов по стандартам Минздрава или бы имела программу обследования на 10 лет, исходя из набора возрастных рисков, у нее был бы шанс победить онкологию?

Уварова: Жанна Фриске вспоминала, что полгода ее преследовали настойчивые головные боли. Если бы она не игнорировала эти симптомы, а пришла к неврологу, ее бы отправили на КТ головного мозга. Значит, и онкологи бы вмешались раньше.

Предотвратить рак — невозможно. Вопрос только — на каком этапе он обнаружен.

— А если ничего не болит, стоит тратить деньги и время на обследование?

— Перечислите основные риски.

Винцковская: Первое — это наследственность. Клинические исследования подтверждают, что рак появляется на фоне генных мутаций.

Генетически обусловленное заболевание может передаваться по наследству. И это уже доказано на 100 процентов.

— Рак часто называют болезнью обиженных людей. Вы согласны с такой трактовкой?

Винцковская: Я могут судить только по пациентам, которые попадают ко мне на прием. Большинство из них — катастрофически агрессивные, злые и обиженные на весь мир. Они кричат, указывают доктору, что делать, обвиняют. Негатив зашкаливает.


Уварова: Обида — это, скорее, возмоная реакция человека на онкологический диагноз. Конечность жизни становится для него очевидным фактом, поэтому многие начинают менять свою философию. Нет рационального объяснения, нет медицинского обоснования, но люди, которые во время болезни меняются, меняют свою философию и учатся прощать — выздоравливают чаще.

— Какие симптомы должны убедить человека, что надо обратиться к онкологу?

Винцковская: Общие симптомы — слабость, недомогание, повышение температуры до субфибрильной. Снижение веса, аппетита, потливость в ночное или вечернее время. Это стертые симптомы, их можно спутать с другими заболеваниями, но надо быть начеку. Очень часто у пациентов начинают искать инфекционные или паразитарные заболевания, хотя там может быть онкология.


Плюс симптомы заболевания, которые поражают непосредственно орган. Если это желудок — дискомфорт, тяжесть, легкие — кашель, мозг — головные боли. В молочной железе женщины могут сами нащупать уплотнение.

Уварова: Есть еще симптомы неспецифического характера:

человек меняется. Он становится апатичным и замкнутым. Обычно это быстрее замечают родственники, а не сам заболевший.

— С какого возраста нужно начинать обследовать у онколога детей?

Винцковская: Рекомендую начинать ежегодно рентген легких и УЗИ брюшной полости с 18 лет. Ребенка надо учить, что ежегодное обследование — это обязательно. Это как зубы чистить.

— Существует рак бедных и богатых? Одни, к примеру, едят дешевую колбасу с нитритами, вторые — сырокопченую. Еще вопрос — что страшнее. Есть негласная статистика относительно того, какая социальная группа в зоне риска?

Винцковская: Перед этим заболеванием все равны, но есть очень серьезные провоцирующие факторы. У богатых, к примеру, это ЭКО и частые поездки в жаркие страны. Сегодня и то, и другое себе могут позволить только состоятельные люди.

Статистики по поводу того, сколько бедных, а сколько богатых умирает от рака, просто нет. Можно лишь констатировать, что у бедных рак диагностируют реже.

Вовремя к врачам чаще обращаются все-таки состоятельные люди.

Бедные — прикладывают капустные листы к больному месту и умирают. Для больших городов это особенно актуально, за пределами мегополисов в госполиклиниках получить адекватную и своевременную помощь проще. Там хотя бы нет таких очередей в поликлиниках.

Уварова: Нет рака бедных или богатых, рак не имеет социальной привязки. У бедных просто больше сопутствующих болезней, организм разбалансирован. И их лечить от рака сложнее: многие препараты из-за заболеваний сердца или ЖКТ приходится исключать.

Ну, а стоимость лечения — это уже совсем другая история. На лечение бедных по ОМС выделяют 2 рубля в сутки.

— К примеру, 10 лет назад и сейчас — вам чаще приходится ставить пациентам страшный диагноз?

Винцковская: Обобщенная статистика есть у Минздрава, я же отвечу как практикующий врач. Когда только начинала работать, в онкоотделениях лежали бабушки и дедушки. Сейчас лечатся молодые — от 28 лет. У меня была пациентка — 24 года, рак молочной железы. И количество пациентов увеличилось в разы.


— Каких продуктов, кроме пресловутых чипсов и газировки, никогда не будет в холодильнике у онколога?

Уварова: Копченостей и колбасы.

— Типичный спор в курилке: кто-то предлагает бросить, в ответ традиционно приводятся примеры, что от рака легких умирают люди, не выкурившие в жизни ни одной сигареты. Рассудите.


Винковская: Бросать нужно в любом возрасте. Абсолютно не важно, сколько вы курили до этого — 5, 10 или 20 лет. Рак легких у курильщиков диагностируется в три раза чаще, как и рак губы, кожи.

— Обрадуйте или разочаруйте курильщиков: если бросить курить, восстановятся ли почерневшие легкие?

Уварова: Проводились исследования: через 20 лет уже бессмысленно полностью отказываться от курения, вы уже не вернетесь к нормальному состоянию.

Легкие могут восстановиться, только если стаж 10 лет и менее.

Бросить можно и нужно, но человек уже не вернется в популяцию здоровых людей. Кстати, препараты, которые могут помочь при раке легкого, у курильщиков не используются. Они просто не работают.


— Провоцирует ли рак современная косметология: ботокс, гиалуроновая кислота, стволовые клетки?

Винцковская: Я отношусь к этому хорошо. Главное — подходить к таким процедурам с умом, выбрать правильного доктора и надежные препараты.

Уварова: Совершено не опасно.

-В Нидерландах, например, проводят опыты на мышках. В России с такими исследованиями я не сталкивалась. Думаю, это мифы. В реальности опасность мобильных телефонов не доказана. И её не доказать в принципе.

— Как не дообследоваться до фобии и паранойи?

  • Все (153)
  • Все (15)
  • Все (41)
  • Все (150)
  • Все (19)

Российский онколог-инноватор рассказал, возможно ли вовремя разглядеть рак, кто и как может это сделать, имеет ли смысл собирать миллионы рублей на лечение, есть ли шанс выжить


— Павел Борисович, первый вопрос самый простой и самый сложный одновременно: почему возникает рак?

— Пришла ли наука к единому мнению по поводу причин возникновений рака? Или это лишь одна из гипотез?

— В науке по определению не может быть единого мнения, иначе это не наука, а религия. Но те факты, которые сейчас известны, позволяют обосновать мнение, которое я высказал — это феноптоз. С ним можно не соглашаться, его можно критиковать, но нет такой критики, которая могла бы его полностью опровергнуть. На это указывает хотя бы то, что

онкогены — фрагменты ДНК, которые кодируют продукты, необходимые для формирования злокачественной опухоли — участвуют и в других биологических процессах. Без них человеческий организм не стал бы развиваться с самого начала.

А значит, весь механизм канцерогенеза создан эволюцией специально. По крайней мере ранее существовавшее мнение, что злокачественная опухоль является результатом случайного генетического сбоя, не выдерживает никакой критики. Для того, чтобы клетка стала злокачественной, в ней последовательно должно произойти шесть мутаций, что с точки зрения теории вероятности невозможно.

— Если согласиться с тем, что природа регулирует численность особей, вышедших из репродуктивного возраста, то почему рак так часто встречается у молодежи, у детей? Примеров масса…

И еще один момент: развитие медицины привело к тому, что у нас практически искоренена младенческая смертность . В результате естественный отбор на стадии рождения и выкармливания больше не действует. Даже за последние десять-двадцать лет медицина сделала большой рывок вперед, и теперь выхаживают даже самых нежизнеспособных младенцев, что существенно изменило структуру популяции.

Выходит парадокс: чем выше уровень развития медицины, тем ниже здоровье нации. Устраняя факторы естественного отбора, мы создаем бионегативный отбор , поскольку эти дети доживают до зрелого возраста и оставляют потомство.

Звучит сурово, но высокая младенческая смертность в начале 20 века приводила к тому, что взрослые люди были в целом здоровее.

Кроме того, изменилась структура смертности населения. В первой половине 20 века основными причинами смерти были инфекции, голод и военные травмы, соответственно, доля онкологических заболеваний была в разы меньше. В настоящее время такие летальные факторы, как инфекции, голод и военные травмы, сведены к минимуму в развитых странах, а их место заняли сердечно-сосудистые заболевания и рак. В странах с низким уровнем жизни люди по-прежнему умирают в основном от инфекций, голода и войн.

— А влияет ли как-то психологический настрой на исход лечения? Тоже ведь популярный миф: верь в лучшее — и ты вылечишься. А если не вылечился и умер — значит, сдался.

Вспомните хотя бы основателя Apple Стива Джобса, все его состояние не помогло ему победить болезнь.

— Нитриты, которые являются обязательной добавкой в колбасные изделиях, увеличивают в два-три раза вероятность заболеваемости раком желудка и толстой кишки. Так что каждый день есть копчености и колбасу небезопасно. Примерно такой же вред наносят продукты интенсивной обжарки в жирах. Если говорить о вегетарианстве, то у тех, кто не ест мяса, гораздо чаще возникает рак желудка на фоне гастритов. Да, у вегетарианцев чаще бывают гастриты на фоне употребления растительной пищи, которая не содержит буферных белков, нейтрализующих воздействие кислот на слизистую. Но есть нюанс: те, кто не ест овощей совсем, чаще болеют раком толстой кишки.

При низком содержании пищевых волокон возникают проблемы со стулом, хронические колиты, что тоже является фоном для формирования злокачественных опухолей в кишечнике. Однако надо понимать, что эта вероятность не слишком велика. Честно вам скажу: не стоит так заморачиваться по поводу еды, ее вредности и полезности. Нет таких продуктов, которые могли бы вас застраховать от рака. И нет таких, от которых рак возникает гарантированно, если соблюдать умеренность в питании и составлять себе сбалансированный рацион. И, конечно, статистически рак легких чаще возникает у курильщиков. Делайте выбор.

— Лишний вес также называют одним из факторов возникновения рака. Это правда?

— Называют, да. Однако достоверной зависимости нет. Внутри своей возрастной группы худые люди болеют так же часто, как и тучные.

— Онкологи озвучивают одну и ту же мысль: рак излечим, но на первых стадиях. Но выявить его на этих стадиях довольно сложно. А в чем сложность? Недостаточность диагностики или легкомысленное отношение людей к своему здоровью?

Мне встречались случаи, когда участковый терапевт принимал меланому размером в ладонь за родимое пятно. Это связано с низким уровнем профессионализма.

Если так обстоят дела с ранним выявлением рака наружной локализации, то что удивляться, что рак пищевода, рак желудка или других внутренних органов выявляется заведомо поздно: такая опухоль на ранней стадии не причиняет пациенту никаких неудобств и может быть обнаружена только случайно, во время эндоскопического обследования. Но кто из нас ходит просто так на эндоскопию раз в год? Да никто.

— А как насчет онкомаркеров? Они помогут выявить рак?

— Во-первых, онкомаркеры не являются ранними средствами обнаружения опухоли. Я думаю, что этот вид диагностики работает, когда речь уже идет о диссеминации (распространении — прим. ред.) опухоли. По полученным мною данным, в 80 % случаев повышенный онкомаркер меланомы свидетельствует именно об опухолевой диссеминации. Однако польза от этого инструмента есть, так как он позволяет оценивать процесс лечения в динамике, смотреть, прогрессирует опухоль или лечение идет к ремиссии. Но, например, при раке простаты онкомаркер ПСА позволяет выявить рак предстательной железы раньше, чем это сделает УЗИ.

— Только в России с нашей системой диагностики сложно выявить опухоль на ранних стадиях? Или в других странах тоже? Есть ли у вас статистика?

— Вообще онкологическая статистика России самая нечестная в силу ряда обстоятельств, и мы, онкологи, это прекрасно знаем. Процент может занижаться по требованию администрации региона или города, чтобы продемонстрировать успехи чиновников в борьбе с раком.

Мне известен совершенно анекдотичный случай, когда чиновник высокого ранга распорядился регистрировать смерти онкологических пациентов в аффилированных похоронных бюро соседнего региона, чтобы продемонстрировать снижение смертности в своем якобы в результате умелого руководства здравоохранением. Все было хорошо, пока не разразился скандал в соседнем регионе: там смертность выросла в двое!

Зарубежная статистика в этом смысле намного честнее. В Америке, со всей ее диагностикой и лечением, от рака пищевода умирает 95 % заболевших. Причина та же, что и у нас, — позднее выявление. Это международная проблема. И связано это не столько с развитием технологий, сколько с менталитетом людей.

Среднестатистический россиянин обращается к врачу тогда, когда у него что-то болит, профилактикой своего здоровья мало кто занимается.

В Германии из-за добровольной диспансеризации статистически больше выявленного рака на ранней стадии, а самый высокий процент ремиссий при раке желудка в Японии — там покупают гастроскоп на семью. А вы знаете людей, которые ходили бы к врачу, регулярно делали гастроскопию, колоноскопию, бронхоскопию?

В России профилактика такая: раздают брошюрки в поликлиниках, где описаны симптомы рака — потеря веса, плохой аппетит, постоянные боли. У человека с онкологией что-то болит, и он теряет в весе, это значит, что болезнь зашла слишком далеко. И уже не к врачу надо обращаться, а к священнику.

— Существует мнение, которое активно лоббируют израильские клиники, отмечая, что в России устаревшие протоколы лечения, а с диагностикой и вовсе беда. Что вы об этом скажете?

— Более устаревших протоколов лечения, чем в Израиле, я вообще нигде не видел. Вот наглядный пример: в 2004 году пациент обратился ко мне за консультацией по поводу колоноректального рака. Мы рекомендовали удалить пораженный участок кишечника и проводить химиотерапию по наиболее современной на тот момент схеме. Пациент, считая, что в России хорошего не посоветуют, полетел в Израиль. Там его прооперировали и назначили химиотерапию по старой как мир схеме. Когда пациент показал израильским онкологам мою рекомендацию, они ему ответили, что лечат по принятому у них стандарту, а рекомендованная российская схема в Израиле еще только проходит клиническую апробацию.

Аналогичная ситуация и с лечением меланомы в Израиле. Даже при меланоме с толщиной опухоли по Бреслоу более четырех миллиметров они предлагают широкое иссечение. Чтобы вы понимали, особенность меланомы в том, что, когда ее толщина достигает четырех миллиметров, вероятность появления микрометастазов в организме более 80 %. И как только мы опухоль иссекаем, начинается их стремительный рост и больной погибает через два-три года, а то и в течение года после операции. Предотвратить это взрывное метастазирование можно при помощи разработанной в России фотодинамической терапии, которой в стандартах израильской медицины до сих пор нет.

Вообще, если сравнивать российскую и израильскую медицину, то наша диагностика и лечение ни в чем не уступают зарубежным аналогам.

Другое дело, что бюджет отделений химиотерапии не позволяет лечить всех пациентов лекарствами по 200—300 тысяч на курс. Но если у человека есть деньги на лечение в Германии или Израиле, он может приобрести лекарства за собственные средства и капать их в вену в российских клиниках, что в итоге обойдется дешевле, так как проживание в зарубежной клинике стоит огромных денег, а цены на инструментальную диагностику, например, компьютерную томографию, просто баснословные.

— Но ведь в Израиль и Германию нередко едут лечиться те люди, от которых отечественная медицина отказалась…

— Отказалась потому, что уже ничего нельзя сделать. Много вы знаете тех, кто в такой ситуации вылечился и жил долго и счастливо? Давайте хотя бы вспомним знаменитостей, которые, имея большие деньги и связи, уехали лечиться в зарубежные клиники. Александр Абдулов, Михаил Козаков, Раиса Горбачева, Жанна Фриске — нет ни одного чудесным образом вылеченного. Нет их и среди тех пациентов с запущенным раком, которые в Интернете собирают деньги на свое лечение.

Просто потому, что это бесполезно, к сожалению — на последних стадиях рак не поддается излечению. Невозможно не только изменить финал, но зачастую даже отстрочить его.

Еще пример. Больная с меланомой нижней трети трахеи, от которой отказались немецкие врачи, после применения фотодинамической терапии в России, после операции отправилась домой. Проблема, тупиковая для немецких онкологов в стационаре, была решена в нашей клинике амбулаторно, с минимальными затратами!

— Недавно прочитала об одном проекте, который мне показался интересным: проходишь тест, который с учетом всех факторов — возраст, вредные привычки, наследственность — определяет, какова вероятность, что ты заболеешь раком. Потом устанавливаешь приложение в телефоне и в соответствии с результатами теста тебе приходят напоминания. Это дает эффект?

— Вероятность умереть от рака составляет 30 % — это общая статистическая вероятность. У людей с повышенными факторами риска такая вероятность выше, но даже при самой плохой наследственности нельзя сказать, что вероятность составит, например, 50 %. Просто увеличивает вероятность того, что не атеросклероз станет причиной вашего конца. А это значит, что никакие онлайн-тесты не смогут даже приблизительно определить, какова ваша персональная вероятность заболеть раком. И уж тем более никакое приложение не поставит вам диагноз — только специалист высокой квалификации. Последнее имеет ключевое значение, потому что врач поликлинического звена может пропустить ранний рак.

Конечно, на теме ранней диагностики рака очень много спекуляций — всякого рода программ, приложений, диагнозов по фотографиям. Но все это в определенном смысле профанация, потому что хорошо подготовленный онколог за минуту сможет поставить точный диагноз с верификацией 98 %. А самый навороченный компьютер с цифровой камерой ставит диагноз по фото с верификацией 50-70 % и тратит на это на порядок больше времени.

— Ну хорошо, если с диагностикой и лечением в России дела обстоят неплохо, то с паллиативной помощью — совсем беда. До сих пор нет федеральных программ поддержки безнадежных больных, очень мало хосписов. Что-то поменяется в этом направлении, как думаете?

До недавних пор, как вы помните, больному даже не озвучивали его диагноз. Да и сейчас на вопрос больного, сколько ему осталось жить, некоторые онкологи стыдливо отворачиваются. Чтобы на федеральном уровне решался вопрос поддержки безнадежных онкологических больных, чтобы для них создавались комфортные условия, соответствующая атмосфера, которая должна быть в хосписе — нужно начать прямо и без обиняков обсуждать вопросы смерти.

— А что вы обычно советуете родным, чьи близкие скоро уйдут из жизни?

А вот мучений изнуренному болезнью человеку агрессивные методы лечения могут добавить. В терминальной стадии человеку, кроме обезболивающих, ничего не нужно. Но перед тем, как слечь, у неизлечимого больного в запасе есть полгода-год, когда он еще соматически активен и симптомы болезни его не слишком одолевают. Поэтому я рекомендую пациенту привести в порядок отложенные дела, пообщаться с близкими людьми, с которыми пациент редко виделся.

Но люди редко к моему совету прислушиваются и проводят остаток жизни в клиниках за бесполезным и мучительным лечением.

— Ничего. Ни после самоубийства Апанасенко, ни после других случаев процедура выдачи обезболивающих средств не изменилась. Это связано с надуманной системой, которая якобы должна предотвратить попадание этих средств на черный рынок. Но во всем мире врачи, которые имеют диплом и практику, имеют право выписывать такие препараты. Нарушения бывают, но они немногочисленны: все-таки врачи в массе своей — люди ответственные и порядочные. Если бы можно было вернуть такую систему (а она когда-то была), таких случаев, как с Апанасенко, не было бы. Но я не верю, что ФСКН это допустит, ведь легче выкручивать руки врачам, чем перекрыть миллиардный наркотрафик.

— То есть истории о том, как родственники онкобольных покупают героин у цыган, по-прежнему бывают?

— Всяко бывает. Но в основном человек стонет от боли, а его родные сходят с ума.

— Какой кошмар. Расскажите лучше, что же все-таки сделать, чтобы избежать такой участи.

— Во-первых, не впадать в панику. Канцерофобия — это тоже крайность, пользы и радости от этого мало. Помните о том, что самый высокий процент заболеваемости раком наблюдается после 60 лет. Это значит, что, если вы молоды, не стоит постоянно изнурять себя обследованиями без особых показаний. Если же показания есть (плохая наследственность, фоновые заболевания ЖКТ или дыхательных путей), желательно раз в год проходить гастроскопию или бронхоскопию. И колоноскопию, если в семейном анамнезе есть колиты и рак толстой кишки. Всем остальным можно реже.

Вопреки расхожему мнению, промежуток времени между той стадией рака, которую можно вылечить и безнадежной, составляет вовсе не полгода и не год. Это пять, а то и десять лет. Это значит, что есть достаточно времени для того, чтобы выявить большинство новообразований на ранней стадии, когда исход лечения может быть оптимистичным. И помните, что наука не стоит на месте. Например, фотодинамическая терапия, которая введена в стандарты лечения четыре года назад, позволяет победить рак на ранних стадиях без утраты органа. Будьте внимательны к своему здоровью.

Читайте также:

Пожалуйста, не занимайтесь самолечением!
При симпотмах заболевания - обратитесь к врачу.